Паяцы - Максим Бодров

— Вот как!– мстительно сузила глаза Тильда,– ну, мы это еще посмотрим. Устроили тут себе… синекуру!

— Кого?– робко вопросила Далия.

— Пойдем! — потащила ее за собой Татьяна, не удостаивая ответом.

— Вам туда,– с широкой улыбкой указал направление движения Никс.

Странно, но тропинка упиралась в невзрачную каменную стену. Но, стоило нашему квартету приблизиться, в воздух проявились три объемные надписи.

«Суровые ветра», «Подземные лабиринты» и… «Лунапарк „Солнышко“».

Не успел я подобрать отпавшую челюсть, как сбоку материализовался дощатый, сколоченный кое-как прилавок с навесом-козырьком, обтянутым тентованной тканью.

— З-з-з-з-здравствуйте, ув-в-в-в-важ-ж-жаемые гости!– я подпрыгнул от неожиданности, кода из-за прилавка вытаращился полутораметровый прямоходячий (вернее, пока еще лишь прямостоячий) пегий заяц. Голову косого венчала вишневая кепка-клапан на кнопках, весьма удачно пропустившая в отверстия длинные, закинутые за плечи, уши. Интонация не оставляла сомнения в том, что гости не просто «уважаемые», а, скорее, «обожаемые». На Земле такой расклад мог означать только одно. То, что вам непременно решили что-то задорно втюхать!

— Позвольте представить вам три сценария ускоренного развития в рамках…

— Платные?– Таня ухватила самую соль разворачивающегося действа.

— Да!– не стал запираться заяц. Предчувствия меня не обманули.

— А есть путь, где прохождение носит безвозмездный характер?

Браво, женщина ставит вопрос ребром.

Ватты в светящихся энтузиазмом глазах зайки подверглись жесткому секвестру.

— Есть, но…

— Пойдемте, господа, отсель!

— Вам не пройти!– печально вздохнул пушистый негоциант.– На серпантине застава орков. Гоблины у них тоже есть, на побегушках. У двух из вас с гоблинами «неприязнь», а у вашего друга Ахава и вовсе «ненависть». Между тем, выход из учебно-приключенческих данжей расположен уже в следующем безопасном круге. К тому же я не собираю деньги просто так. Каждый из вас поднимет уровень. Если повезет — два. Если очень повезет, то и три.

— Хм-м-м-,– кому как, а лично мне соваться в становище орков резко перехотелось.

Попутно, как совсем необязательный факт, я отметил, что меня почти не удивил абсолютно фантастический, невозможный заяц. Хотя, если проанализировать ощущения, именно он, а не гипнотическая жаба или омерзительные гоблины, бросал настоящий вызов реальности. И жаба, и зеленокожие бандиты были… ненатуральными какими-то, невсамделишными… киношно-мультяшными. Просто в три д. И бегали. И воняли. И грозили лишением жизни. Но все как-то…понарошку. Говорящий пегий косой являл собой новую ступень абсурда. А, возможно, новую грань реальности.

— Мика, гид, сервис-менеджер, проводник, торговец, – гласила надпись над кепкой местного зазывалы.

Татьяна с Наташей успели отойти в сторонку и там, возле трех внушительных равнодушных валунов, оживленно шушукались, поминутно бросая взгляды на нас с певцом.

— Озвучьте, пожалуйста, тариф!– бросила Таня с вызовом.

— Извольте,– заяц расплылся в предупредительной улыбке, два передних резца блеснули широко под губой,– подушная плата за вход в лабиринт один золотой, или 16 серебряных, или 256 медных…

— Стоп-стоп-стоп!

— Да-с?

— Каков курс при обмене золота на серебро? Разве не один к двенадцати?

Я, к примеру, вообще впервые слышал об том, что в Игре в ходу серебро и золото. А Таня уже имела сведения о курсах обмена!

— Курс верен, если вы захотите обменять вашу золотую монету на серебряные монеты банка.

— Мне одной кажется, что далее следует подвох?

— Не подвох, с вашего позволения… Но,– особенность. Если вы будете обменивать ваше серебро на золото банков, то за одну золотую монету вам придется отдать шестнадцать!

Таня уперла руки в боки, картинно подбоченясь.

— Капиталисты! Мироеды!

Откуда только слова взяла? Ну, я-то прекрасно их помню еще из своего счастливого советского детства!

— Огласите весь список!– шучу фразой из фильма, пытаясь разрядить обстановку.

— «Суровые ветры» восемь серебряных, «Солнышко»– четыре, скороговоркой заканчивает гид.

Эх, жаль у него метки Аргентумуса нет! Может удалось бы договориться. Даже злодей Затор разоткровенничался, не сознавая того!

— Есть еще какая-то плата? Кроме подушной?–голос Тильды лился, как шелк.

— Да,– сервис-менеджер заметно погрустнел,– групповой вход предусматривает скидку в двадцать процентов за каждого дополнительного члена группы.

— То есть… коллектив из пяти человек проходит безвозмездно?–повеселела Татьяна.

— Из шести,– обреченно уточнил заяц.– И скидки распространяются только на эконом-вариант, на «Солнышко» то есть.

— Осталось подождать двоих игроков и…

— Мое предложение остается в силе в течении двух минут. После вы смело можете вносить в свой ежедневник битву с орками,– сухо отрезал проводник.

— Ах ты ядрен-батон, кулацкая твоя морда,– продолжила меня радовать знанием пролетарского фольклора торговка.– Считаем тугрики, девочки и мальчики!

Как ни удивительно, денег хватило! Еще более удивительно, что основной взнос внес наш миролюбивый менестрель! Остальные пообещали компенсировать долг по мере заработка, но бард лишь беспечно махнул рукой. «Пустое!» Я всегда завидовал людям, относящимся к деньгам легко. Мне они давались всегда трудно, потом, нервами, лишениями. И относился я к финансам соответственно. С полной ответственностью.

Выложив на прилавок сто две медные монетки, мы оказались обладателями бумажных талончиков, смахивающих на трамвайные билетики. Тоненькие, с шестизначными номерами и скверно полиграфически исполненной картинкой.

Под надписью «Лунапарк» тут же вспыхнула арка, приглашающее источая мягкий янтарный свет.

— Надеюсь, хоть тут обойдется без разводилова и фальсификата,– буркнула Таня-Тильда, первой пересекая створ.

Глава 23

Парк Луны и Солнца

23. Парк Луны и Солнца

По ту сторону меня сразу же поразили две вещи. Нет, пожалуй, три. И первой был разительный контраст с горной местностью. В подлокации раскинулась во все стороны изумительная изумрудная лужайка, прорезанная то тут, то там, ухоженными, засыпанными мелким гладким гравием, пешеходными дорожками. Пространство между дорожками заполняли небольшие одноэтажные строения, навевающие воспоминания о спальнях детворы в летнем оздоровительном лагере, отдельно растущие деревья, компактные мраморные стелы, сужающиеся, как лезвия кинжалов, мозаичные