Как приручить наставника. Пособие для ведьмы (СИ) - Либрем Альма

— Болит?

— Нормально, — прошипел Зардан. — Пройдет сейчас, — он потянулся ко льду, оставленному Котэссой на столе. — Приложи… Горит.

— Сейчас, — Марта взяла крохотный кусочек льда и провела им по ране.

Лекарственные холодные брусочки помогали останавливать кровотечение и обеззараживали рану, но были не столь долговечны, чтобы на их помощь можно было понадеяться.

— Какая же дура, — зашипел Зардан, отворачиваясь от Марты. — Это надо было догадаться, принять этого… это чудовище на работу. Она хочет, чтобы он переложил им половину студентов? Зачем в преподавательском составе ей вообще понадобился некромант? Чем он ей поможет? Поднимет из мертвых систему образования.

— Зар, — Марта успокаивающе погладила его по руке. — Ты ведь тоже…

— Ну так взяла бы леди Лилиан на работу! — прошипел он. — Она же когда-то преподавала в НУМе! И сейчас ещё на полставки! Дала бы ей…

— Зардан, ректор хотела как лучше. Может быть, он и вправду не сделает ничего плохого?

Девушка произнесла это — и тут же пожалела о том, что вообще решила заговорить о Танморе, позволила себе отвечать на слова Танмора. Ждать от Зара хотя бы минимальной объективности относительно его отца было как-то странно. Марта понимала, разумеется, с чего вообще у парня такие чувства к дражайшему родственнику, но сознавала и другое: глухая, не нашедшая выхода ненависть просто выжжет Зардана изнутри, превратит его в тень самого себя.

— Он не сделает? — с болью в голосе отозвался Зар. — Ты всерьез думаешь, что он может исправиться? Человек, который бросил когда-то собственного сына, а при первой встрече едва его не убил? Я не верю в такую щедрость и благотворительность, Марта. Я даже не удивлюсь, если он окажется преступником.

— Но рамка на него не среагировала.

— Рамка больше ни на кого не среагировала, — прошипел Зардан. — Но это не значит, что вместе с Жозефиной погибли все проблемы. Может, она просто выгорела после нас. Или её кто-нибудь испортил. Мы так и будем топтаться на месте, пока этот некромант не продемонстрирует себя во всей красе и не разрушит полстраны!

Марте хотелось бы сказать, что Зар ошибается, вот только утверждать такое она, к сожалению, не могла. К тому же, опасения, что Зар в самом деле прав, не покидали её. Девушка упорно не понимала: почему, желая допустить к студентам некроманта, Хелена выбрала именно Танмора? Польстилась на его дипломы? Но ведь после них был и тюремный срок, и много всего другого…

— Пожалуйста, не нервничай и не дергайся, — наконец-то попросила девушка. — Я очень не хочу, чтобы из-за всего этого ты потерял много крови, а то и погиб.

— Не погибну, — буркнул Зардан, но покорно расслабился и откинулся на спинку стула, позволяя Марте придвинуться ближе и склониться над его раной. — Да не стоит тратить силы, я сам…

— Куда — сам?! — возмущенно фыркнула Марта. — Сиди и не дергайся. Я попытаюсь что-то придумать… Ты скоро будешь весь в шрамах.

— Тебя смущают? — ухмыльнулся Зар.

— Шрамы — нет, а вот то, что у тебя все раны кровоточат — да, — скривилась Марта. — Или ты хочешь умереть в стенах родного НУМа от потери крови?

— На руках у прекрасной дамы…

— Выключи режим Риорика, пожалуйста.

— Как скажешь, — примирительно улыбнулся Зардан — и тут же зашипел от боли. Лед очень быстро переставал действовать, и рана вновь напоминала о себе противным жжением. — Проклятье! Если твои однокурснички за это не поплатятся, я самолично вышвырну их из НУМа.

— Зачем ты вообще полез в эту драку? — Марта приложила ладонь к ране, надеясь, что её магия не подведет и запустит-таки естественную регенерацию у Зардана. — Неужели не мог просто оставаться в стороне? Ну уйти, в конце концов? Они просто напуганы, да ещё и глупы, вот и обвиняют тебя невесть в чём. Я понимаю, ты нервничаешь, да и приятного в сложившейся ситуации мало, но чем меньше ты привлекаешь внимания к себе, тем лучше. Ты же это понимаешь!

Зар закатил глаза. Разумеется, он знал, что не стоит нарываться, да и вообще, чем тише он будет себя вести, тем лучше, но сдерживаться обычно было отнюдь не так просто, как казалось. И он бы с удовольствием вернулся туда, в ту аудиторию, и швырнул бы в Грэма или Любимчика, например, каким-нибудь противным заклинанием. Из тех, от которых так просто не отойдешь.

— Просто сорвался, — вздохнул он. — Посмотрим, как быстро меня вытурят из университета…

— Не вытурят, — закатила глаза Марта. — Кто тебя тронет? Ты же знаешь, что никто в здравом уме даже не подумает причинить вред приближенному к королю.

— Для того им ещё надо узнать про эту самую мою "приближенность". А то это не совсем та информация, о которой можно услышать на каждом углу, — хмыкнул без особой печали в голосе Зардан. — Да пусть делают что хотят. Только я почему-то теперь не сомневаюсь, что мы не найдем убийцу девушек. И даже Мартен ничего с этим не сможет сделать. Мы просто потеряем след. После Жози я уже в этом даже не сомневаюсь.

Марта помрачнела.

— Думаешь?

В какую-то секунду она и сама подумала: может быть, всё кончено? Не стоит и надеяться на то, что однажды преступник будет пойман, а на сможет вздохнуть спокойно.

Зар только пожал плечами.

— Я не знаю, — искренне ответил он. — Следственное Бюро топчется на одном месте. На Ирвина сваливают кучу дел. Мы-то все понимаем, что эти семь девушек — это важно, но не можем из-за них отложить всё остальное.

Марта поежилась.

— Даже если бы умер кто-нибудь из приближенных к Следственному Бюро девушек, да?

— Да, — Зар зашипел, невольно отодвигаясь от Марты — вероятно, она добавила немного больше магии, чем следовало, и нечаянно его обожгла.

Или, наоборот, слишком переморозила рану.

— Прости, — девушка вздохнула. — Я это почти не контролирую. Моя магия всегда вела себя так, как ей одной было угодно. Ни рамок, ни ограничений. Знаешь, это иногда очень сильно утомляет. Чувствуешь себя пленницей собственного колдовского дара, не имеющей права ничего с этим сделать. Это… Тяжело, мягко говоря.

— Но ты же справляешься.

— Да. Хотя мама говорит, в основном с таким видом магии никто почти не колдует. Просто притворяются, будто дара у них нет. Может, даже отдают его кому-то…

— Как те семеро.

— Да, — Марта закрыла глаза. — Как те семеро девушек, которых он убил…

Рана на груди Зара перестала наконец-то напоминать кровавое месиво. Осталось несколько шрамов от особенно глубоких ран, но девушка знала, что нужно время на работу заклинаний. Сюда бы профессионального целителя, а не такую самоучку, как она, но Зардан вряд ли согласился бы на полноценный осмотр. Он, кажется, вообще остерегался колдовской медицины и не хотел, чтобы посторонняя магия смешивалась с его собственной. После того, что видела Марта в его исполнении, она даже не удивлялась этому.

Зар будто боялся, что его дар, перерождаясь, растворится и вовсе.

— Ты боишься потерять магию? — внезапно спросила она.

— Я? — Зар вздохнул. — Боюсь. Я тогда, мне кажется, просто ни на что не буду способен. В этом обществе без дара выжить не так уж и просто. Нападет кто-нибудь, и что я с ним сделаю? Хотя, па… дядя Мартен часто рассказывал мне об истинно неодаренных, и они, мне казалось, жили не то чтобы очень печально. Но это скорее исключение, чем правило.

— А я не боюсь, — отозвалась внезапно Марта. — Я бы даже хотела, чтобы мне её отсекли.

— Ты думала, это спасет тебя от метки?

— Нет, — покачала головой девушка. — Не в том дело.

— А в чём?

Она опустила глаза. Признаваться в своей самой страшной тайне было как-то неловко, и Марта, если честно, не знала, может ли до такой степени доверять Зару. Но сейчас, в этом мрачном, холодном кабинете, она чувствовала себя как никогда близкой с ним. И подумала, что, возможно, не случится ничего дурного, если она раскроет какие-то крупицы правды.

— Понимаешь, я… — она опустила глаза. — Я хотела стать артефактором. Я и сейчас, в общем-то, хочу, пусть и смотрю на этот вопрос с некой долей скептицизма. Но на третьем-четвертом курсе я очень много об этом читала и даже была на экскурсии во дворце. Знаешь артефакторный зал?