Плакса (СИ) - Стина Лана

Возможно, мне здесь было не место. Я не имела права наблюдать за чужой тренировкой. Папа рассказывал, что на тренировки никто не допускается, кроме тренеров и игроков. Это может быть опасно, особенно если тренер озвучивает стратегию на игру и формирует пятерки. Наверное, в любительском хоккее все не так серьезно, как в профессиональном, иначе кто-нибудь меня бы уже отсюда вышвырнул. Но вместо этого я села на ближайшее место и продолжила наблюдать за тем, как Алексей завершает свою тренировку.

Алексей.

Я не мог перестать думать о том, что она сидит на трибунах, наблюдая за тем, как я завершаю свою тренировку. Сердце гулко колотилось в моей груди и я знал, что это потому что она смотрит. Ни одна физическая нагрузка не смогла бы подействовать на меня таким образом. Только она.

Ее маленькая фигура среди пустых трибун казалась такой хрупкой. Заканчивая заминку, я неотрывно наблюдал за ней. Вот ей стало прохладно и она надела свой пуховик и ее волосы красивым водопадом рассыпались по плечам. Я старался подъезжать как можно ближе к бортику, чтобы запечатлеть у себя в памяти ее чуть покрасневший от холода нос и щеки и как блестели ее серые глаза, каждый раз, когда я проезжал рядом. Легкая улыбка играла на ее губах и я готов был наматывать круги по арене до тех пор, пока не свалюсь, только бы она не прекращала улыбаться. Никогда.

Меня влекло к ней с такой чертовой силой, что я иногда удивлялся тому, как хорошо мне удавалось сопротивляться этому. Я хотел, чтобы она была как можно чаще рядом со мной, поэтому идея с репетиторством казалась гениальным предлогом. Но также сильно я сопротивлялся тому, чтобы быть с ней.

Моя жизнь – полный бардак и, как бы сильно я не хотел, чтобы Алиса была частью моей жизни, я не мог этого допустить. Она не заслуживала того, чтобы окунуться в то, с чем я сам еле справляюсь: мои неоднозначные отношения с семьей, карьера хоккеиста-неудачника с кучей мусора в голове.

Я хочу, чтобы когда я пришел за ней, за моими плечами не было багажа из вины, сожаления и самобичевания о том, где я облажался. Почти во всем. Алиса не заслуживает всего этого дерьма, но я слишком эгоистичен, чтобы отказаться от нее полностью. Она нужна мне в моей жизни, даже если Алиса никогда не будет моей по-настоящему.

- Подождешь меня в холле? – спросил я Плаксу, когда мы закончили заминку.

Ни один из парней не упустил возможности поглазеть на Алису, когда они выходили со льда. Она им вежливо улыбалась. А я хотел, чтобы все ее улыбки были для меня.

- Конечно, - прихватив с трибун свой рюкзак, она вышла с арены вместе со мной.

- Не замерзла? – зачем-то ляпнул я.

- Я в порядке. И мои конечности тоже, не волнуйся, - фыркнула Алиса. – Не нужно со мной включать роль старшего брата.

Мне захотелось рассмеяться. Потому что то, что я чувствовал к этой девушке отнюдь не братские чувства. Чувства, узнай о который ее настоящий брат, свернул бы мне шею, как тростинку.

- Увидимся в холле, - сказал я плаксе и вошел в раздевалку самым последним.

Как всегда, Пашка делал разбор тренировки и каждому указывал на их слабые места. Он был нашим капитаном, тренером и главным спонсором команды. Он отлично разбирался в тонкостях игры и не менее искусно забивал голы. Он был лучшим из нас, поэтому его и выбрали нашим капитаном. Я редко получал от него критику, потому что всегда выкладывался на все сто процентов. Хоккей – единственное, в чем я был хорош.

- Лис, что за цыпочка ждала тебя на трибунах? – подошел ко мне Ян – один из наших защитников.

Я не хотел отвечать ему, но если я промолчу, это только подстегнет парней на лишние вопросы.

- Знакомая, - я стащил с себя амуницию и закинул в сумку.

- Это мы поняли, - усмехнулся Серега и поиграл бровями. – Но она довольно хорошенькая знакомая.

Я натянул на себя футболку и свитер, решив, что в душ схожу дома. Не хочу заставлять плаксу ждать меня еще дольше.

- Она – сестра моего лучшего друга и вам, парни, лучше в ее сторону даже не думать.

Пашка стоял ближе всех ко мне и, улыбнувшись моему ответу, хлопнул меня по плечу.

- Расслабься, номер один. Мы просто хотели немного посплетничать. К каждому из нас приходили девчонки на тренировки. Кроме тебя. Должно быть, эта девушка особенная для тебя.

Именно такой она и была. Но этим придуркам не нужно этого знать. Каждый из них, за исключением женатых, приводил на тренировки девушек, просто чтобы впечатлить. По какой-то неведомой для меня причине, девушкам нравились хоккеисты и каждая из них, буквально мечтала почувствовать себя особенной – просто посидев на трибунах во время тренировки. Я этого не понимал, но парни активно этим пользовались. Так продолжалось до тех пор, пока наш капитан не установил определенные правила – только реальные девушки и жены могли присутствовать на тренировках. Больше никаких случайных людей на тренировках быть не должно.

- Так что, кто она, Лис?

- Я уже все сказал, - я закинул в сумку последние вещи и застегнул. – Увидимся на следующей тренировке.

Я вышел из раздевалки, пытаясь справиться с клокочущим раздражением. Я знал, что мои товарищи по команде могли быть придурками, но злился не на них, а на себя. Если бы я только имел право называть Алису своей, у них даже не возникло бы мысли о том, чтобы спросить, кто она для меня. Мне не нужно было бы говорить, что она сестра моего лучшего друга. Она больше, чем это.

Прежде, чем выйти в холл, я завернул в кабинет Риммы Игоревны и, без стука, вошел. Женщина сидела за своим столом и что-то изучала в документах, но услышав хлопок двери, посмотрела в мою сторону.

- Вас не учили стучать, молодой человек? – нахмурив брови, спросила она.

Мальчик, что сидел возле нее и, судя по всему, делал домашнее задание, даже не посмотрел в мою сторону.

- Вы заплатите Алисе за первый урок, - я не собирался тратить на разговор с этой женщиной дольше минуты.

- Прошу прощения?

- Вы меня слышали. Это вам нужна Алиса, а не вы ей. Занятия с вашим ребенком – не благотворительность, а работа.

Женщина прищурилась и окинула меня недовольным взглядом.

- Бесплатный пробный урок – обычное дело.

- Да, если есть из чего выбирать. У вас его не было, раз вы отчаялись настолько, что пришли за помощью к хоккеисту. Мы оба это знаем, - женщина хотела что-то сказать, но я продолжил. – В следующий раз вы заплатите Алисе за два занятия. Всего доброго.

Алиса была доброй и у нее было супер способность – обесценивать себя. Я не сомневался в том, что она может сама за себя постоять, но я хотел справедливости в этом. У Риммы Игоревны явно деловая хватка и она может применять ее в своей работе, но не с Алисой.

- Едем? – спросил я ее, когда подошел к диванчику, на котором Алиса меня ждала.

- Ты быстро, - поднявшись с дивана, она почти вплотную оказалась ко мне. Ее медовый аромат коснулся моих легких и сердце, словно получив дозу энергии, увеличило свой ритм. – Ты не принимал душ?

- Не захотел заставлять тебя ждать, - не успев подумать, что делаю, я взял ее за руку и потащил к выходу.

Ее холодные пальцы нерешительно сомкнулись вокруг моих и я понял, что пропал. Ничего в мире не чувствовалась более правильно, чем ее маленькая ладошка в моей. Ничего больше я так не хотел, как держать ее руку в своей.

- Тебе не стоило обо мне беспокоиться. Я бы ждала тебя, сколько требуется.

- Я знаю, плакса, - я уверенно вел нас через парковку к моей машине. – Но я не хотел, чтобы ты меня ждала.

Мы говорили о душе, но каким-то образом мои мысли переместились в ту часть, где Алиса ждет меня, пока я разберусь со всем дерьмом в своей жизни. Если бы она чувствовала ко мне что-то большее, чем неприязнь, если бы она меня любила, она бы ждала. Я это знаю. Я видел всю свою жизнь, как она умеет любить и пойдет на что угодно ради близких людей. Только я не был одним из этих людей.