Залетная гостья (СИ) - Яна Ладина

— Если вы тот самый волк из сказки про Красную Шапочку, то, наверное, мне стоит бояться, — в тон ему вторила я, освобождая лицо от волос.

Не знаю, понял ли он суть приведенного примера, но рассмеялся глубоким раскатистым смехом, плюхнул свою ладонь мне на плечо (все ему покоя нет!) и потянул внутрь. Дверь за мной сама собой захлопнулась, отрезая путь назад, и страх достиг своего пикового значения. Но, кажется, лорду Магорусу на это было решительно наплевать. Он подошел к столу, на котором стоял поднос с графином и парой золоченых кубков, плеснул в них бордовую жидкость и вместе с ними вернулся к изучающей «пыточную» мне.

— В далеком прошлом это и впрямь была пыточная. А в других, скрытых завесой невидимости клетушках вдоль коридора, по которому тебя сопроводила моя жена — тюремные казематы. — Он протянул мне кубок. — Впрочем, не об этом сейчас нам надо поговорить.

Мужчина сделал глоток первым, слегка покрутил напиток во рту, после чего вопросительно взглянул на меня. Поспешила повторить всю процедуру за ним, не особо вдаваясь, что придется пить.

— Ягодный морс? — удивленно ахнула, неверяще уставившись на кубок как на чудо чудное.

— Думала, я тебя вином буду опаивать или каким-нибудь зельем отсроченного действия? Эх, вы, молодые, вам все ужасы, декорации подавай, чтобы всерьез и внимательно воспринимать стали! Садись, согрейся. Дрожи на сегодня с тебя достаточно. — Он принял из моих рук кубок, а я поспешила занять предложенное место. Мягкое и уютное, в отличие от всего, что было вокруг.

— Итак, — Магорус сел в соседнее кресло, развернул его в мою сторону, скрестил колени и сложил руки на животе. Несколько вальяжно, ну что ж, посмотрим, что он скажет: — Я хочу поведать тебе, как новоиспеченному члену нашей семьи Киатар, старую семейную тайну. Можешь расценивать это как легенду, если хочешь. Посвятить в нее я тебя обязан. Любой наш потомок, собирающийся создать свою собственную семью и продлить наш род должен знать историю своих корней и быть готовым к тому, что все новое, что входит в нашу жизнь, вполне может являться так некстати позабытым старым.

Я кивнула, принимая правила игры. А где-то на задворках сознания приготовилась слушать лишь одним ухом. Ни к чему мне помнить всякие грязные истории дальних родственников, коль гостить я у них собралась лишь две недели летних каникул, и то, не по собственной воле. Раз хотят — выслушаю. Но запоминать — не гарантирую. В конце концов, и Дар и Шер обещали вернуть меня домой. Только никто больше этого кроме нашей троицы пока не знает. И не надо.

— Постараюсь быть кратким. — Он вздохнул, набирая побольше воздуха в легкие, и я поняла: краткость — не сестра всех его бесспорно многочисленных талантов…

Лорд Магорус отпустил меня из своей пыточной на волю далеко заполночь. Я добиралась до своей комнаты, уже абсолютно наплевав на хруст чего бы то ни было под ногами или капли воды, разбивавшиеся о макушку. Ко всему прочему еще и Дармир устроил в прямом смысле вынос мозга, завалив как только я вышла в коридор ментальными посланиями в духе: «Проклятый инквизитор, где ты шляешься?», «Латус, прокляни, куда тебя занесло?», «Может мне за тебя перемерить женское нижнее бельишко?!» и «Умертвия на тебя нет!» Видимо, лорд Магорус действительно не хотел, чтобы нам помешали, поэтому подстраховался.

На счастье, его подстраховки хватило на избавление юной особы, то есть, меня, от голода: ягодный морс, что он предложил и целый графин которого мы распили на двоих подчистую, оказался одновременно средством болеутоляющим, жаропонижающим, иммуноповышающим и высоко питательным. Все это, разумеется, моя трактовка. Лорд же ограничился одним единственным высказыванием без подробного разъяснения в отношении напитка: «От всего и для всего».

Начали мы нашу беседу с воспоминаний о том, что мне в общих чертах пересказал Дармир про родословную этой большой семьи. Тетка князя Родорума, Аролла, моего прадеда, взявшего в жену простую безродную пастушку, помогла тому исчезнуть из этого мира и появиться в моем. Исчезновение было обставлено смертью из-за распространенной в то время инквизиторами чумы — проклятия. Это было еще до прихода Латуса, когда магия была под запретом. Аролла, о магическом даре которой никто не знал, открылась лишь еще одному своему племяннику, Филишу, единственному, кто не отрекся от брата. Все остальные думали, что Родорум, покинувший родовое гнездо, действительно умер из-за болезни. Филиш и Аролла долго искали Родорума после этого в моем мире и однажды им это удалось. Чтобы закрепить результат своих трудов, Аролла перед смертью наложила заклятие на перстень, который сейчас носил Дармир, как потомок Филиша. Чтобы однажды с его помощью, используя зов крови, обладатель кольца мог переместиться к дальнему родственнику в трудный для семьи час и попросить помощи, когда положение станет безнадежным.

— А как кольцо оказалось у Дармира? — полюбопытствовала я у лорда Магоруса.

— Колько принадлежит Дармиру, поскольку именно он отыскал его, и оно признало моего сына своим хозяином. Ребенком он забрался в эту часть дома, изображая из себя бравого искателя сокровищ, вскрыл защиту камер и обокрал прикованный цепями к стене скелет. Как мы потом установили, им оказался один из прапрадедов Дара, совративший невесту старшего брата, за что был упрятан за решетку. Видимо, про него забыли… Но какова все же история, представь себе!

Представила и чуть не умерла от ужаса. Ну и нравы! Да и трофей с пальца мертвеца, что может быть жутче?! Разве что мой будущий супруг. Хотя, выбирая между ними… Нет, все же Даргомас.

А дальше пошли уже дополнения и неизвестные мне детали, которыми щедро делился лорд Магорус. Речь шла о событиях четырехсотлетней давности, когда был перестроен особняк в тот вид, который мы знаем и видим теперь. После прихода Латуса магия была узаконена как естественное проявление сущности всех живых существ, а не отклонение от догмы Единой Империи Думадар. Инквизиция была повержена. Отовсюду хлынули подданные теперь Латусу расы, которые смешивались с человеческой.

Стоит упомянуть происхождение главной героини истории, Ароллы. Она была сводной сестрой матери Родорума, Килтаны. Одну ночь мать девочек провела не с мужем, а с любовником, который был пришлым колдуном из Бавардира. Из-за инквизиции это, естественно, скрывалось, ведь именно так в роду Киатар зародилась первичная магия — в лице Килтаны, внебрачной, по факту, дочери. А вторую девочку, Ароллу, несколько лет спустя подбросили. Она в свою очередь тоже унаследовала от своих родителей магию, но скрывала это. Про ее магический дар как и