Последняя база - Кэролайн Черри

Рука Дэймона сжала его локоть, мягко направила к сиденью у стены. Джош с удовольствием отдохнул несколько минут, глядя на прохожих. Он сидел не в той секции, где располагался офис Дэймона, а в зеленой. Из ресторана долетала музыка. Они шли в ту сторону... но остановились. Так решил Дэймон. "Наверное, перейдем на дорогу, ведущую к больнице, - подумал Джош. - Или просто отдохнем".

Он сидел, тяжело дыша, затем признался:

- Меня слегка мутит.

- Пожалуй, тебе надо вернуться в гостиницу, хотя бы на на проверку. Зря я повел тебя в спортзал.

- Нет, дело не в этом. - Джош наклонился, опустил голову на руки и, несколько раз медленно вздохнув, выпрямился. - Имена... Дэймон, ты помнишь имена из моего досье? Где я родился?

- На Сытине.

- А моя мать? Ты знаешь, как ее звали?

Дэймон наморщил лоб.

- Нет. Этого ты не сказал. В основном ты говорил о тете. Ее звали Мэвис.

В памяти Джоша снова проявилось лицо пожилой женщины. В груди поднялось знакомое тепло.

- Да.

- Ты даже ее позабыл?

Вернулся тик. Джош изо всех сил старался говорить спокойно.

- Видишь ли, я никак не могу понять, где - настоящее, где воображаемое, а где сновидения. Ты бы тоже запутался, если б не знал разницы между этими вещами. Значит, Мэвис...

- Да. Ты жил на ферме.

Джош кивнул, хватаясь за драгоценные крохи воспоминаний. Озаренная дорога, пыль под босыми ногами, видавшая виды изгородь. Как часто снилась ему эта дорога, и пыль, и дом, и амбар, и силосная башня... и много других домов, амбаров и башен. И колосья, золотящиеся на полях.

- На плантации. Она гораздо больше любой фермы. Да, я там жил, пока не поступил в военную школу. Кажется, с тех пор я не бывал ни на одной планете. Это так?

- Ни о какой другой планете ты не упоминал.

Джош сидел, удерживая в голове образы, наслаждаясь ими - прекрасными, теплыми, реальными. Он попытался восстановить в памяти детали: солнце, цвета заката, пыльную дорогу, убегающую от деревни... Большая, мягкая, уютная женщина и тощий суетливый мужчина, который вроде бы ничем не занимался, только ругал погоду. Фрагменты воспоминаний складывались, как кусочки мозаики. Родина. На это слово душа отозвалась болью.

- Дэймон, - сказал Джош, набравшись храбрости, ибо это была не просто сладкая греза. - Тебе не было нужды обманывать меня. Но ты солгал, когда я попросил тебя рассказать о кошмарах. Помнишь? Зачем?

Похоже, Дэймон смутился.

- Дэймон, я боюсь. Боюсь лжи, понимаешь? Боюсь... многого. - Он запинался, досадуя на свои дергающиеся скулы, и на язык, не способный подбирать нужные слова, и на память, превращенную в решето. - Дэймон, скажи мне имена и названия. Ты читал досье. Читал, я знаю. Объясни, как я попал на Пелл.

- Как и все остальные. Прилетел после падения Рассела.

- Нет. Начиная с Сытина. Назови имена.

Дэймон положил руку на подлокотник и мрачно поглядел на Джоша.

- Первое из перечисленных тобой назначений - на "Коршун". Не знаю, сколько ты на нем прослужил, возможно, это был твой единственный корабль. Как я понял, тебя забрали с фермы в эту, как ты говоришь, военную школу и там обучили на военопа. Судя по твоим ответам, корабль был очень мал.

- Разведчик. - Перед мысленным взором Джоша отчетливо вырисовались консоли и тесные отсеки "Коршуна", где члены экипажа жили плечом к плечу в нулевом тяготении. Служба по большей части проходила при станции Передовая - в доках и патрулировании. Иногда "Коршун" ходил в дальние рейды с одним-единственным заданием: увидеть то, чего еще никто не видел. Кита... Кита и Ли... Кита казалась ребенком - к ней Джош особенно привязался. И Ульф. Он обрадовался, вспомнив их лица. Они неплохо притерлись друг к другу - притерлись чуть ли не в буквальном смысле, ибо на борту разведчика человек не ведал уединения. Джош провел вместе с ними годы. Годы! И теперь они мертвы... Словно во второй раз он переживал их смерть. "Берегись!" кричала Кита. Он тоже кричал, сообразив, что их засекли. Ошибка Ульфа. Джош беспомощно сидел у консоли - ни одного орудия, нечем отбиться...

- Меня подобрали, - сказал он. - Не помню кто.

- Вас подбил корабль по имени "Тигрис", - напомнил Дэймон. - Рейдер. На твое счастье, в том районе оказался купец. Он принял сигнал из твоей капсулы.

- Продолжай.

Дэймон помолчал, будто размышляя, стоит ли рассказывать. Беспокойство Джоша росло, невидимая рука все сильнее сжимала желудок.

- Тебя привезли на станцию, - сказал наконец Дэймон. - С борта купца тебя вынесли на носилках, хотя на твоем теле не было ран и ушибов. Видимо, шок. Переохлаждение. На "Коршуне" почти целиком отказала система жизнеобеспечения, и ты едва не погиб.

Джош недоумевающе покачал головой. Об этом никаких воспоминаний. Пустота. Даль. Холод. Зато он вспомнил доки и врачей. И допросы, бесконечные допросы...

Толпы. Вопящие толпы в доках. Падающие охранники. Кто-то хладнокровно стреляет в лицо лежащему человеку. Кругом - затоптанные, впереди - ревущая живая волна, а позади - вооруженные солдаты. "Они захватили оружие", слышен чей-то крик. Паника... Как будто под напором воды рушится плотина...

- После взрыва на Маринере, - продолжал Дэймон, - тебя вывезли вместе с другими уцелевшими.

- Элен...

- На Расселе тебя допрашивали, - негромко рассказывал Дэймон. Выпытывали... не знаю что. Боялись. Спешили. Применяли незаконные методы наподобие Урегулирования. Пытались вытянуть из тебя информацию - сроки нападения, направления ударов и тому подобное. Но ничего не добились. Потом началась эвакуация, и тебя переправили сюда.

Черная "пуповина", соединяющая корабль со станцией. Солдаты. Оружие.

- На военном крейсере, - добавил Джош.

- Да. На "Норвегии".

Внутренности стянуло в узел. Мэллори. Мэллори и "Норвегия". Графф. Он вспомнил. Гордость... там умерла его гордость. Он превратился в ничтожество. Кто он? Что он? Это никого не интересовало. У них не было даже ненависти - только горечь и скука. И жестокость. Для них он был всего-навсего живой тварью, способной испытывать боль и стыд, кричать, когда захлестывает ужас, и понимать, что до твоих мук никому нет дела. "Хочешь обратно к ним? - Он помнил даже интонации Мэллори. - Хочешь?"

Этого он не хотел. У него вообще не осталось желаний, кроме одного: ничего не чувствовать. Вот она, причина кошмаров. Вот откуда эти жуткие темные фигуры. Вот из-за чего он просыпается по ночам.

Он медленно кивнул, смиряясь с этим открытием.

- Здесь тебя содержали в тюрьме. Тебя допрашивали везде - на Расселе, на "Норвегии", здесь... Если думаешь, что при Урегулировании мы изменили твои воспоминания... поверь, это не так. Джош!

- Со мной все в порядке. - Произнести это было нелегко - дыхание перехватило, тяжесть в желудке не отпускала. Это из-за близости человека, догадался он. Эмоциональной или физической. Он старался держать себя в руках.