Измена. (не)единственная для дракона (СИ) - Мазур Регина

Но не успела я подивиться такому повороту, как метка неожиданно сменила цвет. Начиная от краев лепестков, бутоны постепенно начали светлеть, будто их припорошило снегом, пока полностью не приобрели чистый белый цвет. То же самое происходило с меткой Даррена.

— Я думала, она больше не будет меняться… — пробормотала я.

— Видимо, мы только что прошли последний рубеж, предначертанный Звездами, — предположил Даррен. — Это можно считать Их благословением. Теперь ничто не способно нас разлучить, даже вмешательство чужой магии.

Его слова меня успокоили и обрадовали. Если так, то значит, все припасенные судьбой сюрпризы наконец закончились, и дальше нас будет ожидать та жизнь, которую мы себе сами и построим.

— Похожи на свадебные, — с улыбкой заметила я. — Мои любимые. А знаешь, что они означают?

Даррен явно не был силен в языке цветов, поэтому с любопытством посмотрел на меня.

— Не знаю, как в этом мире, но в моем алые розы означают страсть, а белые — глубокую вечную любовь.

— Нам это подходит. Именно то, что я испытываю к тебе, — произнес он и снова притянул меня к себе для нового поцелуя.

***

Возвращаясь домой, мы ожидали оказаться в полуразрушенной безжизненной Башне. Однако, к нашему удивлению, в ней, казалось, почти ничего не изменилось. Было все также чисто, красиво, богато. Разве что больше не было знакомых слуг-фамильяров. Но даже так нашлось кому нас встретить!

Умница Тесс и умник Финн отлично справлялись со своими обязанностями, неплохо друг друга дополняя. Я даже как-то в шутку предложила Даррену сделать их своими помощниками, на что те с неожиданным энтузиазмом согласились, не желая возвращаться обратно в академию, посчитав, что рядом с нами смогут научиться гораздо большему. Что, собственно, было не лишено смысла, ведь после случившегося во дворце Вороны приобрели еще больше влияния.

А в самой академии после смерти Эйдана многое изменилось. Должность ректора заняла леди Ирида. Она и прежде пользовалась значительным авторитетом, а теперь с возвращением в мир светлой магии и скорым появлением большого количества целителей и подавно. Даррен не стал призывать ее обратно и лишать жизни, как остальных своих фамильяров, посчитав, что не имеет на это права.

— Она была такой еще задолго до того, как я стал Черным Вороном, — объяснил он тогда. — Честно говоря, я вообще не уверен в ее природе. Вроде бы фамильяр, вроде бы темный маг. Но знаешь, есть в ней что-то чужеродное, как будто… — он с сомнением покачал головой: — Надо бы уточнить у Антония.

Сам Антоний тоже остался единственным моим фамильяром. Вот только он, встретившись по нашей просьбе с Иридой, тоже неожиданно решил меня покинуть. Заявив, что ему больше нечему меня учить, он присоединился к ней в академии, прихватив перед уходом оба Кольца Духов.

Признаться, наученная горьким опытом, я первым делом заподозрила коварный заговор. Мы с Дарреном даже организовали за ними слежку. Однако обнаружив их вдвоем безмятежно целующимися в непринужденной обстановке, даже немного растерялись.

Оказалось, что леди Ирида — вовсе не та, за кого себя выдавала. Ее настоящее имя было Лидия Рааф, и была она бабушкой Даррена, той самой возлюбленной Антония и его истинной, а также прежним Белым Вороном. А Кольца Духов, на самом деле, не только поглощали души фей, но и могли сохранять их облики, которые потом часто использовались магами королевской семьи в маскирующих заклинаниях. С помощью кольца Лидия вернула себе свою внешность и помогла сделать это Кэтрин.

Что касается самой Кэтрин, то она все еще оставалась принцессой из рода Мартенс. Правда теперь ей приходилось буквально заново учиться жить под своей настоящей внешностью. В моих глазах она была такой же пострадавшей, как и я сама. Больше мы не имели счетов друг к другу, все осталось в прошлом, хотя как-либо сближаться с ней я не планировала. Лиам взял на себя ответственность присматривать за ней, и мы с Дарреном ему это позволили.

Вообще неожиданным образом повернулась судьба, ведь если раньше правители прямым образом могли влиять на жизнь Воронов, то теперь все повернулось наоборот. Именно нам с Дарреном люди доверили выбирать нового короля, Не то чтобы имелся большой выбор, — кроме Лиама никого из наследников престола не осталось — однако приятно было сознавать, что его судьба теперь была в наших руках.

Несмотря на все беды, которые он принес лично мне, я не сомневалась, что королевству он принесет лишь мир и процветание. А вот его несчастной истинной, свалившейся на него, как снег на голову, прямо посреди церемонии коронации, я могла только посочувствовать. Но это уже совсем другая история…

Конец