Полночная аллея - Рейчел Кейн

— Никто не виноват, — возразила Клер. — Ты же знаешь, что не смог бы заставить Шейна делать что-то, чего он не хотел. Да и Еву, если уж на то пошло. И меня тоже. — Поколебавшись, она положила руку на плечо Майкла. — Ты ведь не убивал ту девушку, правда?

— Нет. Я нашел ее, когда искал Джейсона, чтобы прогнать его с вечеринки, но к этому времени он, скорее всего, уже ушел.

— Тогда кто…

— С этим я и разбирался. — Голубые глаза Майкла яростно сверкнули. — Там были вампиры, и они охотились. Я должен был прекратить это.

Одна из проходящих мимо медсестер при виде Майкла и Евы замедлила шаги, прищурилась, пробормотала что-то и пошла дальше.

— Прошу прощения, что вы сказали? — спросил Майкл.

Медсестра резко остановилась и повернулась к нему.

— Ничего я не говорила, сэр. Последнее слово прозвучало резко, почти грубо.

— А мне показалось, что вы назвали ее «сосиской» для вампиров.

— Мало ли что я могу пробормотать себе под нос, сэр? — Медсестра холодно улыбнулась. — Почему это вас волнует? Вы и ваша… подруга… должны обделывать свои делишки в комнате ожидания. Или в банке крови.

Майкл стиснул кулаки, его лицо напряглось от гнева.

— Это совсем не то, что вы подумали. Медсестра — судя по бейджу, ее звали Кристина Фентон, ДМ — откровенно издевалась над ним.

— Ну да, это всегда так. Всегда «не то», верно? «Вы неправильно поняли». Хотите ударить меня? Ради бога. Я не боюсь вас. Никого из вас не боюсь.

— Прекрасно. Вы и не должны бояться меня только потому, что я вампир. Но должны бояться, потому что вы только что оскорбили мою подругу прямо в лицо.

Сестра Фентон сделала неприличный жест и продолжила путь.

— Здорово! — воскликнула Ева. Сейчас она почти стала самой собой: оскорбление, будто пощечина, привело ее в чувство. — Люди обращались со мной плохо и тогда, когда я встречалась с Бобби Фи, хотя он, по крайней мере, был обычным человеком, но…

Обхватив ее рукой, Майкл с хмурым видом проводил взглядом медсестру, но потом заставил себя улыбнуться и поцеловал Еву в лоб.

— Тебе нужно отдохнуть. Давай вернемся в комнату ожидания, — предложил он. — Клер? Ты идешь?

Она рассеянно кивнула — ее мысли были заняты совсем другим. Фамилия медсестры — Фентон — показалась ей знакомой, хотя она совершенно точно никогда раньше не встречалась с этой женщиной. И уж точно не хотела бы встретиться снова.

Осознав, что осталась одна в коридоре, Клер вздрогнула. Это было современное здание, совсем не похожее на старую, полуразвалившуюся больницу, откуда они с Шейном убегали, спасая свою жизнь; и тем не менее здесь мурашки ползли по коже. Она бросила последний, исполненный боли взгляд на дверь матового стекла, на которой было написано: «ХИРУРГИЧЕСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ — ВХОД ТОЛЬКО ДЛЯ ПЕРСОНАЛА». Сквозь нее можно было разглядеть лишь смутные очертания движущихся фигур.

Она вернулась в комнату ожидания. Ричард Моррелл ушел, и это было хорошо. Клер сидела в молчании, потирая руки, — ей все еще мерещились следы крови на коже.

Погрузившись в свои мысли, она не замечала, как идет время. Но вот Майкл окликнул ее: в прозрачных голубых глазах она увидела силу, доброту, но одновременно и какое-то странное мерцание.

— Отдохни. Я почти слышу, как скрежещут у тебя в голове шестеренки, — сказал Майкл, поглаживая темные волосы Евы, которая свернулась, словно кошка, и спала, положив голову ему на колени. — Давай, прислонись ко мне.

Он обхватил Клер рукой; она привалилась к нему и, несмотря на все происшедшее, почувствовала себя в тепле и безопасности.

И тут все разом обрушилось на нее — страх, боль, осознание того, что Шейна ударили ножом прямо у нее на глазах, и она не понимала, что с этим делать, и все это было просто…

Она уткнулась лицом в голубую рубашку Майкла и разразилась безмолвными, тягостными рыданиями, от которых все внутри болезненно сжималось. Майкл гладил ее по голове, не мешая выплакаться.

В конце концов она расслабилась. Его прохладные губы прикоснулись к ее виску, и Клер провалилась во тьму.

В панике Клер пыталась вырваться из сонного кошмара — только для того, чтобы очнуться в другом.

Больница. Шейн. Операция.

Ева трясла ее обеими руками за плечи и бормотала что-то, а Клер никак не могла уловить смысл ее слов, но слова были не важны.

Потому что Ева улыбалась.

— Он в порядке, — сказала Клер шепотом. И снова, уже громче: — Он в порядке!

— Да, его уже увезли из хирургии. — Речь изливалась из Евы неудержимым потоком. — Его жизнь висела на волоске — сильное внутреннее кровотечение. Его подержат несколько дней в отделении интенсивной терапии и только потом отпустят домой, а перед этим наденут временный браслет, ну, ты знаешь, да? Пластиковый такой.

— Пластиковый… — повторила Клер, изо всех сил стараясь стряхнуть с себя сонный дурман. — Постой, разве их не всегда надевают в больницах? Типа идентификационной бирки?

— В Морганвилле все иначе: здесь тебе надевают браслет, когда ты уходишь из больницы, и он еще месяц после операции защищает тебя. Это что-то вроде временного судебного запрета для вампиров. — Ева буквально подпрыгивала от восторга. — С ним все будет хорошо, о господи, с ним все будет хорошо!

Клер встала, взяла Еву за руки, и они принялись подпрыгивать вдвоем, а потом, взвизгнув, упали в объятия друг друга.

Майкл сидел в кресле, с усталой улыбкой глядя на них.

— Сколько сейчас времени? — спросила Клер.

— Поздно. Рано. — Ева взглянула на часики в виде черепа. — Около шести утра. Майкл, тебе нужно домой — скоро рассветет. Я останусь здесь с Клер.

— Нам всем нужно домой, — ответил Майкл. — Он еще несколько часов не придет в себя, а вам следует переодеться.

Клер оглядела себя и состроила гримасу.

— Да, я не против, — согласилась она. Узорчатые колготки пропитались кровью Шейна; наверное, Майкл чувствовал ее запах, а девушке он казался отвратительным — несвежий, гнилостный, — и к горлу от него подступала тошнота. — Ева? Что скажешь?

Та кивнула. Они покинули комнату ожидания и направились к лифтам по длинному, пустому коридору. Прошли мимо стола, за которым сидела сестра Фентон, злобно глядевшая на них. Пока они ждали лифта, Клер обернулась и увидела, как женщина набирает номер.

— Откуда мне знакома эта фамилия? — пробормотала она. И наконец догадалась спросить — с ней же два уроженца Морганвилля. — Фентон. Ребята, вам что-нибудь известно о ней?

Прибыл лифт, все вошли внутрь, Ева нажала кнопку.

— Эта семья живет здесь давным-давно, — ответил Майкл. — Душка-медсестра, однако, не уроженка города: она когда-то поступила в университет и вышла замуж за одного из Фентонов.