Катастрофа - Сергей Тармашев

— Какая всё-таки красивая это штука — небо! — молодой Серебряков подошёл к отцу, сидевшему за рычагами бульдозера. — За пятнадцать лет я уже почти забыл, как оно выглядит.

Четвёртый недовольно покосился на сына:

— Вот посмотрел, и будет. Возвращался бы ты, сынок, обратно. А то будешь вместе со мной изображать мороженую говядину.

— Не волнуйся, папа, — засмеялся молодой учёный, — мне ничего не угрожает, ты же знаешь, я сам разрабатывал эти скафандры.

Тринадцатый окинул взглядом щуплую фигурку в серебряном скафандре. Да, голова у парня действительно была светлая. Приборы показывали уровень заражения в десять тысяч рентген в час, а индикатор опасности скафандра задорно горел зелёным цветом под отметкой «ноль». Кто бы мог подумать, что такое возможно.

— Зачем тебе надо было самому вылазить сюда? Техники и без тебя бы справились, — не унимался Четвёртый.

— С оборудованием радиокомплекса могут возникнуть нестыковки, мне лучше присутствовать при этом самому, — уклончиво ответил сын и замолчал.

Через три часа все необходимые работы в зоне шлюза были закончены, и техники вернулись в бункер. С Внешней группой осталось только трое молодых специалистов, включая младшего Серебрякова, и маленькая колонна привычно направилась к РЛС. Железный паук стоял на своём месте, слегка присыпанный снегом, рядом возвышалась радиомачта, увешанная серыми тряпками, а тараканий куб был накрыт сугробом с тысячами знакомых отверстий. Тринадцатый усмехнулся и подмигнул Четвёртому:

— Все на своих местах согласно боевому расписанию.

Четвёртый хмыкнул в ответ. Майор вышел из кабины бульдозера на борт и поднял бинокль. Снег вокруг тараканьей колонии был покрыт следами миллионов крохотных лапок. И лишь с одной стороны следов не было. Со стороны РЛС, ближе всего обращённой к радиомачте. Расчёт оказался верным, летучие мыши зорко следили за каждым движением в логове насекомых, и выходящие наружу со стороны радиокомплскса тараканы первыми попадали под удар. Тринадцатый закинул за плечи ранец огнёмета и спрыгнул в снег.

— Вы куда? — озадаченно спросил Серебряков-младший. — Зачем вам это? — он с тревогой смотрел на раструб огнёмета.

— Пойду навещу старых друзей, — улыбнулся майор, — невежливо приходить в гости без подарка. Смотри внимательно, тебе будет интересно, — с этими словами Тринадцатый направился к тараканьему кубу.

Остановившись на полпути между РЛС и колонией, майор поднял огнёмет и дал долгую струю напалма, отсекая куб почти тридцатиметровой стеной огня, кровожадно взметнувшей в небо языки пламени. И тотчас же с растяжек посыпались серые тряпки, беспорядочно кувыркающиеся в хаотичном падении. У самой земли тряпичная куча с неуловимой для глаза быстротой превратилась в облако летящих идеально ровных пластин. Слитный взмах сотен крыльев сотряс воздух, дружный хлопок было слышно даже через гермошлем. Летающие пластины шлёпались на землю поближе к огню, и вот уже сотни небольших серых мохнатых колобков тесно жались друг к другу, в несколько рядов окружив пламя со всех сторон. Тринадцатый обернулся. Молодой учёный зачарованно смотрел на развернувшееся действо. Майор подошёл к нему и протянул бинокль:

— Вблизи они ещё интереснее. Только подходить не советую, — развернувшись в сторону «Коробочки», Тринадцатый вышел в эфир ближней связи:

— Я — Тринадцатый. Техники могут приступить к работам.

Спустя полчаса огонь погас, и на растяжках радиомачты невидимая прачка вновь развесила свои мятые серые платки. Молодой Серебряков подошёл к майору и знаком попросил перейти на защищённую внутреннюю частоту. Учёный рассказал об этом своём небольшом усовершенствовании ещё в бункере, при подготовке к выходу. Переговоры на этой частоте могли слышать только люди, одетые в скафандры Внешней группы.

— Скажите, Тринадцатый, а когда можно будет отвлечь от охраны бронетранспортёр? Нам пора выполнить самую важную часть операции.

— Бэтээр? Хоть сейчас. Пяти человек с огнёметами достаточно для охраны ваших техников. Эти маленькие грязные тряпочки в случае необходимости окажут поддержку намного более мощную, чем обычный крупнокалиберный пулемёт. К ним даже медведь ближе пятидесяти метров не подходил, а ведь нам так и не удалось убить ни одного из этих зубастых зверей, — майор вопросительно посмотрел на молодого учёного.

— Тогда поедемте немедленно. Нам надо туда, — Серебряков махнул рукой в сторону поросли, виднеющейся вдали. — Туда, где живут эти ваши медведи или кто-то ещё. Чем больше, тем лучше.

Майор покачал головой и молча направился к бульдозеру. Щуплая фигурка учёного поспешила за ним, стараясь попадать след в след, чтобы не увязнуть в снегу. Физическая активность тяжело давалось обитателю бункера, не проходившему за день и полукилометра.

— Да нас там съедят! — изложил своё мнение Четвёртый, узнав о направлении движения. — Вот этот самый белохвостый парень этим и займётся! Куда нам с ним среди пней и обломков тягаться? — бушевал боец.

Тринадцатый спрятал улыбку. Было понятно, что Четвёртого медведем не испугать, он просто переживал за сына, который вырос где-то за границами его участия, но, даже будучи взрослым человеком, всё равно оставался для отца ребёнком.

— Я — Тринадцатый, «Коробочка», идёшь первым, мы за тобой. В случае контакта работай с предупреждением, как принял? — майор захлопнул дверь в кабину и уселся на сиденье, прижав худое тельце сына поближе к отцу. Пусть погреет отцовской любовью, как раз сейчас в нём пара много, горяченький, наверное.

— Принял тебя хорошо. Выдвигаемся, — ответил командир экипажа, и маленькая колонна поползла вперёд.

— Наша задача проста, — тем временем объяснял Серебряков на защищённой частоте, — мы выставим три анализатора в местах обитания живых существ. Они выполнены в виде лежащего на боку кокона с входным отверстием и изготовлены в трёх размерах: большой, средний и маленький. Их удобная форма должна привлечь животных, которые устроят внутри анализатора своё логово. Анализатор за доли секунды способен взять из тела существа несколько пункций и в последующем обработать их, подвергнув химическому, биологическому, радиологическому и спектральному анализу. Данные по радиоканалу будут переданы моей аналитической программе на главный вычислительный компьютер аналитической группы. И радиоканал, и код передачи надёжно защищены, об этом я позаботился.

— И в чём смысл всех этих сложностей? — не унимался Четвёртый, всем своим видом демонстрируя своё отцовское недовольство непутёвым поведением сына, столь безрассудно подвергающим себя опасности.