Рассветная Звезда (СИ) - Рожков Григорий Сергеевич

— Тихо. Слышу. Впереди враг! — Альв пригнулся и осторожно зашевелил руками. И я его отчетливо понял. Не одному мне достался навык на сигналы.

Следивший за временем Цауэр тоже подал знак — 5 минут, и приказал всем остановиться и залечь. Как раз удобная ямина попалась, тут же лежали пустые ящики, потемневшие бинты, и куски зелёной формы. Плотнее, гуще следы шедшего боя, чем мы ближе к форту. В подтверждение близости рассмотрел желтоватые стены в просветы листвы. Как они тут дрались в этой лесной гуще? Не привычное зрелище — бой в лесу.

Подумав о бое, заволновался, я ведь, тетеря такой, забыл проверить заряжен ли карабин. На мое чудесное счастье, оказалось, что прямиком из «пачки» он шел с пятью патронами в магазине, только затвор передёрни и вперёд. Заглянул в ветку навыков, припомнив о наличии пары нераспределённых очков. Вкинул очко в рукопашку и медицинскую эвакуацию с мыслью что возможно, придётся сегодня тащить кого-нибудь на горбу, уходя от погони. Рукопашка порадовала навыком метания холодного оружия и лопат! Плюс повышения урона холодного оружия на целых 10 процентов. Был бы у меня дельный штык, или шашка, тогда может цифры в 10 процентов и порадовали, а так, мизер. Медэвакуация же куда более уникальная — все раненые кого беру на руки или сажу на спину будут считаться не за внешнее обременение, а носимый груз распределённый как в вещмешке, но не баш на баш, а всего половина их веса, плюсом идёт бонус на скорость +25 % перемещения с перегрузом если это раненый. Да не знаю я конкретных цифр переносимого веса! Хоть весы ищи и выводи научным путём эти значения… Ладно, другое приятно, что переноска раненого на спине не лишает меня возможности использовать винтовки, а ношения раненых на руках — позволяет использовать пистолет. Что же, вполне дельно, будем считать, что я хорошо распределил наличные очки…

Звуки выстрелов, как мы ни ждали, стали сюрпризом. Было тихо, где-то из-за кустов впереди, где форт, доносились редкие, приглушенные голоса, и раз! Стрельба, яростная, многоголосая. В ответ у форта начали кричать и стрелять в ответ, завязалась серьезная перестрелка. Время сжалось.

— Vorwärts![6] Люцоф со мной, Уиллоу прикрывай Ивана, вы следом за нами. — Лейтенант подорвался с места через минуту после начала стрельбы. Он шел известной ему дорогой, не плутал по кустам — нырнул между колючих зарослей, а там тропка через промоину, маленький овражек, и выскакиваем метрах в сорока от стены — песчаного цвета монолит метра три в высоту. В полуметре от верхнего края торчат концы деревянных балок, а над самой стеной не выступает ровным счётом ничего. Такая вот визуальная коробка, а не оборонительное сооружение. Единственным выделяющимся моментом была небольшая дыра с обугленными краями на уровне полутора метров от земли. Изнутри к дыре подставили какие-то ящики или деревянные щиты, так забаррикадировали нежеланный вход. Артиллерией бахнули что ли или магией? Люцоф поднырнул к стене рядом с лейтенантом, мы с Альнейлом залегли на краю овражка, держа под прицелом верх стены. Форт-то, мизерный оказался, от угла до угла стены метров двадцать всего.

— Alright, go![7]— Альв толкает в плечо и вот уже я бегу к стене. На половине пути выскакивает сообщение:

— Открыто новое место региона: «Разбитый Штаб — Форт Пика».

— Теперь тихо. Подсоби. — Лейтенант, который на дыру в стене смотрит слегка снизу, влез на спину Люцофа и стал двигать баррикаду. Причём успешно. Доски и ящики медленно поползли от стены. — Ы-ы-ых.

Силён офицер, но не особо ловок — очередное усилие и он вместе с досками проваливается в дыру. На удивление, никакого особого грохота, только глухой стук, и тот скорее умом дорисован чем услышан — стрельба перекрывает всё.

— Залезайте, проход есть. — Донеслось из дыры.

— Давай вперёд, капрал. Потом Иван. — Люцоф лишь рукой махнул, даже не разгибаясь, помогая нам забраться. Укрытые шумом стрельбы мы проникли в помещение, а не во двор, как мне думалось изначально. Баррикаду офицер чуть сдвинул, и мы спокойно ступили на деревянный пол темной комнаты, через миг освещенную голубоватым сиянием карманной лампадки. Оказалось, у лейтенанта такой же волшебный источник света как у Везова. — Закрыто, горр лейтенант?

— Закрыто. — Помещение с наваленной ломаной мебелью со следами горения, ящиками из-под боеприпасов и продуктов и всяким хламом. В стене прямо пред нами дверь, и лейтенант её уже проверил. — Оно и хорошо. Альнейл заблокируй дверь, gefreiter, ищи люк. Иван — прикрой дыру.

Деловитость Курца зашкаливала, он знал местность и как быть дальше. Это радовало и вселяло надежду. Пару минут общей возни, я подставил к дыре пару досок, но только для вида, ефрейтор как я закончил, выглянул из-за кучи хлама, призывая нас идти к нему. В полу у его ног просматривался деревянный люк с большим кольцом.

— Так, отойдите, я первый, потом Люцоф, потом вы двое. Оружие наготове. — Очередной приказ и ощущение близости важной части задачи. — Offen.[8]

В подполье оказалось светло, и Курц с револьвером наперевес нырнул туда. Секунда, и тишина.

— Comm. Alles klar.[9]— Гулко донеслось снизу.

Подвальная часть уже даже в рамках одного коридора казалась больше надземной. Длиннющий коридор в обе стороны от люка, десятки дверей по обе стороны, и множество светильников из кристаллов. Подобные источники света только в лагере видал.

— Держи тыл. — Буркнул альву Люцоф, пристраивая к люку лежащую рядом лестницу. — Молодцы инквизиторы, не унесли её.

Сердце уже стучало во всю в висках, я так себя прежде не ощущал даже на самых жарких мероприятиях по реконструкции, да даже на тактиках, где мы весело с гиканьем носились за «немцами» или они за нами по лесам и полям, имитируя события Великой Отечественной. Здесь драки всерьёз, давно пора понять.

— Ты с Альнейлом туда, — взмах лейтенанта Люцофу в сторону, куда смотрел сам альв, — мы с Иваном в другую сторону. Ищите Изгнанников. И тихо.

Только сейчас понял, что остроухий вообще не говорит лишнего, не выказывает призрения или неуважения. Работает как часики. А ведь в первую встречу он и мне и Везову зубы показывал, язвил.

Разделились, а зря, наверное, хотя, два более-менее прокачанных солдата, и один хорошо прокачанный офицер с нубом-мной. Примерно равномерные группы. Посему лейтенанту я не мешался под ногами, шел следом держа карабин на уровне груди, и не лез в дверные проёмы. Четыре двери по обе стороны были открыты, за ними был тоже хлам или заброшенные жилые помещения — кровати да столы. У пятой замерли:

— Дверь наверх, во двор. Впереди будет ещё одна, в конце коридора. — Прошептал цверг, осторожно проверяя закрыто ли. Дверь чуть поддалась, и офицер задвинул её на место, стараясь как можно тише закрыть на внутренний засов. — Следи за ней. Пошли дальше.

Головой я и так вертел пародируя вертолёт. То назад, на дверь, и на ситуацию у товарищей, то на очередную комнату открываемую офицером. Ни следа присутствия пленников, тишь, гладь, мусор, даже звуки стрельбы сюда не доносятся. Появилось желание воспользоваться компасом, но на какую цель мне важнее? Ракетница или пленники? Дилемма, мне же нужно стать сильнее, смогу больше пользы приносить, но и откровенно забивать болт на основную причину рискованного похода, грешно. Ответ пришел сам. Пришли сами, вернее. Впереди слева резко распахнулась дверь и с матами в коридор скатилась компашка из четырёх пёстро одетых гостей. Два орхас, раненый лепрекон безвольно висящий на руке одного из зеленых здоровяков, и девица-альв с перекошенным лицом. Это были не наши товарищи, взятые в плен, тут все при оружии, и со странного вида белыми повязками на груди с разноцветной бахромой.

— Schießen![10]— Заминку разбил Цауэр, высадив за пару мгновений весь барабан револьвера по противнику. Дымный порох выгорая завалил весь коридор белой пеленой. Я, чисто наугад, сделал выстрел и рухнул на пол. Развернуться бежать к ближайшей открытой двери — глупость, в спину попадут, а вперёд — куда? Вдруг уже на нас с саблями наголо бегут? Выбор и расчёт были верны. Лепрекона бросили на пол, а троица с криками и пальбой кинулась к нам. Над головой о стену зацокали пули, Цауэр, припавший на миг на колено, дважды дёрнулся и окропил брызгами крови пол пред собой.