Двойное искушение - Кристина Додд

Он намеренно повысил голос и спросил:

– А вы пробовали поискать ее, миссис Браун?

– Да, но разве мне это удастся? Ведь Кики такая хитрая.

Из шкафа донеслось приглушенное хихиканье.

– Тогда придется подождать, когда она сама вернется, - сказал Трокмортон. Он перевел взгляд на давно увидевшую его, с нетерпением ожидающую дочь и спросил, подходя к ней: - Как ты поживаешь, моя сладкая?

Пенелопа не выдержала, отшвырнула книгу и бросилась к Трокмортону с раскрытыми ладошками.

– Папа! - Он поднял ее на руки, отметив про себя то, какой она стала тяжелой. - Я скучала по тебе. - Она поцеловала отца в щеку и откинулась назад - С тех пор как приехали гости, я тебя почти не видела.

Трокмортон улыбнулся, уловив в голосе Пенелопы знакомые - свои собственные - интонации.

– Сейчас гостям не до меня, танцевать и играть в карты они и сами смогут. Кроме того, с ними дядя Эллери, твой любимый, веселый дядя Эллери, наш жених.

– Ты все равно лучше, - твердо заявила Пенелопа.

– Нет, что ты, - удивленно возразил Трокмортон.

– Лучше, лучше, - подтвердила Пенелопа, обхватывая ладошками лицо Трокмортона. - Ведь ты же мой папа.

Ему всегда хотелось иметь много детей, но бог послал ему только Пенелопу. Нет, была еще, конечно, Кики, но…

– Хочешь, чтобы я почитал тебе? - спросил он.

– «Робинзона Крузо»!

– Но ты его сама читаешь. - Он, не спуская с рук Пенелопу, присел на стул.

– Я еще не все слова могу разобрать, - серьезно ответила Пенелопа, глядя на отца снизу вверх. - Мне нужно начать учиться читать у мисс Милфорд.

Вот уж о ком он хотел сейчас говорить и думать меньше всего, так это о мисс Милфорд.

– Ты так хорошо читаешь. Начнем с того места, где остановились в прошлый раз.

Трокмортон подумал о Кики, сидящей в шкафу. О Кики, которая прикидывалась, будто ни слова не понимает по-английски, но тем не менее всегда оказывавшейся рядом, когда он читал.

Трокмортон раскрыл старый томик в потрепанном зеленом переплете и начал не торопясь, громко читать о приключениях моряка, чудом спасшегося во время кораблекрушения.

Сидя в своем шкафу, Кики прижалась к дверцам и негромко вздохнула.

Ее отец никогда не читал ей. Он даже не смотрел в ее сторону. Не говорил ей о том, какая она хорошая девочка. Вообще никогда не говорил с ней. Мог только посмеяться, глядя на ее проделки, да рассеянно погладить по голове, когда проходил мимо.

Кики проглотила комок, подкативший к горлу. Тот человек, который работал в кабинете дяди Гаррика, сказал недавно, что здесь, в Англии, она никому не нужна. Он был прав. А еще он сказал, что Кики должна вернуться туда, где ее настоящий дом.

Во Францию, где все говорят на ее родном языке. Туда, где всегда светит солнце. Туда, где всегда тепло.

Туда, где живет татап.

Правда, ее теперь там тоже нет. Перед тем как уехать из Англии, татап говорила, что не может остаться в Париже, потому что ей негде там жить, разве только ночевать на улице.

Кики приникла к прорезям шкафа. Эта уродина, глупая счастливица Пенелопа сидела на коленях у своего отца, прижавшись к его груди, а тот читал ей - медленно и громко. Было видно, что ему приятно быть с дочерью. Сердце Кики сжалось от боли.

На улицах Парижа живет множество детей, и все они сильные и храбрые, как она, и, как она, все говорят по-французски. И Кики твердо решила бежать в Париж, домой.

Она прижала к губам носовой платок, чтобы заглушить рыдания.

Глава 18

– Селеста!

Она надеялась незамеченной пройти через музыкальный салон, оттуда пройти по длинному коридору и спуститься вниз, на кухню, чтобы позавтракать. Этим утром ей не хотелось видеть никого, кроме слуг - людей, которые ее понимают, среди которых она будет чувствовать себя своей. И уж меньше всего ей хотелось повстречаться с мистером Стэнхоупом, секретарем всемогущего, ужасного мистера Трокмортона.

– Селеста! - еще настойчивее окликнул ее мистер Стэнхоуп.

Она неохотно остановилась и обернулась к нему. На загорелом лице мистера Стэнхоупа играла радостная улыбка.

– Как я рад видеть вас в это чудесное утро, - сказал он.

Селеста невольно взглянула в окно на затянутое серыми тучами, сеющее дождем небо и отступила на шаг назад.

– У меня еще не было возможности поздравить вас с возвращением, - сказал мистер Стэнхоуп.

«Что это с ним случилось? - подумала Селеста. - Странно».

– Благодарю вас, - ответила она вслух.

– Должен сказать, что ваше возвращение оказалось просто триумфальным.

Ей не нравился этот высокий человек с его прочеркнуто утонченными манерами. Он казался полной противоположностью Трокмортону, однако хорошего впечатления это не производило.

– Да, сэр.

– Перестаньте, вы же не школьница. Зовите меня просто мистером Стэнхоупом.

– Благодарю вас… мистер Стэнхоуп.

«А меня вы могли бы называть мисс Милфорд. Как Трокмортон, когда он чем-то недоволен».

– Вы направлялись…

– На кухню, - спокойно сказала Селеста.

– Ах, так. - Было заметно, что Стэнхоупу не понравилось то, как она напомнила ему о разнице в их происхождении.

Селесте же, напротив, понравилось секундное замешательство мистера Стэнхоупа. Она мысленно сравнила его с мистером Трокмортоном. Нет, никакого сравнения. Трокмортон всегда относился к слугам, и особенно к ее отцу, доброжелательно, пожалуй, даже лучше, чем к своим знатным посетителям. Чего-чего, а уж этого у Трокмортона не отнять.

– Я пройдусь с вами, - сказал Стэнхоуп.

Как и предполагал Трокмортон, Стэнхоупа прежде всего интересовало, что нового стало известно из переводов, которыми занималась Селеста. Она боялась сболтнуть что-то лишнее, но отец всегда называл мистера Стэнхоупа легкомысленным человеком. Правда, Селеста знала о том, что он служил в Индии, лазил там по горам, сражался с местными бандитами. После этого мистера Стэнхоупа нельзя было назвать легкомысленным человеком, но Селеста, кажется, понимала, что имел в виду ее отец.

Мистер Стэнхоуп был аристократом голубых кровей, получил хорошее образование, повидал людей. У него, конечно, были свои слабости, но они не помешали Трокмортону сделать мистера Стэнхоупа своим секретарем и самым близким другом.

В этом была какая-то странность, поскольку Селеста никогда не могла понять, что может роднить холодного, уравновешенного мистера Трокмортона с непоседливым, склонным к авантюрам мистером Стэнхоупом. Правда, события последних двух дней заставили ее сильно поменять мнение о мистере Трокмортоне. Он оказался совсем не таким, каким она его себе представляла.

И вот вчера в оранжерее оказалось, что мистер Трокмортон не только любит женщин, но и умеет доставлять им наслаждение, причем даже помимо их воли. Этого она ему не простит. Никогда.