Ярость и кровь - Андрей Сантана

было умереть, я так понял, был довольно большой, — сразу поняв главную мысль, прервал я Альку.

— Не то чтобы сейчас он стал меньше, — улыбнулась Рифа.

— Ха! — поддержал её Сио.

Озираясь, я старался уловить, что меня сюда позвало, и чем больше пытался, тем более укреплялось чувство, что меня звал не человек, вообще не живое существо… Как будто… как его?.. Радиомаяк, точно! Поставленный на повтор, он крутит одно и то же сообщение. Найти эту штуку нужно хотя бы из-за того, что чувствую его только я и Нова.

Айвори по праву самой быстрой подбежала к следующему невысокому домишке и, уже привыкшая к пустоте здешних помещений, просто подпрыгнула, заглянув внутрь на ходу. Но, когда босые ноги соприкоснулись с землей, белая на секунду замерла и вернулась обратно к окошку.

— Тут что-то есть! — радостно оповестила она.

Толпиться у быстро занятого окна смысла я не видел, да и окном это с трудом можно было назвать, скорее щель. Опять же, прямо как в храме. Поэтому я сразу приблизился к единственному входу… и встретил преграду в виде каменной двери. Жалко, что годы не пощадили на ней резьбу, а пестрящие повсюду лозы хозяйничали, став новым украшением.

— Если это были жилые дома, то каждый раз такое отрывать требовало недюжинной силы.

— Хм-м. — Сио явно гордился тем, что они с Аннет уже открывали подобную дверь.

Как только мои руки прижались к холодному камню, вмешалась засмотревшаяся Алька.

— Подожди, Клиф! — подошла ведьма ближе. — Раньше эссенция текла в каждом человеке и доверия к ближнему тоже было куда больше, потому пусть массивность двери не обманывает тебя, это не больше чем простая занавеска. — Пепельноволосая подозвала всех к себе. — Запомните: если увидите перед собой каменную дверь, скорее всего, ключ к ней — эссенция.

Уступив кукольнице место, я наблюдал, как она принялась тереть ладони, одну о другую, и с каждым трением эссенция накладывалась новым слоем. Когда правая ладошка сероглазой уже приобрела осязаемый эффект синего свечения, ведьма прислонила руку к камню.

— Сначала так, — объясняла она. — Затем поворот в сторону предполагаемых петель. — Её палец указал на разницу сторон, и небольшой просвет намекнул, с какой стороны каменный страж открывался. — И ведите, растирая магию вдоль.

Сказала, сделала.

Оставив на камне синий след, чем-то напоминающий краску, эссенция вспыхнула и, впитавшись в руны, разлилась по всей двери, заполняя недостающие осколки. Когда магический свет погас, дверь слегка дернулась, а потом начала медленно открываться.

— Прости, я не знала, — вполголоса пролепетала Аннет, обращаясь к молодому берсерку.

— Ничего, все равно перед тобой я открою любую дверь…

Интересно, он специально говорит такие вещи, чтобы они оба молчаливо смущались, при этом вызывая улыбки у окружающих?

«Кто бы говорил, Клиф!»

— Ну, здорово! — положила Рифа руку на пояс. — А мне кто ладонь для трения подставлять будет?

Рита держалась изо всех сил, но мы все явно плохо на неё влияли.

— Тебе нужна рука помощи? — Бурая знала, что пацанка оценит, и под звучный смех последней их кулаки легонько ударились друг о друга.

— В любом случае это «отпирание» выглядит удобным, — кивнул я, но потом призадумался. — Стой, то есть дверь твоего дома мог открыть… любой? Неужели и вправду такое доверие?

— Не совсем, все зависело от нанесенных рун… Но отчасти да, раньше люди были другими, и… — Алька отвела взгляд. — Скажем так, обычным крестьянам было сложно совершать преступления, ведь у недремлющей стражи имелись свои предсказатели и чудовища.

«Плюс, насколько я знаю, в обычных домах разрешалось накладывать весьма противные чары».

Магическая эпоха… Странное время.

Первой в дом для проверки зашла Алька и одобрительно кивнула. Небольшое пространство встретило нас сохранившимся убранством. Ну, «сохранившееся» — слишком громкое слово, «истлевающее» — более точно.

И все было вырезано из камня.

Стол, стулья, несколько полок. Из примечательного — под ногами лежал дырявый ковер, запачканный сажей, а в углу — прогнивающий ящик. Хоть что-то деревянное…

— Надо открывать! — Рифа буквально тащилась от процесса. Но, к счастью, не теряла голову, и крышка найденного сокровища открылась телекинезом. — Фу… — От ящика понесло мертвечиной. — Айвори, посмотри, что там, — зажав нос, пробубнила однорукая.

— Я? — Ави опустила уши. — Почему я? Сио, посмотри, что там!

— С чего это именно он должен смотреть? — слегка возмутилась Аннет, не дав волку и слова сказать.

Мур уже направилась к сундуку, но Мелони её остановила.

— Ой, храбрецы, — оскалился я, в итоге проверив злосчастный сундук.

Не буду врать: становится не по себе, когда находишь что-то воняющее мертвецами в заброшенной магической деревне. Ведь на деле находка и вправду не особо приятная.

— Тут, — слегка прищурившись, я убедился, что зрение меня не подводит, — скелет птицы и нитки… Но с чего старому маленькому скелету вонять, как свежему мертвецу? Да и черная катушка все еще выглядит новой.

— И вправду, — подошла Рифа, продолжая зажимать нос.

— Хм-м, это же атрибутика некромантов? — обратилась Мелони к Альке.

— Все верно, милая, — кивнула старшая. — Считайте, что мы действительно нашли артефакт, но, так как среди нас нет некромантов, советую не брать его. — Даже Алька поморщилась. — То, что вы сейчас чувствуете, — это некротическая эссенция, и без правильной обработки трупный запах будет следовать за нами.

— Не, такого счастья не надо! — Айвори возомнила, что, обмахивая себя руками, сможет отогнать «аромат.»

На том и порешили. Первая находка останется на своем месте, но, как ни крути, тревоги такое вызывает хоть отбавляй. В деревне жили некроманты? И если трупы я еще понимаю, то при чем тут нитки? Это же я спросил у всех, когда мы подошли к следующему домику.

— Это… — начала Мел.

— У! Эти ведьмы зашивают себе полрта! — не выдержала Рифа, которая из всех уроков извлекала только жуткие или пугающие факты о магии.

— Не перебивай, — спокойно сказала Рита, дернув однорукую за ухо.

— Кхм, — прокашлялась Мелони. — Да, так и есть, посвящение у ведьм-некроманток заканчивается ритуальным зашиванием половины рта, а эссенция приобретает зеленоватый оттенок, становясь некротической.

«Увидев зеленый свет, не иди, и