Ты задолжал мне любовь (СИ) - Иванова Эмилия

К тому же, по сравнению с другими дорогостоящими предметами, ее цена была действительно смешной.

Арина улыбнулась.

— Просто многие знают, что из всех вещей эта шкатулка особенно дорога Станиславу Максимовичу. Его внук наверняка решил просто надуть его, как бы выставив ее на аукцион, но я на сто процентов уверена, что у этого парня кишка тонка, чтобы продать ее с молотка

При упоминании этого молодого господина во мне взыграло любопытство. Я оглядела зал, невольно спросив:

— Почему я не вижу его здесь?

Арина подняла руку и указала на камеры наблюдения по углам помещения со словами:

— Видишь повсюду камеры? Я думаю, этот молодой господин Ефимов тайно наблюдает за всем!

При мысли о том, что этот человек может быть настолько замкнут и скрытен, мое лицо невольно скорчилось.

Вновь обратив взгляд на шкатулку на трибуне, я задумчиво сказала:

— Ты уверена, что Ефимовы не продадут эту вещицу?

Она пожала плечами.

— Сложно сказать наверняка.

— Хорошо, предложена цена в четыреста пятьдесят тысяч рублей. Кто больше? Четыреста пятьдесят тысяч – раз, четыреста пятьдесят тысяч – два… – объявлял аукционист, стуча молотком.

— Миллион! – внезапно крикнул кто-то, нарушая тишину зала.

Это был Захар. Я ошеломленно обернулась к нему и недоуменно пролепетала:

— Помощник Гришин…

Его строгое лицо обратилось в мою сторону со словами:

— Руслан Артемьевич пожелал купить эту шкатулку. Возможно, с ее помощью и правда получится открыть вашу половину.

Совершенно выбитая из колеи, я добавила:

— Но там всего лишь вещи моей бабушки. Оттого, что я не открою шкатулку и не загляну в нее, ничего не случится. Она все равно останется при мне.

Он слегка улыбнулся.

— Господину Демидову хотелось бы, чтобы вы ознакомились с ее содержимым.

А аукционист все продолжал нараспев объявлять:

— Миллион – раз…

Арина сказала мне на ушко:

— Да ладно, это ведь не критичная сумма. Зато у тебя будут обе половины. И цена предмета еще больше возрастет. Будешь хранить как семейную реликвию.

Я призадумалась. И действительно, все складывалось заманчиво. Это даже лучше, если я ее куплю. Даже если шкатулка не откроется, то будет просто храниться как коллекционная редкость.

В третий раз аукционист огласил цену и уже собирался стукнуть молотком, а я уже представляла, как заберу ее домой.

Но внезапно какой-то басовый голос крикнул:

— Десять миллионов!

Публика в мгновение ока всполошилась, ведь эта шкатулка далеко не стоит таких денег.

Захар насупился, и уже было собрался добавить цену, но я остановила его.

— Не нужно повышать.

Ничего страшного, если я не открою эту злосчастную шкатулку.

Если мне действительно очень захочется ее открыть, можно лично связаться с новым владельцем второй половины и попытаться договориться. А тратить такие деньги на какую-то деревянную коробочку — просто неприемлемо.

Некоторые люди с изумленными лицами огляделись по сторонам и обнаружили того, кто выкрикнул последнюю цену. Он сидел в переднем VIP-зоне спереди.

Арина цокнул языком и произнесла:

— Это, похоже, чей-то помощник. Главного героя лицезреть нам не удастся!

Я посмотрела на мужчину в черном костюме и с уложенными волосами, который поднял табличку. Вид у него был весьма суровый.

Я поинтересовалась у Арины:

— Как ты поняла, что это не сам босс?

То, как он выглядел, вполне свидетельствовало о его благополучии, и мне, в конечном счете, показалось, что это какой-нибудь влиятельный руководитель.

Арина взглянула на меня и помотала головой.

— Ты недостаточно внимательная. Приглядись, как он одет. На нем брендовые вещи, но они как-то не выглядят на миллион, хотя одет он неплохо, – тут она сделала паузу и взглянула мимо меня на Захара. — А теперь взгляни на помощника Гришина. Он получает по миллиону в год, но посмотри на его внешний вид. Разве он выглядит меньше чем на миллион?

— Значит, наряда на миллион недостаточно, чтобы охарактеризовать человека как успешного?

Она хлопнула себя по лбу и сказала мне на ухо:

— Я хочу сказать, что этот мужчина – из той же серии, что и Гришин. Они намного выше простых людей, но при этом не дотягивают до настоящих крутых авторитетов. Вспомни, как одевается Руслан, как он обычно выглядит?

Ну, я никогда особо не приглядывалась к повседневной одежде Руслана.

— Обычно ему шьют под заказ, и он уже много лет носит одежду одного и того же цвета. Кажется, ничего особенного в его гардеробе нет, – машинально сказала я.

Я не соврала, Руслан неизменно носил черное. Он потому и нашел себе личного модельера, который занимается только индивидуальным пошивом.

Она фыркнула и сказала:

— Ты думаешь, модные дома и бренды не работают на заказ? Одежда на успешных людях такая дорогая потому, что надо заплатить за работу специалиста, который не только разрабатывает дизайн, но и, плюс ко всему, находит для этого заказа лучшего закройщика и портного. Поэтому сумма готового изделия может получиться астрономическая. Кроме того, человек как бы выкупает права на изготовленную вещь, чтобы модельер не смог передать патент на разработанный им дизайн другому человеку. Так и получается, что эта вещь становится единственной и неповторимой во всем мире.

.

Глава 453. Человек, которого ждут до конца жизни (часть 7)

Я насупилась, даже не пытаясь поддержать тему, потому что нисколечко не разбираюсь в ней. Повседневный гардероб Руслана по его приказу комплектуется Захаром, ведь, как ни верти, одежда – это пустое. Тряпицы, что закрывают собой тело, могут стоить и несколько сотен, и несколько тысяч, и несколько десятков тысяч рублей, но это не имеет значения, если вещь неудобная.

В конце концов, шкатулка за десять миллионов отошла тому господину в костюме. Как по мне, эта шкатулка столько не стоит.

Я всего лишь хотела открыть свою половину и только.

На мгновение я задумалась, после чего попросила Захара узнать у этого мужчины номер, чтобы, когда появится необходимость, я могла позвонить ему. Думаю, он тоже будет заинтересован в том, чтобы взаимно открыть половинки этой шкатулки «Аликс и Ники».

Дальше на аукцион были выставлены украшения и антиквариат, в котором я вообще ничего не понимаю, так что вскоре я собралась домой.

Так как Арина была местным сотрудником, ей надо было остаться до окончания мероприятия.

Мы с Захаром покинули музей, но не прошли мы и нескольких шагов от порога, как нас задержал чей-то оклик:

— Госпожа, постойте!

Я машинально обернулась и увидела того мужчину, что купил шкатулку.

— Ах, здравствуйте! – с легкой улыбкой поздоровалась я.

Он кивнул в знак приветствия.

— Могу я пригласить вас на чашечку чая?

Я искоса глянула на Захара, подумав, что он, наверное, сказал этому мужчине о наличии у нас второй половины шкатулки.

Захар кивнул, давая понять, что я могу принять предложение. Тогда я взглянула на мужчину, качнула головой и спросила:

— Могу я узнать ваше имя?

— Кропоткин Юрий Дамирович, можете звать меня просто, Юрий, — в полуулыбке, но довольно сдержанно ответил он.

С любезной улыбкой на устах я промолвила:

— А я – Афанасьева Эмилия, приятно познакомиться.

Он ухмыльнулся и сделал приглашающий жест рукой.

— Госпожа Афанасьева, прошу вас!

Мы вместе проследовали к ближайшему заведению. В итоге, это оказался очень изысканный чайный бар, в котором можно было заказать китайскую чайную церемонию. Мы расположились, Юрий сделал заказ.

Наблюдая за девушкой, которая стала разливать нам чай, Юрий неторопливо сказал:

— Не каждый день можно насладиться хорошим китайским чаем.

Я не знала что ответить. Захар молча наблюдал за незнакомцем, а затем, понизив тон, произнес:

— Было бы лучше, господин Кропоткин, если бы вы перешли сразу к делу.