Первая жена (СИ) - Рымарь Диана

- Долго речь сочинял? – снова смеется она.

- Долго, - честно признаюсь.

А оно и вправду получилось долго, крутил в голове это дело дня три не меньше, пока не решился озвучить.

- Я беременна, Артем, - заявляет Майя со счастливой улыбкой.

- Беременна? – переспрашиваю с ошалелым видом. – Ты серьезно? Не шутишь сейчас?

- Не шучу, - отвечает она. - Только утром узнала, все думала, как сказать…

- Ну ты даешь, - качаю головой. – О таком кричать надо!

Мы обнимаемся с ней и вправду довольно громко кричим:

- У нас будет новый ребенок!

Вот он мой драгоценный второй шанс, в этот раз я все сделаю правильно. Стопроцентная гарантия.

Эпилог. Праздник в ресторане

Артем

- Что значит, ты не пойдешь со мной на праздник?

Я разглядываю жену, все еще завернутую в банный халат.

Это в шесть часов вечера она стоит в спальне завернутая в халат.

С гулькой стоит.

До сих пор!

А я ведь просил по-человечески, чтобы собралась вовремя, у меня на носу такое событие…

- Не пойду, - пожимает Майя плечами.

- Как это не пойдешь? – я повышаю голос на полтона. – Ты моя жена, Майя! Мне идти на день рождения собственного ресторана одному? Это как? Вообще-то на банкете все ожидаются с женами. У меня есть жена, почему я должен идти один?

Майя упирает руки в боки.

- Ты вправду не понимаешь, почему я туда не пойду? – фырчит она, сузив глаза.

- Вправду не понимаю! Это событие года в моем заведении, там будут все, а я должен явиться туда один? Ты в своем уме?

Она строго чеканит:

- Я не пойду туда, где всего полгода назад ты вынудил меня прилюдно назвать себя блядью, Артем! Я не хочу, чтобы за моей спиной смеялись…

Она этими словами будто скидывает меня с обрыва в ледяную воду.

За последние полгода случилось столько всего…

У меня появились сразу две дочки, я вернул себе Майю, посадил за решетку убийцу, открыл несколько новых заведений, купил дом, сделал жене нового ребенка…

Ну забыл я про тот инцидент. Оно, знаете ли, не мудрено.

- Майя, - я смотрю на нее с прищуром. – Да все забыли давно, вот увидишь, никто даже не вспомнит! А если какая-то сука посмеет что-то вякнуть, так я ей вяколку откручу!

- Ты прикалываешься надо мной? – начинает она возмущаться. – Кто такое забудет? Да я со стыда сгорю… Я не пойду никуда!

- Если честно, - я складываю руки на груди. – Я до сих пор не понимаю, зачем ты это сделала. На кой хрен ты забралась на ту сцену?

У Майи вытягивается лицо.

- Артем ты серьезно? Ты! – она тычет в меня указательным пальцем. – Ты меня заставил! Ты сказал, если я этого не сделаю, то ты не станешь помогать Поле, не выделишь денег на ее операцию…

- Что за глупости? – развожу руками.

Эта дева вместе с Никой вчера использовали меня как лошадку. Сначала на мне скакала Поля, потом Ника, потом они вместе. И должен признаться, это их ежевечерний ритуал.

Да, я теперь папа-коняшка, и они в прямом смысле периодически сидят у меня на шее.

- Ты представляешь себе ситуацию, в которой я не помог бы Поле, Майя? Вот серьезно, можешь себе представить?

- Это сейчас ты ей позволяешь танцевать у себя на голове, а тогда ты даже на ее фото смотреть не хотел. Ты не помнишь разве?

Оно, конечно, аргумент. Но у меня тоже имеется парочка этих самых аргументов.

И вообще хороший понт дороже денег.

Очень натурально возмущаюсь:

- Ты же могла догадаться, что мы с тобой все равно сойдемся. По крайней мере предположить такую вероятность… Нужно было всего-то немного подождать, пока я отойду, перекиплю. И я решил бы вопрос без всяких там твоих выходок с покаянием на сцене!

- Это с какого перепугу я должна была предполагать, что мы сойдемся? – Майя злится еще больше.

- Но мы же сошлись! – выдаю убийственный аргумент. – Как умная женщина ты должна была предположить такой вариант и не выходить на сцену! Что мне теперь без тебя на все мероприятия ходить что ли?

- То есть, это я виновата? – округляет глаза она.

- Ну а кто? Я что ли? – строю морду кирпичом. – Ты ведь выходила на сцену, не я… Зачем-то…

- Артем, выйди вон! – кричит она.

Это первый раз, когда Майя вообще на меня кричит с тех пор, как мы помирились.

Честно сказать, обалдеваю от такого ее поведения.

- Я не понял, ты выгоняешь меня из собственной спальни? – уточняю для проформы. - Она вообще-то не только твоя, но и моя тоже!

- Выйди вон! – пищит Майя со сжатыми кулаками.

Шумно вздыхаю, разворачиваюсь и выхожу.

Правда, далеко не ухожу, упираюсь спиной в стену возле двери, да так там и остаюсь.

Пытаюсь понять, на кой черт я тогда вообще ляпнул Майе такое? Блядью прилюдно себя назвать… Это ж надо было догадаться поставить ей такое условие! Лучше бы я тогда себе язык откусил, честное слово.

Но предлагая Майе подобное, я не предполагал, что она вправду это сделает.

Не догадывался, насколько серьезна ситуация у Поли.

Не представлял, на что способна Майя ради дочки.

Не думал, что вырвавшимся в гневе словом так обижу любимую женщину.

И что теперь делать?

Она ведь и вправду не пойдет… А я не хочу без нее никуда идти! Я заказал для нее трех-ярусный торт, фейерверки, заготовил речь, чтобы перед всеми показать, что она у меня самая хорошая, самая любимая.

На кой черт мне вообще тогда понадобились ее публичные покаяния? Ну пришла к тебе любимая женщина просить помощи, так радуйся! Используй свой шанс… Но нет, мне просто необходимо было так себе нагадить, что она до сих пор не забыла.

Зацепить хотел… Зацепил на свою голову. Так зацепил, что до сих пор рикошетит отдачей.

Настроение скатывается в ноль.

В то же время ее понимаю. Она тогда была максимально уязвима, зависима от меня, а я от нее такое потребовал. Обидел ее, унизил…

- Май, - зову ее через дверь. - Я не пойду никуда без тебя. Пусть там сами празднуют…

Никакого ответа. Ни звука вообще.

Или всему виной толстая деревянная дверь?

- Май? – говорю громче. – Можно я зайду, по-нормальному поговорим?

Снова абсолютно никакой реакции.

Психую.

Сжимаю кулаки с такой силой, что белеют костяшки.

- Что мне сделать? – спрашиваю ее. - Хочешь башкой об стенку побьюсь? Я уже очень к этому близок!

Но она не реагирует даже на это.

Я вконец отчаиваюсь.

- Май, - снова зову ее. - Ну хочешь я его продам к шутам, этот ресторан? Всех уволю, чтобы никто не напоминал, друзей заведу новых…

Понимаю, что несу чушь, а что еще сказать или сделать не знаю.

Стою, как придурок, жду с моря погоды.

И неожиданно тактика простого ожидания срабатывает.

Майя выходит.

С красиво уложенными вверх волосами, аккуратным макияжем, в красном платье, которое ей очень идет.

Как успела? Колдунья!

- Ты очень красивая, - выдыхаю с чувством.

Красивая и злая, вон какого размера молнии виднеются в ее глазах. Того и гляди поджарит меня разрядом электричества.

- Пойдем, - бурчит Майя. – Раз тебе это так надо, я вытерплю один вечер. Но это в первый и последний раз, понял?

На жертву идет.

Ради меня.

Все-таки я бесчувственный осел.

Подаюсь вперед, сгребаю Майю в охапку.

- Майя, прости меня пожалуйста, что я себя с тобой так повел… Я не должен был! Мне нужно было по-человечески тебя выслушать. Я больше так никогда не сделаю, слышишь?

Крепче прижимаю ее к себе.

А Майя шепчет мне на ушко:

- Люблю тебя, муж…

И этим своим «люблю» окончательно растапливает мое сердце.

По итогу я оказываюсь во всем прав.

Ни одна сука на вечере даже не думает мяукнуть про тот случай с Майей, что случился на мой день рождения.

Молчат, как партизаны на допросе. Мило улыбаются моей жене, приглашают нас в гости.

Про Инессу все тоже как будто забыли. Последнее, впрочем, не удивительно. Бывшая жена пообломала зубы об меня и Майю, сообразила, что ничего-то у нее не получится, и укатила с новым любовником в Нью-Йорк. Где она его нашла, не имею ни малейшего понятия. Но когда эта благая весть дошла до нас с Майей, мы прыгали от счастья. Ну и сочувствовали ее новому спутнику жизни, естественно. Сколько шуб бедняге придется купить… А сколько кредитов выплатить…