Песнь Шаннары - Терри Брукс

Джайр покачал головой:

— Ничего не понимаю.

— Да, конечно. Я тоже сначала не понимал. Только почувствовал, что ты почему-то мне важен. Вот поэтому я тебя освободил и пошел с тобой. А уже по пути я начал понимать… хотя нет, во мне укрепилась уверенность, что я близок к тому, что искал. Но тогда я еще не знал, каким образом ты поможешь мне. Я лишь чувствовал, что поможешь, и пошел с тобой. — Он напрягся. — А потом… — Джакс заглянул Джайру в глаза. — В то утро у Серебряной реки… Ты проснулся и рассказал мне свой сон. Не сон даже, но что-то похожее на сон. Ты сказал, что теперь у тебя появилось дело. Настоящее дело. И что я буду твоим защитником. Что ты должен идти черт знает куда, в самое логово Мордов, и искать там что-то известное тебе одному, и я буду твоим защитником. — Гарет Джакс медленно покачал головой. — Но понимаешь, той ночью я тоже видел сон. Я тебе не говорил… Сон был таким реальным… скорее видение, чем сон.

Вместе с тобой мы стояли в каком-то месте, которого я не знал, и я был твоим защитником. И передо мной — какое-то огненное существо. Оно обжигало своим прикосновением. А голос шептал в моем сознании. Он сказал мне, что я должен сразиться с огнем и это будет смертельная битва, самая страшная битва в моей жизни. Голос сказал мне, что для этой битвы я и тренировал себя всю жизнь и все битвы, которые были раньше, являлись лишь подготовкой к этой, самой главной. — Его серые глаза сверкали от возбуждения. — А когда ты рассказал мне о своем сне, я подумал, что и мой тоже послан Королем Серебряной реки. Но как бы там ни было, я знаю: голос сказал мне правду. И еще я знаю: это именно то, что я искал. Это мой шанс испытать свое мастерство в битве с самым сильным противником из всех, с кем мне приходилось сражаться раньше. Мой шанс проверить, действительно ли я лучший.

Он замолчал, и они долго смотрели друг на друга. И Джайр испугался того, что увидел в глазах Мастера Боя: решительность, одержимость и… что-то еще. Безумие. Едва контролируемое неистовство, тяжелое, словно железо.

— Я хочу, чтобы ты понял, долинец, — прошептал Гарет Джакс. — Я иду с тобой, потому что я должен найти то видение. Я дал тебе слово, и я буду твоим защитником. Какие бы опасности тебе ни угрожали, я сделаю так, чтобы ты дошел. Я тебя защищу, даже если мне будет грозить смерть. Но в конце пути я испытаю свое искусство, сразившись с той тварью из сна!

Он замолчал и слегка отодвинулся от долинца.

— Я хочу, чтобы ты это понял, — тихо повторил Мастер Боя.

Он вновь замолчал и ждал. Джайр с серьезным видом кивнул:

— По-моему, я понимаю.

Гарет Джакс уставился во мрак и задумался. Он сидел молча и глядел в пелену дождя, словно был один. Потом поднялся и бесшумно скользнул в темноту.

Джайр еще долго не мог заснуть. Действительно ли он понял Гарета Джакса?

Проснувшись на следующее утро, Джайр достал волшебный кристалл, чтобы посмотреть, что стало с Брин.

Дождь и туман серой пеленой окутали лес. Все его спутники сгрудились вокруг долинца. Он держал кристалл перед собою так, чтобы все могли видеть, и пел. Тихая и протяжно-торжественная, песнь желаний наполнила собой рассветную тишину и воспарила над землей, смешавшись с дождем. А потом внутри кристалла вспыхнул пронзительный свет и возникло лицо Брин. Она смотрела куда-то вдаль, пристально изучая что-то, чего не могли видеть они, глядящие в волшебный кристалл. За спиной ее громоздились горы, голые и унылые на фоне пасмурного рассвета. Джайр продолжал петь. Брин повернула голову, и кристалл показал Алланона и Рона Ли. И дальше — черный дремучий лес. Джайр замолчал — видение пропало. Долинец тревожно оглядел своих спутников.

— Где она?

— Горы — Зубы Дракона, — ответил Хельт. — Это точно.

Гарет Джакс кивнул и обратился к Форкеру:

— А лес?

— Анар. — Дворф перебирал пальцами бороду. ~ Она и те двое идут туда же, куда и мы. Только чуть севернее, через Рэбб.

Мастер Боя сжал плечо Джайра:

— В прошлый раз, когда ты смотрел в кристалл, там были те же самые горы, Зубы Дракона. Тогда твоя сестра и друид еще были в горах, а теперь они выбрались на равнину. Но что им там делать, на равнинах Рэбб?

Все молча переглянулись.

— Паранор, — внезапно сказал Эдайн Элессдил.

— Башня Мудрых, — тут же подхватил Джайр. — Алланон повел Брин в Башню Мудрых. — Он покачал головой. — Но зачем?

На этот раз никто ему не ответил. Гарет Джакс потянулся:

— Все равно мы пока ничего не узнаем. Ответы на все эти вопросы там, на востоке.

Джайр спрятал кристалл под рубашку. Все поднялись. Поход в Анар продолжался.

ГЛАВА 16

На четвертый день после выхода из Кальхавена они подошли к Клину.

Уже близился вечер, серое небо тяжело нависло над землей. Дождь шел три дня, лес промерз и промок насквозь. На деревьях почти не осталось листьев; в сгущающихся сумерках белесым призраком стелился туман, обтекая черные застывшие стволы. В пустом, будто оцепеневшем лесу царила тишина.

Еще утром путешественники заметили, что местность изменилась. Начался постепенный подъем, потом впереди показались скалы и горные кряжи. Разбухшая от дождя, Серебряная река врезалась в утесы, протекая по дну глубокого извилистого ущелья. На его отвесных стенах не росло ни деревца, ни куста. Скрытая сумерками и туманом, река вскоре пропала из виду далеко внизу.

Клин — так называли дворфы это ущелье.

Низко склонив головы, чтобы защитить лица от ветра, шестеро путешественников зашагали вверх по южному склону ущелья. Горы застыли в безмолвии, и, кроме свиста ветра, не было слышно ни единого звука. Чувство полного одиночества поселилось в душе каждого, неизбывное и пронзительное. Они почти физически ощущали, как небо опускается ниже к земле и ночь, поглощая остатки света, подкрадывается к горам. Тут, наверху, было немного получше. По крайней мере, здесь росли сосны и какие-то кусты. Идти приходилось медленно, но все-таки не по голым камням. Форкер шел впереди, выбирая дорогу: ведь это была его страна, и он знал, какие тут могут встретиться неожиданности. Следом за дворфом шагал Гарет Джакс, такой же угрюмый и черный, как эти зловещие сосны; затем — друг за другом — Слантер, Джайр и Эдайн Элесс-дил. Гигант Хельт замыкал строй. Все молчали. Никто не произнес ни слова.

Перевалив через вершину, они спустились к роще, где росли голубые ели — такие неожиданно яркие и живые после суровых сосен. Тут Форкер резко остановился, прислушиваясь, и знаками велел своим спутникам отойти под деревья. Потом дворф что-то быстро сказал Гарету Джаксу, шагнул в сторону и растворился в дожде и тумане.

Они молча ждали его возвращения. Дворфа не было очень долго. В конце концов он появился с противоположной стороны и поманил всех за собою в глубь рощи. Там они сгрудились вокруг дворфа.