Киллер с Альдебарана - Игорь Банев

будет строить и ремонтировать дороги? Честно говоря, я не готов построить даже один демонстрационный участок, потому что его преимущества будут ясны самому тупому американцу, который по нему проедет. Это путь к социальной нестабильности и развалу экономики. Возможно, даже угроза национальной безопасности. Могут и так интерпретировать.

- Спасибо за откровенный разговор, - Богуславский отхлебнул из своего стакана, и посмотрел на меня. – Мы его обязательно будем учитывать в своей маркетинговой политике.

На том мы и разошлись.

***

Я вышел на улицу и зашёл в ближайший бар. Заказал сто граммов водки. Ну не прёт меня от ихнего виски! Опрокинул стопарик, закусил бутербродом с красной рыбкой.

В голове было пусто. Моя стратегия не удалась, и теперь мне придётся работать директором микропредприятия по производству присадки для производства тротуарной плитки с копеечными оборотами. И так в течение десяти лет. Потом срок действия международного патента закончится, и американцы построят в Китае огромный завод, который будет производить присадку по тридцать долларов за килограмм и продавать по всему миру.

А мои планы на ближайшие годы уже расписаны, и в них нет места такому малому бизнесу. Равно как и работе наёмным убийцей.

Я не хочу быть солдатом, не хочу быть киллером. Я мечтаю развивать наукоёмкие бизнесы, которые приносят пользу людям и про которые во всём мире известно, что они «сделаны в России». Хочу помогать русским стартаперам. Хочу, чтобы моя страна была не сырьевым придатком для развитых стран, а полноправным игроком, в некоторых областях – даже лидером.

И все мои хотелки упёрлись в нежелание жителей государств «золотого миллиарда» подумать даже не о завтрашнем, о сегодняшнем дне. Они любят вкусно жрать, кататься на дорогих машинах, менять их раз в три года, жить в трёхэтажных домах с нормой по сто квадратных метров на каждого жильца. И не любят, когда им мешают жить такой жизнью. Политики привыкли получать откаты, американские негры – ежемесячные пособия, которые позволяют им не работать. А что воздух загрязнён, и средняя температура на планете ежегодно повышается, так об этом пусть беспокоятся ООНовские чиновники. Да и в России я не найду понимания, как мне кажется.

Я хлопнул ещё сотку. В этот раз меня проняло. И отпустило.

- Удар был сильный, но не смертельный, - успокоился я. – От него нужно оправиться и идти дальше. В каком направлении? Я подумаю об этом завтра!

Но только я поднял руку, чтобы заказать ещё одну рюмку, в кармане запиликал моцартовскую мелодию мобильник.

- Быстро ко мне в офис! - распорядился Богуславский.

Глава 27

Октябрь 1999 года.

Москва.

В кабинете моего компаньона сидел и пил чай представительный араб в их традиционной одежде. Я его видел среди VIP-бизнесменов, но не поинтересовался, кто он.

- Знакомься, шейх Халифа ибн Заид Аль Нахайян, представитель Abu Dhabi Investment Authority. Это суверенный фонд благосостояния, принадлежащий эмирату Абу-Даби, Объединенные Арабские Эмираты [11], - представил гостя Леонид Богуславский.

- Здравствуйте, уважаемый шейх! - честное слово, я совершенно не знал, как обращаться к высокопоставленным персонам арабского мира.

- Здравствуйте, господин Трофимов! – ответил шейх. – У нас тут идёт увлекательная беседа с господином Богуславским, прошу вас присоединиться к ней.

Представитель Эмиратов подождал, пока и сяду, и продолжил.

- Вы встречались с господами Виртцем и Бектэлом. Уверен, что они наговорили вам комплиментов, но сотрудничать отказались. По крайней мере, наши аналитики, а они из числа лучших в мире, предсказали именно такое развитие событий. Потому что американские и европейские бизнесмены не хотят думать дальше своего кармана, точнее денег, которые могут в него попасть сегодня, максимум – завтра. Не так?

Богуславский тяжёлым взглядом подтвердил его слова.

- Предки нынешних американских миллионеров грабили одиноких прохожих на ночных дорогах. А наши пра-пра-прадеды строили великие пирамиды, которые пережили тысячелетия. Разный менталитет, знаете ли. О, я вижу, что вы начинаете меня понимать, - шейх говорил спокойно и размеренно.

- Мы внимательно слушаем, - вставил вежливую реплику Богуславский.

- Прежде всего, я тоже скажу комплимент. Анализы, проведённые нашими специалистами, показали, что плитка с вашей присадкой действительно впитывает двадцать процентов углекислого газа из окружающей среды в день. А чёрный кубик, который обрабатывали в течение месяца из пескоструйной машины, остался гладким и сохранил все свойства, в том числе по сцеплению с шинами автомобиля. Поздравляю, ваши технологии обязательно войдут в «золотой фонд» человеческих открытий.

- Спасибо, - я решил показать, что тоже участвую в беседе.

- У нас принято считать, что Аллах дал арабам нефть для того, чтобы у них с её помощью было всё самое лучшее. Ваша плитка сделает воздух в наших городах самым чистым в мире. А дороги… Я говорил со своими коллегами из соседних стран, и мы решили построить сеть магистралей, которая свяжет все арабские государства и дойдёт до плато Гиза, где находятся великие пирамиды и Сфинкс. Мы назовём эту сеть «восьмым чудом света», но название это не приживётся. Поскольку к тому времени независимые СМИ западных стран, не без моей помощи, начнут задавать своим политикам вопросы. Например, почему арабы, а не наши граждане пользуются самыми лучшими в мире дорогами? Или зачем каждый год тратить пять-пятьдесят-сто тысяч долларов из карманов налогоплательщиков для того, чтобы ремонтировать и обслуживать всего один километр трассы, когда можно построить вечную дорогу, а эти деньги направить на вэлфер? И власти будут вынуждены прислушаться, поскольку, уверяю вас, эти вопросы прозвучат достаточно громко. После этого, я уверен, что уже через три года заработаю первый миллиард долларов на ваших технологиях. Почему я открыто говорю вам об этих планах? Просто вы их реализовать не сможете, у вас и рядом нет необходимых для этого ресурсов.

- Мы готовы выслушать ваше предложение, - пересохшим голосом сказал Богуславский.

- Я готов вам заплатить семьдесят миллионов долларов за эксклюзивный мировой патент на весь пакет технологий, - сказал шейх.

- Сто пятьдесят, - решил поторговаться Богуславский.

- Хорошо, семьдесят пять. Но это окончательная цена.

Мы переглянулись.

- Согласны! - озвучил то, что прочитал в моих глазах компаньон.

- Отлично, документы у меня уже готовы, и как только их одобрят ваши юристы, можно будет подписывать контракт. Да,