Подземный флот маркшейдера Вольфа - Сергей Смирнов

- Все уже… - еще раз невольно подтвердил Кит, уведомив князя о завершении фокуса.

И тут он догадался, что невозмутимый и чудной князь потрясен до глубины души.

- Феноменально! – наконец прошептал князь. – Я пытался представить себе эти трансформации… но чтобы так эффектно... уму не постижимо!

И вдруг движения князя стали быстрыми, будто само время заторопилось и двинулось гораздо быстрее.

Князь порывисто протянул Киту цепочку от очков.

- Берите! - очень живо и воодушевленно сказал он. – Берите и не удивляйтесь. Она сделана из того самого металла, который пошел и на некоторые детали нашего аэроплана-«кентавра».

- Трансформера, - догадался Кит.

- Что? – не понял в свою очередь князь – разные века, разные термины! – но тут же догадался: – Да, пожалуй, можно и так назвать… Этой цепочки при ваших способностях будет достаточно. Вы готовы?

О, как вдруг заторопил князь!

Кит опять бессовестно угукнул, засовывая цепочку в карман спортивных штанов.

На самом же деле, он успел как-то сильно расслабиться в старинных гостях… и теперь даже заробел, вспомнив про подвиг, который ему предстоял.

- Ваша невозмутимость просто удивляет, - восхитился князь, не зная про фирменную Китову бесчувственность, залитую поверх всех страхов.

Он указал на диван:

- Тогда садитесь.

Кит встал из-за стола и покорно двинулся к дивану.

- Хотя минутку… - вдруг остановил его князь. – Извините, Никита. Впереди у вас большие приключения… Вы не хотите предварительно заглянуть?

- Куда? – не понял Кит.

И вдруг понял! Князь намекал, что перед большими приключениями очень даже стоит заглянуть… вернее забежать… ну, вы сами знаете, куда… И почему только все эти остальные супер и не очень супер герои во всех книгах и фильмах как будто вообще, извините, не писают и не какают, а все так успевают, будто не живые люди, а просто киборги, как тот же Терминатор. Кит был всё-таки человеком, а не киборгом, а потому чисто по-человечески решил не стесняться и позаботиться о спокойствии на все ближайшее будущее, в котором точно будет не до того …

В маленькой кабинке, под большим железным бачком с длинной цепочкой он только успел поудивляться: «Надо же… и это я делаю на Марсе… никто никогда не поверит!» И он еще прикинул, а не надежнее ли прихватить заодно и вот эту длинную и толстую цепочку, с помощью которой спускают воду известно где. Может, она больше пригодится? Но спрашивать у князя не решился… а спросил другое, когда уже вышел из кабинки и сел на диван:

- А граммофон?

- Для вас лишний груз, - твердо сказал князь. – У детей есть еще один… А мне пригодится. Не исключено, что с его помощью я ускорю процесс возвращения. Звуки этого романса оказались просто уникальным проводником во времени… К тому же такое символическое название – «Последний рейс».

- Хорошо бы, не последний, - само собой вырвалось у Кита, и он уточнил: - Для меня хотя бы…

- Да, всё в мире относительно, - сделал гениальный вывод князь. - Агрегат готов к транспортации. И позвольте вам, Никита, дать одно напутствие… Вы там, на Земле, своим талантом особо не разбрасывайтесь, а главное, не демонстрируйте его на публику. Вы не фокусник, у вас все по-настоящему, и восторженные аплодисменты вам не нужны, они вас только испортят… И не все, что сломано и разрушено, подлежит восстановлению. Многое стоит оставить в покое развалин… Рекомендую вам: прежде, чем решитесь восстановить что-либо из созданного руками человеческими, возьмите да помолитесь, чтобы не вышло чего лишнего… Не знаю, верите ли вы в Бога или нет, но все-таки помолитесь Ему на всякий случай… Примерно так: «Боже, сделай так, чтобы у меня ничего не получилось, если от этого будет больше вреда, чем пользы»…

Кит слегка растерялся от такого напутствия, потом прикинул и как всегда решил уточнить:

- И так каждый раз молиться, чтобы ничего не получилось?..

- Хм… - прикинул и князь. – Смею заметить, весьма полезная идея!

И он нажал на самую главную кнопку.

В «лампе» заискрили два металлических уса – и между ними образовалась электрическая дуга необычного фиолетового оттенка.

- Передайте моим сорванцам, что я их очень люблю, что нестерпимо скучаю по ним и, главное, что непременно вернусь… - проговорил князь, и голос его становился все ниже и ниже. - Просто скажите, что «скоро»… А теперь соберитесь. Никита! Представьте себе, что вы уже на месте второго пилота… Лучше закройте глаза.

Кит и так уже весь сжался… и, можно сказать, весь целиком зажмурился.

- Как говорится, Ангела-хранителя вам в дорожку, - пожелал князь, и голос его уже звучал со всех сторон и даже сверху, с марсианских небес, гулким стереофоническим басом. – И да поможет вам Бог!

Накатила теплая волна. Ослепительно полыхнуло.

Кит зажмурился, а в ушах у него зазвенело…

…и тут же зарокотало! И в лицо ударил уже не теплый и мягкий, а холодный и резкий поток воздуха.

Никиту ударило спиной об не слишком жесткую, но и вовсе не уютно-диванную поверхность.

Кит распахнул глаза.

В них ударило солнце… А в нос ударил маслянистый дым!

Кит даже не стал вертеть головой и оглядываться по сторонам, чтобы, чего доброго, не испугаться любой из грозивших со всех сторон опасностей – вражеских аэропланов или уже такой близкой и грозящей гибелью земли.

Княжна Лизща сидела впереди и, верно, готовилась красиво умереть. Кит только глянул ей в затылок и сразу понял – не надо отвлекать её от героических мыслей и молитв… а то она всё испортит, и тогда они точно гробанутся. Он сделает ей сюрприз чуть позже. Если успеет.

Он живо выудил из кармана цепочку от очков-пенсне и… Куда же ее приткнуть в подбитом аэроплане, в какое тайное место сборки?

Нигде не видно было таких нужных, таких спасительных искорок…

Кит чувствовал, как его все сильнее клонит вперед… Еще немного – и аэроплан войдет в штопор! И тогда – всё… Конец!

Вымученный рокот-треск дымящего двигателя уже превращался в захлебывающийся кашель. Стало трясти…

Идея проползти вперед по корпусу и добраться до подбитого двигателя выглядела теперь явно суперменской, без голливудских каскадеров и спецэффектов совершенно не выполнимой, то есть - попросту идиотской!

Еще чуть-чуть – и Кит страшно бы испугался самого ближайшего будущего. Впору было звать папу с мамой!

И вдруг Кит заметил прямо перед собой, как из металлического обода, окружавшего по корпусу место пилота, от мелкой тряски начинает, как крохотный грибок, сам собой вылезать то ли винт, то ли заклёпка… и вылезает не просто так, а разбрасывая мелкие, редкие искорки!

Озарение! Тут-то и снизошло на Кита озарение!

Кит протянул свободную руку, подцепил «грибок» за шляпку и изо всех сил дернул вверх. Вулканчик искорок ударил из отверстия!

Другой рукой Кит попытался поднести очёчную цепочку к отверстию так, чтобы ее концом попасть прямо в извергающее искорки отверстие.

- Боже, пожалуйста, сделай так, чтобы получилось! – невольно взмолился он наперекор совету князя Веледницкого.

Аэроплан трясло, цепочка дергалась и раскачивалась… и вдруг ярко засветилась, как раскаленная!

- Ой! – вскрикнул Кит от ожога и, отпустив цепочку, отдернул руку.

Цепочка на миг превратилась в прямой светящийся стержень… и вдруг, как макаронина в рот, всосалась в отверстие.

В тот же миг Киту сильно обожгло пальцы другой руки. Из них вырвалась-вылетела раскаленная заклепка и тут же присосалась к своему законному месту, откуда была извлечена.

Аэроплан содрогнулся. Ослепительный золотистый фейерверк вспыхнул впереди. Киту послышалось, что княжна вскрикнула…

Спустя пару секунд фейерверк погас… и вместе с ним исчез поток темного дыма.

Всё! Двигатель аэроплана урчал, как новенький! Он рокотал натужно, но уже бодро и довольно. А аэроплан стал задирать нос все выше и выше, в чистое небо.

Сердце гулко и страшно часто стучало в ушах Кита, будто изо всех сил помогало вылеченному на лету, восстановленному двигателю аэроплана.

- Ну, Боженька, спасибо Тебе, если Ты есть! – еле двигая страшно сухим языком, прошептал Кит, как-то растерянно решив, что сам он тут был вообще не при чём.

И его бросило из жара в холод. Он стал жутко мерзнуть!.. Ясное дело, Кит сидел в аэроплане в легком спортивном костюмчике. Самая опасная опасность отступила, стресс утих, и Кит почувствовал реальность такой, какой она была…

И тут к нему пришла первая нормальная и здравая мысль:

«Она ж меня тут заморозит! Вниз надо!»

Кит огляделся: они летели над полями и лесами… Это раз. Вражеский аэроплан продолжал лететь поодаль, по правому борту. Это – два!

Кит посмотрел назад. Там, в небесах, выше и тоже поодаль, тащилась дурацкая и бесполезная «Петровна». Это – три… А «четыре» – то, что вражеский аэроплан с пулеметом снова шел на сближение.

«Второй попытки не будет, это точно!» - не столько со страхом, сколько со злостью подумал Кит и, подавшись вперед, заорал во всю глотку: