Ваше Сиятельство #10 - Эрли Моури

императорский конфидент, да еще по особым поручениям сам лично или кто-то из его подчиненных имел нахальство прежде приглядывать за мной и осведомлять Романова. Самого императора вряд ли, поскольку тот практически отошел от дел, а вот Дениса Филофеевича — это точно.

— Александр Петрович, вы номерами эйхосов обменяйтесь с этим человеком. Ввиду моей растущей занятости, вам предстоит большей частью работать с ним. Когда нет возможности встретиться с вами, я буду передавать поручения через его сиятельство графа Варшавского, — сказал цесаревич, возвращаясь на место. — Прошу доверять ему во всем ровно как мне. Ах, да, вы же мне теперь не доверяете, — Денис Филофеевич рассмеялся. — Так что там у вас? Рассказывайте дальше о своих подозрениях.

— Ваше высочество, ну как я могу вам не доверять? Это было бы глупо, крайне нелогично, — возразил я и указав взглядом на Варшавского, замолчал.

— Смело говорите при Елисее Ивановиче — он полностью наш человек, — заверил цесаревич. — И давай сразу объясню: на базу «Сириуса» я вас посылал так настойчиво потому, что было запланировано ваше награждение. А вот насчет добавления людей в вашу группу. Мы обсуждали это и с господином Варшавским, и с Дубовым и кое-кем из «Сириуса» все сходятся на том, что… Александр Петрович, не в обиду будет сказано, но опытные люди, говорят, что вы очень молоды. Никто не сомневается в ваших талантах, потрясающих возможностях и значении связей… — Романов указал пальцем вверх, — но поймите и нас. Слишком это необычно. Хочется перестраховаться.

Ну, польстил мне, его высочество, не знаю даже, плакать или смеяться. Это я, Астерий, по их авторитетному мнению молод, неопытен — этакий желторотый птенец! Бить себя кулаком в грудь и утверждать, что прожил я поболее, чем все бойцы «Сириуса» вместе взятые, я не стал. Лишь снисходительно улыбнулся таким выводам. Впрочем, понять этих людей: и Дубова, и Трубецкого и самого цесаревича — можно, потому как для их глаз все выглядит так, как он сказал. А то, что я вытянул Ольгу Борисовну из очень непростой ситуации на Ор-Ксиппил и так легко решил вопрос с князем Козельским, им представляется сказкой, хоть и случившейся вполне реально, но их инертное сознание пока отказывается брать ее в расчет в полной мере.

— Скажу вам по секрету, в эту миссию рвался сам полковник Бердский. При чем он хотел ее возглавить, сам выбрать людей и, разумеется, включить в группу вас. Даже Трубецкой склонялся к такому решению, правда с большими оговорками. Но я настоял на том решении, которое мы имеем сегодня. Именно вы, Александр Петрович, определяете состав и численность группы, вы решаете, как будет проходить операция, — добавил Романов. — Ваше пожелание, вылететь в западном направлении пораньше учтено. Завтра к вечеру «Орис» прибудет к точке сбора. Корвет полностью в вашем распоряжении. Капитан-лейтенанта Лосева вы уже хорошо знаете и вам проще будет решить все детали высадки. Что касается собранной информации касательно Ключа Кайрен Туам, табличек Панди и других важных деталей — все это вам сейчас расскажет граф Варшавский. Прошу, Елисей Иванович, можете начинать.

— Александр Петрович, вся информация в этой папке, — императорский конфидент, положил на стол передо мной кожаную папку с теснением российского герба. — Вам следует изучить ее содержимое перед вылетом. Информации там не слишком много, думаю не составит труда все запомнить. Кроме того, все, что имеется здесь, он постучал пальцем по папке, — я расскажу вам прямо сейчас. Это на случай, если возникнет какое-то непонимание и его потребуется сразу решить… — он замолчал и проворно встал с дивана.

В кабинет цесаревича вошел император.

Я тоже бодренько поднялся, и мы с Варшавским оба почти синхронно выпалили положенное приветствие.

Филофей Алексеевич поморщился, глядя на Варшавского, отчего-то махнул на него сухонькой ручкой и повернулся ко мне. Смотрел молча с полминуты.

Возникшую паузу нарушил цесаревич. Он сказал с укоризной:

— Пап, я же просил, не ходи так много по дворцу! Если я нужен, просто позови.

Император не обратил внимания на его слова, с полминуты внимательно разглядывал меня, потом спросил чуть дребезжащим голосом:

— Это кто у нас тут такой?

Я уже набрал воздух в грудь, чтобы браво представиться, но Денис Филофеевич сказал:

— Я тебе уже рассказывал. Тот самый граф Елецкий Александр Петрович. Вот совещаемся по предстоящим делам.

— Граф… Это который с богами почти в друзьях? — на желтом лице императора, рассеченном глубокими морщинами, проступила улыбка. — Эх молодой человек! — он вдруг погрозил мне пальцем. — Вы тут магией особо не шалите! А то я слышал императрице божественные видения начали являться. Знаю, не без вашей помощи.

— Пап, давай я провожу тебя в покои. Ты очень много сегодня ходил. Азизов не позволяет — он очень озабочен твоим здоровьем и тем, что ты не выполняешь его назначения. Идем, — цесаревич поспешил к отцу и взял его под руку.

— Дениска! Ну-ка оставь меня! — Филофей Алексеевич оттолкнул его руку. — Хочу здесь побыть! Вот при мне решайте свои важные дела!

Отходя от императора, цесаревич на миг повернулся ко мне и приложил палец к губам. Я понял, что при старике предстоящую операцию обсуждать не следует.

— Я вам скажу, Елисей Иванович, ваши крымские вина нечета тем, что идут последние три года с критских виноделен, — сказал цесаревич с некоторым раздражением, словно продолжая эмоциональный разговор, которого на самом деле не было.

— Обижаете, Денис Филофеевич, вот если брать крымские с виноградников Астафьева, то очень хороши они. Не хуже, чем ваши средиземноморские, — отозвался граф Варшавский, покосившись на меня.

Я поддержал разговор, сказав о виноградниках нашего поместья. Потом как-то тема сместилась к морской торговле и извечной проблеме Гибралтарского пролива, который мы никак не поделим с Британцами. Император тоже участвовал в никому не нужном из нас разговоре и несмотря на старания Дениса Филофеевича никак не желал уходить.

В какой-то момент этого пустого для всех разговора мне пришла на ум идея. Как выразилась бы Талия, гениальная идея. Пришла она, наверное, от скуки. Я взял и активировал «Лорепалх Куил», что, как вы уже знаете, в переводе с лемурийского означает «Маска Лжеца». Ту самую магию, благодаря которой, в нужный момент я превратился в князя Козельского, а прежде превращался старичка, похожего на нашего дворецкого, а еще раньше в мертвого мага из банды «Стальных Волков». Поскольку время у меня