Принц Густав. Выжить и победить (СИ) - Полякова Маргарита Сергеевна

Монаршья особа, на самом деле, величина весьма условная. Нет, встречаются такие коронованные особы, которые сами всем рулят, но не так уж часто, как кажется. В большинстве случаев короли испытывают чудовищное давление от окружения. И как только начинают это самое окружение гнуть под себя, вполне могут распрощаться с жизнью. Недавняя смерть Годунова — прямое тому подтверждение.

У меня для переговоров с дворянами был Оксеншерна. Даже не знаю, почему он ко мне так лояльно относился. Возможно, потому, что я не был шведским королем. Да и качестве Регента мало на что влиял. Официально. Если бы не Аксель, то риксдаг так до сих пор и тонул бы в обсуждениях, не принимая реальных решений.

А ведь по тонкому льду прошли! Поскольку я не хотел раскрывать все карты и отнюдь не стремился оповещать широкую общественность об имеющейся у меня сети осведомителей. В том числе контрабандистах. Ну зачем приличным людям знать такие никчемные мелочи? Да вот вообще ни к чему.

С другой стороны — без оглашения подобных тайн трудно объяснить некоторые свои знания. Например о том, что датчане собираются напасть не только на Кальмар, но и на Эльфсборг. А последний шведам и без того дорого обошелся. Для того чтобы выкупить его у противника, восстановить и укрепить понадежнее, покойный Густав Ваза потратил что-то около 150 000 крон. Для шведской казны — просто нереальные деньги.

Как вы понимаете, повторно отдавать Эльфсборг врагу не хотелось. Даже из тех практических соображений, что датчане снова потребуют за него выкуп. Причем заломят наверняка столько, чтобы шведам больше ни на что денег в казне не хватало[21].

Встречать незваных гостей отправился Столарм. А я, чтобы облегчить ему задачу, снова договаривался с контрабандистами. Если Кристиану свой флот девать некуда, почему бы брандерами его не порадовать? Хорошо же будет гореть! И почему бы не снабдить самых отчаянных головорезов ракетами? Точнее, тем, что осталось от не слишком удачной партии. Летают они все равно фигово, взрываются тоже хуже ожидаемого, но напугать датских пейзан вполне реально.

Зачем мне это надо? А затем, чтобы собираясь на войну в следующий раз, Кристиан дважды хорошенько подумал, как защитить свои территории. Кто окажется крайним, когда вернутся благородные доны с благородного похода и выяснят, что их владениям нанесен капитальный ущерб?

Денег в датской казне если и больше, чем в шведской, то ненамного. И чем больше потратить на оборону, тем меньше останется на армию. А врагов, готовых воспользоваться слабостью, у Кристиана больше, чем достаточно. Одни Нидерланды чего стоят! Да и про Любек не стоит забывать.

Могу поспорить — если Дания потерпит поражение, шакалы тут же попытаются воспользоваться моментом. Так что моя задача — выиграв войну, не проиграть мир. Хотя на данный момент и с первым-то пунктом были проблемы. Даже при подготовке к вторжению, война пошла совсем не по плану.

Похоже, я недооценил датчан. Не сказать, что их армия качественно превосходила шведскую, но дрались они крепко. И я начал опасаться, что продавят-таки нашу оборону. Причем львиная заслуга во всем этом была лично короля Кристиана. Бравый монарх лез в гущу боя, подавал личный пример и подбадривал подданных. Так и хотелось его пристрелить.

Одна мысль останавливала — если рядом со мной будут слишком часто умирать короли, у народа появятся ненужные подозрения. Но ведь надо ж что-то делать с этим попрыгунчиком! Из кожи вон лезет, чтобы подать личный героический пример!

Может, в ноги ему выстрелить? Чтобы не скакал почем зря? Есть, конечно, вероятность попасть в неудачное место, в результате чего Кристиан может скончаться от кровотечения, но тут уж не угадаешь. И я дал отмашку своим снайперам. А буквально минут через сорок выяснилось, с чего это датчане ведут себя, как берсерки, пытаясь захватить город.

Отгадка была проста. Они были убеждены в своей скорой победе. И вовсе не потому, что верили в воинскую удачу или божью помощь. В городе у датчан была крыса. Точнее, даже несколько крыс, подкупленных сильно заранее. Как я и подозревал, шпионаж работал в обе стороны.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Предателями было обговорено и время, и место. А потому когда условленный сигнал не был подан, а Кристиан попал-таки под пулю, датчане отступили. И мы даже не могли сразу начать их преследовать, поскольку войску был нанесен серьезный ущерб. Так что требовалось помочь раненым, пополнить запасы и хоть немного перевести дух.

Датчане, впрочем, тоже далеко не ушли. Не железные все-таки. Но продолжали отступать грамотно и по-военному четко. Нагнали мы их только в районе Торсоса, и то только потому, что свежее подкрепление перегородило пути отступления. К тому моменту я уже знал, что Кристиан все-таки остался жив и даже пытался командовать.

Ну, главное, скакать не может, подавая личный пример, а чего он там со своего ложа вещает — дело десятое. Раненый предводитель — это уже минус сто к общей армейской самоуверенности. Боги отвернулись. И будь ты сто раз протестант, вдолбленная в подкорку вера в древние силы никуда не делась. Русские, например, даже в 21 веке верят в Авось гораздо больше, чем в любого другого святого.

Я (для приличия) предложил датчанам сдаться, был предсказуемо послан (дипломатически витиевато и вежливо, но общий смысл тот же), и бой все-таки состоялся. Причем, наконец-то, согласно продуманным планам. Особенно крылатые гусары отличились. Я даже не ожидал подобной эффективности, все-таки опыта сражений у них практически никакого не было.

Видимо, датчане и не рассчитывали особо победить. Поскольку связав нас боем, сумели эвакуировать короля в ближайшую рыбацкую деревушку. И те, кто смог отступить, скрылись за укреплениями. Надо же… Кристиан даже об этом подумал… я прямо-таки уважать его начал. Да, укрепления жиденькие, больше на гуляй-город похожи, но сколько народа мы положим, чтобы их прорвать?

Обстрел? Можно. Но не нужно. Ибо оказавшийся в окружении раненый датский король — это лучшая валюта. Торговать им можно до бесконечности. Испробовав на себе, насколько сильны датчане, я уже не был стопроцентно уверен в абсолютной победе Столарма. А платить выкуп в случае захвата Эльфсборга не хотелось совершенно.

Оценив перспективы, я послал к датчанам парламентера. Не пора ли перемирие заключать? А мы, в качестве доброй воли, предоставим королю лучших врачей и хорошее питание. Кристиан взял время на размышление, но от еды и врачей не отказался. Еще и вина лучшего потребовал, окруженец фигов.

На наше счастье, Столарм с задачей справился. Эльфсборг всё равно пострадал, но весьма умеренно. И врагу не достался. Бой был знатным, но получив известие о том, что король ранен и окружен, датчане предпочли отступить. А я уж расстарался, чтоб весть дошла как можно быстрее — в очередной раз пригодились корабли контрабандистов, чьим главным достоинством была скорость.

Переговоры о мире шли долго, поскольку просили шведы до фига и больше. Припоминали врагу прошлые обиды. Норвегию, разумеется, нам не уступили. Да я и не ждал такой манны небесной. Даже то, что было заявлено о продлении переговоров по этой теме — уже большая победа. Это означало, что несмотря на неоднозначность ситуации, шведы тоже не хотели отступать в этом вопросе.

Выкуп в два миллиона серебряных крон тоже показался Кристиану чудовищным. Он упирал, что денег в казне нет, и я ему даже верил. Поскольку точно знал — действительно нет. Соглядатаи доносили, что на нынешнюю войну были угроханы огромные суммы. И это еще Кристиан не знает, что ему придется несколько городов на побережье восстанавливать, где контрабандисты порезвились.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

В конце концов, сошлись на любимой больной мозоли — на зундской пошлине. Была достигнута предварительная договоренность освободить от нее корабли, идущие под шведским флагом. По умолчанию было понятно, что пользоваться благами будут не только шведы, так что датчане бились за то, чтобы либо сократить срок этого беспошлинного плавания (с 50-ти лет хотя бы до 20-ти, хотя любому разумному человеку было ясно, что уже в следующем году мы снова столкнемся), либо ограничить количество кораблей.