Быть драконом - Андрей Стерхов

Пораскинув мозгами, я пришёл к выводу, что по каким-то запредельным правилам, в третий день очередь умереть была не Эдуарда Нигматулина, а Домбровского или Зои Крыловой. Но первого я защитил оберегом, а у второй отнял вещицу из могилы и спрятал в Лабиринт. Поэтому всё обошлось. Видимо, так.

— Шеф, что с плюшками? — прервала мои размышления Лера.

— С какими плюшками? — не понял я.

— Плюшки-то я ведь так и не купила.

— И что?

— С чем кофе будете пить?

Это серьёзно. Война войной, а к кофе должны быть поданы плюханы. Я кивнул — понял тебя, детка, и стал выискивать глазами место, где можно встать. Всё было забито. Тогда я повернул на Сухэ-Батора и припарковал тачку напротив адвокатской конторы.

Лера рвалась в бой, но я на неё цыкнул:

— Охраняй машину, сам управлюсь.

Вообще-то собирался отовариться там, где и обычно, — в супермаркете «Гастроном номер раз»: нормальный выбор, приличный сервис, дисконтные скидки. От добра искать не в привычках дракона.

Но до магазина я не дошёл.

Только повернул за угол и сразу — стоять, не двигаться! — встал как вкопанный. Почувствовал неладное. Думаю, что именно такое чувство испытывает опытный боец спецназа в миллиметрах от растяжки.

Огляделся и увидел.

На подрезанной ветке старого тополя, что растёт неподалёку от входа в магазин, сидел ворон. Не просто какой-то там ворон, а гордый ворон старых дней, ворон по имени Никогда, ворон Охотника. Выследил-таки меня, гад лупоглазый. Впрочем, задачу я ему сам облегчил — с вечера разгуливаю без Шляпы Птицелова.

Надо было уходить. Причём, уходить хитро. Так уходить, чтобы ворон не увязался.

Перебрав все варианты, решил воспользоваться увёрткой Расходящихся Копий. Силы на сотворение такого приёма у меня, конечно, не было, но всякий маг имеет право раз в году взять Её из Десятинного Котла. А для чего же ещё мы на пике своей магической мощи скидываем в него часть Сила, как не для того, чтобы черпнуть в минуту крайней опасности? Именно для этого. Случай был как раз тот — почва и судьбы дышали через раз. Поэтому, памятуя о шестом правиле дракона: «Лучший способ победить Охотника — избежать встречи с ним», я пробормотал заклинание:

Погубленным — время, спасённому — час.Пусть Сила прибудет во Взгляде.Тени мои, к вам мой приказ:Вон из зеркальной глади.

В следующую секунду я почувствовал, что где-то рядом несколько тонких линий Силы сплелись в тугой пульсирующий узел. А потом меня накрыло мощной энергетической волной. Ощутив прилив, я кинул Взгляд в зеркало заднего вида стоящей рядом «тойоты». Отразившись, Взгляд попал на солнечные очки водителя. Оттуда — в лужу. Из лужи — на витрину.

Всё.

Дело было сделано.

Я и четыре моих зеркальных клона, как гопники по свистку милиционера, рванули в разные стороны.

Крылатый шпион, следящий за мной одним глазом, вышел из своего полусонного состояния, удивлённо гаркнул, взмыл и заметался. Он не знал, за кем из нас пятерых лететь. Его проблемы.

Не знаю, куда побежали мои копии, которым суждено было сгинуть на закате, но сам я, перебравшись на другую сторону улицы, ворвался в почтовое отделение N11. Пересёк зал и, пройдя под возмущённые крики бдительных тёток служебными коридорами, выбрался через чёрный вход на Богдана Хмельницкого. На этом не успокоился. Пробежал два квартала, вынырнул на перекрёстке Маркса-Урицкого и направился к Центральному Телеграфу. И уже оттуда вернулся дворами-подворотнями к машине.

То, что я увидел на месте, меня ошарашило: двери тачки нараспашку, а Леры внутри нет. И рядом с машиной нет. И нигде нет.

Безрезультатно пошарив взглядом по округе, я вытащил из фиксатора трубку и позвонил на её номер. Телефон заверещал из сумочки, оставленной на заднем сиденье.

«А счастье было так возможно», — подумал я и грязно выругался.

15

Мысль, что девушку похитили, пришла мне в голову сразу. А что же это ещё могло быть, как не похищение? Я не допускал варианта, что Лера вот так вот запросто бросила открытую машину с ключом в замке и ушла куда-то по своим делам. Например, в парикмахерскую. Типа, вспомнила, что записалась на три, и тут же сорвалась. Девушка ответственная (других не держим) — не позволила бы себе такого. Исключено. Ведь она не в курсе, что завести мою таратайку можно, лишь зная волшебное слово. А потом — не могла она никуда уйти без телефона. Современной девушке по городу ходить без мобильного, это всё равно как Наташе Ростовой придти на первый свой бал топлесс. Невозможно даже представить подобное. Тут и думать нечего — похитили девчонку. Но кто? Зачем?

Первым делом я почему-то подумал об Альбине.

— Твоя работа, — спросил я суровым голосом, когда она подняла трубку.

— Ты о чём, дракон? — не поняла ведьма.

— Это ты, ведьма старая, Леру выкрала?

— Какую ещё Леру?

— Помощницу мою.

Альбина хмыкнула, дескать, тоже мне придумал, после чего спросила:

— Мне-то она зачем?

Её голос звучал уверенно, фальши в нём не чувствовалось, и я снизил обороты:

— Не знаю. Подумал, отомстить решила.

— Ты сам понимаешь, что говоришь?

Я промолчал.

— Давай, давай вали на бурку, бурка всё свезёт, — обиженно сказала Альбина. — Только знай: девчонку твою я не трогала. Думай, кому ещё насолил.

После чего фыркнула и отключилась.

Только я, удручённый и озадаченный, сложил трубку, раздался вызов.

— Лера?! — обрадовался я.

Напрасно радовался, из трубки послышалось:

— Это Домбровский вас, Егор Владимыч… Владими… мирович, беспокоит.

Клиент, судя по голосу, был пьян, причём изрядно.

— Где вы сейчас находитесь, Леонид Петрович?

— Дома я, где мне ещё. С поминок — домой, а из дома… Тут это. Эдуарда нашего сегодня того-самого… Не стало нашего Эдуарда сегодня. Во-о-от. Мы-то все там, а он…

— Знаю, — вставил я, пытаясь прервать его невнятицу.

Не получилось.

— А он мне не верил, — продолжал далдонить Домбровский. — А я же говорил. Говорил я ему. А он мне… Шизой накрылся — он мне. А я-то… И вот. То-то же.

Клиент был совсем никакой, пребывал в том самом состоянии, которое чревато ломкой дров, поэтому я настойчиво порекомендовал:

— Никуда из дома не выходите, Леонид Петрович. Ждите. Еду к вам.

Проблемы наваливались одна за другой, но я решил не метаться, а разгребать их по мере поступления. Раз Домбровский первым дал о себе знать, следовательно, с него и нужно начинать. Но хотя я и поехал именно к нему, к непутёвому своему клиенту, по дороге всё равно думал о Лере. Не мама я ей, конечно, и не папа, но ответственность свою за неё чувствовал, поэтому нервничал и беспрестанно задавал себе вопросы: «Кто девчонку выкрал и зачем? Зачем и кто? Кто и зачем?»