"Фантастика 2023-141", Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Черчень Александра

— Как полагаю, задачи, с которой я не могу справиться, ты бы не дал, — усмехнулась в ответ. — Поэтому попробую… — Задумалась, поглаживая гладкую поверхность стола, скользя взглядом по комнате, рассеянно отмечая, что на бежевом ковре лежат золотисто-красноватые лучи, а за окнами пылает закат. Уже закат… Кик не торопил, внимательно глядя на меня с легкой улыбкой на чувственных губах.

«Чистка памяти»… Для долгоживущего существа вряд ли это понятие может быть многогранным, тем более название говорящее. То есть…

Я еще немного посидела, сопоставляя известные мне факты об этом мире и то, что я слышала в своем. Да и, как ни странно, знания человека века, в чей обиход прочно вошли компьютеры, тоже пригодились.

— Память этого народа просто великолепная, верно? — осторожно начала я и, получив кивок кикимора, а стало быть, первое подтверждение моей теории, продолжила уже с большим воодушевлением: — То есть мозг фиксирует и запоминает все, что видел и знает. Рискну предположить, что резервы «памяти» не бесконечны и, наверное, именно с этим и связано старение… Я слышала, что долгожители сначала умирают разумом, а уже потом телом. Но если «удалять» все ненужное, то…

— Хотя немного не так, но суть ты уловила верно, — одобрительно хмыкнул Феликс, вытянул вперед руку и критически оглядел светлые пальцы. Недовольно поджал губы и прикрыл глаза, закаменев. Я, жадно глядя на него, подалась вперед, потому что он перетекал из одной формы в другую. Все же в зеленом виде кикимор немного иной, чем в человеческом. Черты лица более тонкие, даже излишне, но вместе с этим и резкие, что придавало ему хищный и чуждый вид. Яркие голубые глаза только усугубляли впечатление. Вот уж точно, нечисть…

Я поежилась, машинально обхватив себя руками, и вернулась к беседе:

— А что известно о приближенных Многоцветного?

— Хозяева, — Феликс понимающе хмыкнул, видимо, отметив мою реакцию на перевоплощение, но поднимать эту тему не стал. — Алзар — Хозяин Золотой горы, номинальный правитель своего города, на деле в граде почти не бывает, предпочитая путешествовать. Как правило, инкогнито.

Я удивленно округлила глаза и спросила:

— Но ведь ему присущи особенности Хозяина, верно?

— Да, страшный, как смертный грех, — спокойно подтвердил мои выводы Кик. — О-о-очень специфический. Но, кроме того, что владеет зачатками магии иллюзий, он еще и замечательный гример. Так наштукатурится, если захочет, что сам Миал Двиндалин, первый красавчик остроухой расы, будет посрамлен! Впрочем, прекрасных дев Алзар тоже умудрялся оставлять с носом…

— Как это? — шокированно осведомилась я.

— На спор, — улыбнулся Феликс. — Он тогда поспорил, что его протеже любого пола выиграет эльфийский конкурс красоты. Женский. Но это дела давно минувших дней, да и было всего один раз.

— И кто был протеже? — вдруг заинтересовалась я.

— Не более привлекательный ликом тип, поверь, — расхохотался Ла-Шавоир, и, судя по довольно блестевшим глазам, риалан при этом присутствовал и ему явно там было весело.

М-да… нииичего себе развлечения тут!

— Золотого в те периоды, когда его умудряются отловить, запихивают в кресло начальника аналитического отдела, добиваются прогноза по интересующим Многоцветного направлениям и вновь отпускают в свободное плавание. Политика Алзара не интересует уже лет пятьдесят. Правда, до этого он развлекался знатно…

Как именно развлекался Золотой, я сейчас не стала уточнять, так как куда больше заинтересовал совершенно другой вопрос:

— Кик, а сколько тебе лет?!

— Чуть больше восьмидесяти, — безмятежно улыбнулся болотник.

Ваааааай! Я как-то думала, что он помладше. Может, и не те тридцать, на которые выглядит, но не к сотне же!

— Так и знала, что ты ненормальный, — непонятно почему припечатала ни в чем, кроме своих пристрастий, не повинного кикимора.

— С чего это? — опешил мужчина.

— Ты же мной увлекся!

— Психика у нас иная, взрослеем не так быстро. Совершеннолетие в сорок лет. — Тут он хитро на меня взглянул и вкрадчиво продолжил: — Да и ты выглядишь отнюдь не ребенком…

— Я про мозги!

— С этим у тебя тоже все в порядке, — заверил меня зеленый. — Поверь, моральным извращенцем я себя не чувствую.

Так хотелось сказать: «А зря!», но я доблестно не пошла на поводу у своих желаний.

Да и вообще разговор снова ушел в какие-то совсем не те дебри…

— Что с остальным окружением? — прозрачно намекнула на необходимость вернуться к прежней теме.

Феликс скользнул по мне медленным взглядом, усмехнулся, но решил побыть джентльменом.

— Серебряная Хозяйка занимается финансовыми вопросами государства, но на таких же основах, как и Золотой, разве что к делу подходит более ответственно. Медного же последние десять лет забавляет игра на политической сцене.

О да, я заметила, что Элливир подходит к дипломатическим вопросам с огоньком и выдумкой!

— Забавно у вас тут, — хмыкнула и, поддавшись порыву, скинула туфли на ковер, чтобы с ногами забраться в кресло.

Кик, весело на меня глядя, изогнул бровь и картинно полуприкрыл глаза:

— Какое пренебрежение этикетом!

— Молчал бы, — беззлобно отозвалась я. — А то вспомню про твое недавнее поведение!

— Вспомни, — чуть хрипловато ответил Феликс. — Я не против.

Возмущенно взглянула на бессовестного:

— Мы же договорились!

— О чем? — неподдельно заинтересовался Ла-Шавоир.

— Ну ты и… — Не отыскала цензурных слов для характеристики риалана.

— Я замечательный! — не замедлил «прийти на помощь» зеленый.

— Невыносимый, — обиженно взглянула на него я.

— Как скажешь! — Судя по усмешке, Кик великодушно решил соответствовать моим предпочтениям. Странной такой усмешке… почти порочной. Кажется, я сейчас покраснею…

— Так! — Решительно вскочила, обулась и заявила: — Ты мне обещал магазины. И вообще, где Ришаль?

— Я за нее, — невозмутимо отозвался Феликс, перестав так смущающе себя вести.

— Сойдешь, — критически оглядела риалана. — Пойдем в книжный. Надеюсь, они еще не закрыты.

— Некоторые. — Ла-Шавоир тоже поднялся, следуя моему примеру. — Ну что, риале… Идем познавать мир!

С этими словами он подал мне руку, и мне ничего не оставалось, кроме как принять ее.

Вечер прошел просто чудесно. Кикимор вел себя корректно и больше не позволял себе вольностей, наоборот, был предельно вежлив и заботлив. Но, судя по взглядам и мимолетным прикосновениям к… рукам и волосам, мои слова о периоде ухаживаний некоторые запомнили.

И да, что уж говорить, он умел быть восхитительным.

В итоге мы сначала посетили букинистический магазинчик, где набрали полдесятка книг, а потом меня галантно пригласили поужинать в одном замечательном местечке. При этом он прямо посмотрел мне в глаза, не отрывая взгляда, перехватил руку и поднес к губам с тихими словами:

— Тебе понравится…

Я как завороженная кивнула. Но Кик не обманул: и правда понравилось.

Уже поздним вечером мы шли по ярко освещенным улицам веселого, радостного и доброго города. Воспоминания о работе и невеселой ситуации несколько приземлили, и почему-то вспомнилось очень правдивая просьба-мольба, с которой обращалось к небесам много поколений людей: «Лишь бы не было войны».

Потому что над всем этим радостно-светлым миром висела смутная тень недоброго предчувствия.

Эпилог

ДАЛЕКО-ДАЛЕКО…

В огромном полутемном зале почти оглушал шум водопада, в сверкающих водах которого замерла темная фигура высокого мужчины. Свет, вместе с водой проникающий в эту пещеру, лишь немного тронутую руками искусных каменщиков, искрился в прозрачных водах невероятно холодного горного источника, играл серебряными искрами в белоснежных мокрых волосах, скользил по обнаженному телу.

Он стоял тут уже давно, но не мерз, как и другие представители его народа. Но немногие из них выбирали такой экстремальный способ релаксации. Ведь воды изначального источника, как никакие другие, гасили их темный огонь.