"Фантастика 2023-181". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Ахманов Михаил Сергеевич

Но ответил ему Регистратор:

– Чудовище, Судья. Одна неприятная тварь из тех, что бродят в Великой Пустоте и иногда появляются у входов в систему тоннелей. Всепроникающие создания… Чувствуют жизнь издалека, ибо их пища – эманации живого мозга.

– Он что-то и с Анатом сотворил, – произнес Марк. – Мне так показалось. Или я ошибаюсь?

– Анат отчасти живое существо, – заметил серв. – Тварь парализовала его нервные центры, и он не мог управлять двигателями и защитой. Но я успел вмешаться.

– Ты ведь тоже живой. – Эта реплика Марка прозвучала вопросом.

– Живой. Но, как говорят на Земле, сработан из другой субстанции.

– Говорят иначе: слеплен из другого теста.

– Благодарю, Судья. Общение с вами дает бесценный опыт. Я запомню.

Они помолчали. Марк еще чувствовал небольшую слабость, но голова была ясной. Если тварь, желавшая им закусить, что-то отгрызла, потеря никак не проявлялась. Вероятно, Первый вмешался вовремя, угостив чудовище снарядами.

– Нет лабиринта, где не водился бы свой Минотавр… – пробормотал Марк. Потом коснулся хрупкого плеча Хийара. – Прости, рини, что не сумел тебе помочь. Боль была такая…

– Ты помог. – Щеки Хийара порозовели. – Недавно ты сказал: мне хорошо, и тебе хорошо, мне плохо, и тебе плохо… Ты принял мою боль на себя! Один я бы такое не вынес… – Он вскинул руки жестом благодарности. – Да будет моя жизнь выкупом за твою! Ты спас меня, рини! И ты сражался с этой тварью за нас всех! Ее отпугнули не только снаряды!

– Вот как! – Марк улыбнулся. – Такие великие подвиги… впору возгордиться… Как говорит мой братец, aquila non captat muscas, что означает на латыни «орел не ловит мух».

– Братец? Какой братец? – с удивлением поинтересовался Хийар.

– С Земли. Ты, рини, не единственный мой брат, есть и другие. – Поворочав головой, Марк оглядел каюту, затем уставился на потолок с голубой имитацией неба. – Что-то я нашего шутника не слышу… Анат, дружище, ты цел?

– Счастлив, что вспомнили про меня, – послышалось в ответ. – Я цел и восстанавливаю нервную систему.

– Есть один хороший способ. Унаследован нами от предков.

Кажется, Анат хихикнул.

– Догадываюсь, какой, но мне не подойдет. А вот вам… Прикажете подать вина?

– Я бы не отказался.

На столе, будто сотканный из воздуха, возник бокал с рубиновой жидкостью. Пригубив, Марк одобрительно кивнул. Вино было терпким, чуть сладковатым и навевало воспоминания о солнечных долинах Франции. Он выпил, чувствуя, как проходит слабость.

– Благодарю, Анат. Мы долго тут еще останемся?

– Три-четыре часа, – сообщил Хийар, поднимаясь. – Хочешь пойти в сад или вернемся в рубку?

– В рубку! – Марк решительно взмахнул рукой. – Визит этой твари пришелся так некстати… У нас был очень интересный разговор. Регистратор, друг мой, мы толковали о Защитниках лоона эо… Хотелось бы продолжить эту тему.

Первый молча сделал жест согласия.

Они перебрались в рубку. Хийар устроился на своем насесте, Марк и серв – у пульта, под большим экраном. В его прозрачном, сияющем светом окне все так же плыли жемчужины Зеркал, исполняя свой вечный непрекращающийся танец. Все будто бы как прежде, но временами сердце Марка холодело, и, вспоминая о страшном пришельце, он отводил взгляд от экрана и смотрел на стену за сиденьем Хийара. Там картина была вполне мирной и успокаивающей: замок с хрустальными башнями на холме, ручей, струивший воды по разноцветным камешкам, и деревья с густыми зелеными кронами, в которых проглядывали золотистые цветы. Вероятно, то был вид Куллата либо Файо, Арзы или другого мира, где лоона эо обитали в глубокой древности.

– Вы говорили, Судья, о непонятных вам вещах, – раздался голос Первого. – Если подвести итог, речь идет о странностях политики лоона эо, о покровительстве, оказанном ими недостойным и опасным расам. И в качестве примера вы помянули дроми и хапторов.

– Именно так. – Марк согласно склонил голову.

– Помнится, в истории вашей планеты, не Тхара, но Земли, происходили контакты народов разного уровня развития. Готовясь к своей посольской миссии, я изучал этот вопрос. Европейцы и жители континентов в другом полушарии… арабы, те же европейцы и темнокожие с экваториального материка… К чему это приводило, Судья?

– К порабощению, а иногда к геноциду, – ответил Марк. – Некоторые народы, более слабые или малочисленные, вымерли. Их язык и культуру мы еще можем восстановить, но гены исчезли из земного биоценоза навсегда.

– Полагаю, теперь вы об этом сожалеете.

– Разумеется. Это невосполнимые потери.

– Вы не знаете, что стало бы с этими народами, если бы они не погибли. Возможно, они внесли бы в вашу культуру значительный вклад. Возможно, вместе с ними вы лишились гениальных художников и ученых. Возможно, они изменили бы саму историю Земли.

– Не исключено, – согласился Марк.

Первый Регистратор окинул его задумчивым взглядом.

– Представьте теперь планетарную цивилизацию в момент ее выхода в космос. С одной стороны, это мир высокой технологии, с другой – его достижения много скромнее, чем у соперников, вступивших в Галактический Клуб тысячелетиями раньше. К тому же эта новая цивилизация пребывает в кризисе – как вам известно, Судья Вальдес, эра первых космических полетов обычно связана с бесконтрольным загрязнением планеты, истощением ресурсов и перенаселением. Велика вероятность, что полеты к луне, если она имеется, и крохотная заатмосферная станция будут первыми и последними деяниями на пути к звездам. Затем наступит коллапс или захват планеты более сильным соперником. Необходима помощь.

– Но не даром, не даром, – подхватил Марк. – Лоона эо передают технические сведения, налаживают торговлю, спасают цивилизацию, а взамен у них появляются новые Защитники и торговые партнеры. Такая теория тоже бытует у наших политиков и ученых. Есть, однако, аргументы против, и очень веские. Те, кому помогли лоона эо, кого цивилизовали и спасли, должны играть позитивную роль в Галактике. А хапторов или дроми трудно представить в этом качестве.

– Все имеют право на ошибку, – с печальным видом произнес Хийар.

А Регистратор добавил:

– Если плоды не созрели, нельзя сказать, хорош ли урожай. Мы не знаем, каким был бы мир без хапторов и дроми, кто занял бы их место и чем бы это обернулось для Земли и для лоона эо. Согласны, Судья?

– Да, – сказал Марк, глядя, как растет на экране Зеркало с мутной пеленою туч, что вихрились у Красного Пятна. – Да, – повторил он, – это справедливый вывод.

– Лло’олл, – раздался голос Аната. – Близится лло’олл, и все мои системы в порядке. Возвращаемся, Хозяин?

Они выплыли из бурь и облаков Юпитера к маленькому шарику Европы. Знакомый мир, знакомые созвездия и знакомые корабли… Должно быть, Анат уловил желание Марка – слева от пульта раскрылось окно, и в нем возникли четкие стреловидные силуэты. Две километровые громадины, «Один» и «Паллада», тяжелые крейсеры: шестнадцать палуб, сдвоенные аннигиляторы, три пояса орудийных башен, истребители, роботы и боевые машины… «Дракон» и «Джинн», громады поменьше, но тоже при башнях и аннигиляторах… «Вереск», «Шиповник», «Анчар», ударные фрегаты… Не такие огромные, как крейсеры, но много больше «Ваала», на котором служил когда-то Марк. «Ваал» был старым кораблем, и его списали еще до того, как родилась Александра. Может, списали, а может, подвесили над каким-то Пограничным Миром в качестве временной орбитальной станции… Во всяком случае, в боевом Регистре «Ваал» отсутствовал, зато имелся корабль «Заря Ваала», фрегат второго класса, тот самый, что добрался до Файтарла-Ата.

Вспомнив об этом, Марк потребовал вызвать «Палладу», и в окне появился бравый офицер в синем мундире с капитанскими «кометами» у ворота. Его зрачки отливали яркой зеленью, глаза были узкими и затененными веером густых ресниц – верный знак, что родился он на пыльной Сахаре, в тридцати семи парсеках от Земли. Вытянув руку в салюте, офицер промолвил: