Проект 'Инкуб'. Вспомнить всё - Яна Новосад

в состоянии даже повернуть голову. Затем, видимо, то же самое проделывает с Лаурой, прикасаясь к ее открытой шее.

И мы, точнее наши тела, как по команде встают и идут вслед за рыжей стервой. Минуем холл, коридор, еще один, и поднимаемся по лестнице на второй этаж, поворот, дверь. Зои поворачивает замок и открывает ее, отдавая нам с Лаурой приказ первыми пройти внутрь помещения.

Я все еще не понимаю, что происходит. Паника поглощает мой разум, но сделать и противостоять отдаваемым командам, не могу.

— Добро пожаловать в мою обитель и святая святых, кузню моего творчества, где творится прекрасное, — Зои вышла в центр просторного помещения, вскинула руки вверх и покружилась вокруг своей оси, демонстрируя свою художественную мастерскую.

Здесь пахло краской, ядреным растворителем и деревом. И еще здесь были картины. Много картин.

— Кейден, тебе же нравится? Будешь здесь частым гостем первое время, привыкай. Лаура ходит сюда как на работу, она моя любимая модель, — Зои прыснула в кулак, смеясь над своей же шуткой и сдернула с подрамника хламиду, закрывающую его.

Под тканью находилось полотно, написанное красками. На нем изображенная пара сливается в экстазе, мое сознание отказывалось воспринимать увиденное, оно орало, что это просто рисунок и такое невозможно — обнаженная и распластанная, с лицом полным страсти Лаура, над которой возвышается мужская фигура, в четко очерченном профиле я различаю лицо….Максимилиана.

Я не хотел видеть этот ужас! Меня корежило и выворачивало. Я бился словно в силках и не мог пошевелить и пальцем.

Мой мозг взрывался. Что сейчас чувствовала Лаура? Но я настолько беспомощен, что не в состоянии даже оглянуться на нее, проверить как она, не то что помочь.

— Хороша? — любуясь своим «шедевром» Зои подошла к следующей картине и развернула ее, показывая мне. — Я же говорила, что пишу цикл эскизов «Лики любви»? Лаура — главная героиня моего проекта.

На второй картине опять изображена пара. В чертах девушки легко было угадать Лауру. Всего лишь грифельный набросок, где откровенная поза «главной героини» демонстрирует все несомненные прелести, которыми наделила ее природа. Рядом с ней мужчина, стоящий на коленях, разводит в разные стороны длинные ноги Лауры, будто бы любуясь увиденным. Несложно догадаться, что последует за это сценой. Но у мужчины на этом эскизе нет лица, нечетко прорисованы контуры тела.

— Видишь, Кейден, мне нужна живая натура, постановка! Чтобы все было реалистично. Сегодня поработаем над этим эскизом, — сумасшедшая, теперь я был в этом уверен, художница закусила губу задумавшись. — Или можно сегодня попробовать такой вариант, как тебе?

На новом полотне изображенная девушка стояла на четвереньках, ее лицо искажено похотью и желанием. Сзади нее возвышалась мужская фигура, видно как его сильные руки впившиеся в ягодицы девушки, тянут их на себя. Его лицо при этом опять нечеткое, как будто смазанное.

И в какую бы из картин, которых было здесь великое множество, не упирался мой взгляд, на каждой — на каждой из них была изображена обнаженная Лаура, одна или с таким же обнаженным мужчиной.

Это была не та девушка, которую я помнил по семнадцатому сектору, которая помогала нищим, а заодно и мне. Это не та Лаура, которая спасла меня от истощения, привезя к себе домой и уложив в кровать. И даже не та Лаура, которую я ласкал, и которая со всей страстью отдавалась мне в водах канала Аргуса. Это был кто-то другой, совершенно мне не знакомый.

Зои переходила от одной картины к другой любовно их поглаживая, как мать ласкает своего прилежного ребенка.

— Ты, конечно, переживаешь за то, получится ли у тебя как на эскизе? — легкий порыв ветра донес удушливый запах благовоний, исходящий от туники Зои, но я даже не смог поморщиться. — Не стоит беспокоиться, мой дорогой. Лаура красивая девушка, хотеть и желать ее — нормально. Но я на всякий случай побеспокоилась об этом заранее, и напоила вас чаем, — раздался хриплый смешок. — Ни о каком османтусе в нем и речи быть не могло, он не растет в Альтерионе. Но я добавила пару волшебных капель проверенного средства, сама иногда им балуюсь для остроты ощущений. Так что, — подошла ко мне Зои и выставила указательный палец перед носом, — не вздумай меня упрекать, никто вас травить не собирается, все проверено на себе. Это средство лишь для вашего обоюдного удовольствия. И моего… возможно. Как знать, как знать.

Широкие рукава туники красными веерами взметнулись вверх, неожиданный хлопок в ладоши разрезал гулкое пространство мастерской. Вздрогнуть бы, но мое тело мне совсем не подчинялось.

— Как сказал давно один умный человек: время — деньги. Поэтому, не будем мешкать, дорогие мои. Пси-заряд продержится на вас всего пару часов, потом я вас отпущу. Сморите-ка, что я специально приготовила для вас.

Зои подошла к стеллажу, сплошь уставленному баночками и тюбиками с красками, выдвинула нижний ящик и достала оттуда нечто похожее на плед или покрывало рыжего цвета с черными полосками и белой каймой по краю.

— Это шкура последнего уссурийского тигра, давно исчезнувшего вида животного оттуда, откуда я родом. — Зоина на полу расправила шкуру и я смог различить лапы и хвост животного. — Приобрела совсем недавно за бешеные деньги на аукционе Сотбис. Шкура этого тигрули еще никем не опробована, специально хранила ее для эффектных декораций. Как вы смотрите на то, чтобы заняться любовью на шкуре тигра? Ах да, вас никто не спрашивает об этом.

Зои звонко рассмеялась, и этот смех был смехом безумной и одержимой извращенными сексуальными фантазиями женщины.

— Раздевайтесь, мои дорогие, и шагом марш прямиком сюда, — носком домашних туфель Зои указала на шкуру, которая уже была разложена на полу в центре мастерской.

Мои руки непроизвольно начали расстегивать брюки, следующими в ход пошли пуговицы на рубашке. Я, как чертов джентльмен заявился сюда при полном параде, чтобы произвести впечатление на Лауру. Но ей самой было точно не до меня. Боковым зрением видел, как с нее уже слетела шелковая блузка, был отброшен в сторону кружевной лифчик, и последнее, что упало на пол такие же, в тон бюстгальтеру — кружевные трусики.

При ином раскладе и других обстоятельствах я бы не упустил возможности использовать такой пикантный момент, но с ужасающей действительностью, я только сейчас начал понимать, что задумала рыжая тварь.

Лаура расположилась на шкуре, приняв провокационную позу, мои ноги следом привели меня к этому же месту, и я встал возле девушки.

Все во мне бунтовало, противясь выполнять чужие приказы, но по-прежнему я не мог противостоять командам безумной художницы. Сознание рвалось