Как проиграть в любви - Сара Нэй

словно парю над ним, положив ему руки на плечи. Затем наклоняюсь так, чтобы положить их на подушки с обеих сторон от его головы. Он полностью во мне. Я двигаюсь медленно, чтобы привыкнуть к этому. Откидываюсь назад. Нет, так слишком глубоко. Двигаю бедрами, двигаюсь вперед и назад, глядя ему в лицо, потому что не могу иначе. Его губы все еще раскрыты, и я целую их. Наши языки, влажные и нетерпеливые, сплетаются. Пошлые поцелуи во время секса – теперь моя новая любимая вещь, и Даллас целуется так классно, глубоко погружая в меня и толкая язык.

Одной рукой он держит меня за ягодицу, другой – за затылок, притягивая меня ближе к себе, так, чтобы наши лбы соприкасались. Мы целовались и продолжали двигаться, и от этих безумных поцелуев я становилась еще более влажной, если это вообще возможно. Разве может поцелуй во время секса возбудить кого-то еще сильнее, если возбуждение и так достигло максимума? Какие темные у него глаза! Какой серьезный взгляд! Набухшие от прилившей крови губы. Ладонь Далласа движется от моей задницы к груди и обратно. Наконец он позволяет себе тоже двигать бедрами, чувствуя, что я привыкла к нему. Мы входим в ритм. Синхронизируемся. Туда и обратно, туда и обратно… Как хорошо. И так влажно. Он вспотел, лоб покрылся испариной.

– Ты стараешься не кончать? – спросила я, заметив, что выражение его лица стало откровенно напряженным.

Он кивнул:

– Пытаюсь.

– Хорошо.

Потому что ты уже кончал, и было бы нечестно, если бы только одному из нас дважды досталось все удовольствие…

– Ты такая узкая, – пробормотал он. – Клянусь, я будто умер и попал в рай.

«И теперь ты не сможешь меня отпустить, не так ли?» – подумала я, наклоняясь, чтобы поцеловать его снова. Его ненасытные руки все еще ласкали мою грудь и все тело. Узкая. Влажная. Райская. Я прикусила нижнюю губу, мне хотелось сказать что-нибудь пошлое, зная, что это еще больше его заведет, но у меня в этом не было опыта. Я хотела вознаградить его за терпение и чем-нибудь удивить, какой-нибудь сексуальной фразочкой. Я снова села прямо, медленно двигаясь на нем. Он перевел глаза на мою грудь. Руки последовали за взглядом. Я откинула волосы назад.

– Нравится? – выдохнула я, накрыв его ладони своими.

Он сглотнул:

– Да.

– Я лучшая фейковая девушка, которая у тебя была?

Он кивнул:

– Да.

– Мне так нравится чувствовать тебя внутри себя.

Даллас приоткрыл рот. Кивнул.

– Хочешь кончить, да?

Снова кивок.

Я неистово двигаю бедрами, воображая себя крутой порнозвездой, которая любит своего мужчину так, чтобы он никогда и не подумал о другой женщине. Чтобы, закрывая глаза, он видел мое лицо. Чтобы, просыпаясь, первое, о чем он думал, была я. Чтобы меня он искал, заходя в бар… Если бы захотел пойти в бар…

– Ты такой большой, – сказала я, подогревая его еще больше. – Тебе нравится то, какая я узкая?

– Да.

Он едва может говорить. Это и есть сила, подумала я. Это и есть сила женской природы. То, что женщины держат в негласной тайне, – у меня это тоже есть. И это сладкое чувство лучше сильнейшего афродизиака. Внутри себя я ощутила предвестники будущего оргазма, который обещал быть очень ярким.

Я снова наклонилась, чтобы прошептать ему на ухо:

– Я сейчас кончу.

– Кончи ради меня, детка.

Он начал двигаться сильнее и быстрее, хотя это было и не нужно, я бы кончила, несмотря ни на что. Но он продолжал.

Я прижалась губами к его горячей, пульсирующей коже на шее.

Он двигался до тех пор, пока я больше не могла сдерживаться и не закричала:

– О боже… о Даллас… черт…

– Давай, детка.

Он называл меня деткой во второй раз, и я наслаждалась этим. Я знала, что утром карета снова станет тыквой, но в этот момент мне было запредельно хорошо.

Завтра, когда мы проснемся, мы вернемся в реальность, и до чего же неприглядна она будет.

Глава двадцать восьмая

Даллас

Хорошо было бы завести отношения, но я один неплохо справляюсь, если вы понимаете, о чем я…

Кайл, повар

Я не в своей постели. Здесь темно, хоть глаз выколи. Я пошарил рукой по кровати, наткнулся на теплое тело, провел по нему ладонью. Затем посмотрел на запястье, чтобы проверить время, и, вздрогнув от ослепительно яркого света экрана часов, выяснил, что всего лишь три часа ночи. Слишком рано, чтобы вставать и приступать к утренней рутине или идти на пробежку. Нужно сходить в туалет.

Я встал с кровати, стараясь не издавать ни звука, на ощупь добрался до двери, ведущей в гостиную, и прошел через кухню в ванную, которая, вообще-то, могла бы быть и поближе к спальне. Кто, блин, продумывал план этой квартиры?

Как ни странно, когда я вернулся в постель, я не лег на самый край матраса, чтобы быть от Райан так далеко, как только возможно, чтобы не соприкасаться с ней и снова заснуть, – так я делал раньше с девушками, с которыми знакомился на одну ночь, чтобы переспать. Больше того, я не только не лег от нее подальше, но, напротив, подполз к ней вплотную, чтобы… посмотреть на нее. А что такого? Не думаю, что вел себя как конченый шизик. Я смотрел, как она спит, всего несколько мгновений. Ее рука лежала под подбородком, лунный свет, падающий через окно, и привыкшее к темноте зрение позволяли мне хорошо ее разглядеть. Я протянул руку, чтобы погладить ее по волосам. Кончиками пальцев, скользящими по ее лицу, по спинке носа, почувствовал гладкость ее кожи, словно это было стекло или песок, струящийся сквозь пальцы. Она такая красивая, что мое сердце забилось быстрее.

Райан пошевелилась, ее рука во сне протянулась ко мне и легла на мое бедро. Она несколько раз погладила меня, а потом повернулась лицом к противоположной стене. Вот блин. Отстой. И что теперь? Спи, Даллас. Спи. Не могу. Тебе нужно спать – у тебя был чертовски длинный день. Но… В воспоминании всплывали разные образы. Ее глаза, смотрящие на меня, когда она целовала меня. Звуки, которые она издавала при этом. Тот момент, когда я сказал, что сейчас кончу, а она не отстранилась и вместо того, чтобы помочь мне рукой, наоборот, лишь увеличила темп, двигаясь быстрее. Ее губы, касающиеся меня так нежно. Движения вниз и вверх. Бывает ли более сексуальное зрелище? Если бывает, то я ничего подобного не видел.

Я снова посмотрел на часы и застонал, увидев, что прошло только двадцать минут. Я лег на спину и, согнув руку, прикрыл ею глаза. Пытаясь найти удобное положение на подушке, я немного придвинулся к ней. И потом – почему бы и нет? – лег вплотную к ее спине. Мы лежали как пара ложек, идеально подходящих друг