Город Барабу (Цирк - 1) - Барри Лонгиер

В двери появился Джон Норден. Кивнув Костолому, он повернулся к О'Харе.

- У нас проблема. Мы знаем, как контролировать двигатели шаттлов с мостика. Так что у нас появляется хоть какая-то маневренность. Осталось только сделать небольшой мостик. Теперь насчет воздуха. Рыжий Пони...

О'Хара нахмурился:

- Никто в цирке не поймет нас, если мы убьем животных. Тем более Рыжий Пони.

Пират развел руками:

- Я тоже не хочу их убивать, но вы представляете, сколько воздуха потребляет один слон? Больше двух-трех дней нам не протянуть, так что животные все равно умрут. Но вместе с ними умрем и мы все.

- Что сделал Пони?

- Закрылся в зверинце. Говорит, что отстыкует шаттл, если мы попробуем войти в шлюзовую камеру.

- Пошли. - О'Хара двинулся к двери.

Норден вышел за Хозяином в главный коридор, ведущий к шаттлам левого борта. В конце коридора, у входа в шлюзовую камеру, стояли трое. О'Хара кивнул им и остановился перед люком.

- Что он говорит, Дурень?

Дурень Джо покачал головой:

- Он не откроет, и, сказать по правде, я его не виню.

- Ты не перекрыл воздух?

Дурень кивнул.

- Сейчас у него заканчивается тот запас, который был в шаттле. Со всеми животными, которые там есть, он протянет не больше трех дней.

Толстогубый Луи, стоявший рядом, покачал головой и посмотрел на О'Хару и Нордена.

- У него там респираторы, специальные, для животных. Бьюсь об заклад, их хватит еще на пару дней. Если, например... - Толстогубый Луи закатил глаза.

О'Хара потянул Нордена за руку:

- Запас воздуха в шаттлах... респираторы... Джон, ты можешь прикинуть, насколько его нам хватит?

Пират вытащил из-за пояса калькулятор и занялся вычислениями. Посмотрев на результат, он поджал губы и покачал головой. Потом посмотрел на Хозяина.

- Мистер Джон, по моим расчетам получилось, что, используя все источники воздуха, включая респираторы и скафандры, мы можем дотянуть до системы, не жертвуя животными. Но лишь при условии, что система регенерации сохранит свои двадцать процентов мощности.

О'Хара повернулся к Дурню Джо:

- Скажи Пони, что его животных никто не тронет.

Пират покачал головой.

- Мистер Джон, сохраняя жизнь животным, мы ставим себя на грань выживания.

О'Хара кивнул Дурню Джо:

- Ты все-таки скажи. - Он повернулся к Нордену. - Подумай вот о чем, Джон. Почему Арнхайм сделал так, что преобразователи не разнесли наш корабль в щепки сразу? Почему он дал нам время сбросить их? Почему Карл вообще позволил нам выжить? На что он рассчитывал? Почему не уничтожил нас сразу?

Норден пожал плечами:

- И какая у вас теория?

- Ни для кого не секрет, что Арнхайм хотел расправиться с этим шоу. Хозяин кивнул. - Думаю, ему было бы интересно наблюдать, как мы покончим с собой сами.

Он повернулся и зашагал к мостику, но уже у поворота обернулся и сказал:

- Мы сохраним животных, как и все остальное. Что бы ни случилось, цирк должен выжить!

27 апреля 2148 г.

Идем к звездной системе 9-J134. Воздух затхлый, вода на исходе. Продолжаем поддерживать внутреннее освещение. Искусственная гравитация отключена ради экономии кислорода...

Говорун с усилием сглотнул - невесомость он переносил тяжело - и придвинулся поближе к Губошлепу. Некогда розовощекий зазывала лежал на койке с позеленевшим лицом. Увидев парящего рядом Говоруна, он скорчил гримасу:

- Стань на ноги.

- Зачем? Это же бессмысленно.

Губошлеп сердито фыркнул:

- Опусти свои чертовы ноги на пол! Будешь летать - я кину в тебя чем-нибудь!

Говорун опустился:

- Что, таблетки не помогают? Тебя тошнит?

- Если Бог хотел, чтобы человек вышел в космос, ему не стоило снабжать нас желудком. - Губошлеп покачал головой. - Я совсем не могу спать. Когда закрываю глаза, все начинает кружиться. Черт, у меня, наверное, уже зрачки пылью покрылись!

Говорун кивнул:

- У меня есть кое-что такое, от чего ты перестанешь думать о своем брюхе. Отстегнись и пошли со мной.

- Отстегнуться? Ну, дружок, тогда готовься к тому, что тебе придется убирать за мной. Нет, я скорее отрежу себе язык! - При мысли о том, что ему придется куда-то лететь, Губошлеп еще больше позеленел. - Оставь меня в покое, Говорун. Дай мне умереть тихо и без лишних мучений.

- Вставай, Губошлеп. Квак-Квак совсем расстроился из-за потерянного шаттла. Нам надо подбодрить его. Идем. Займись чем-нибудь, отвлекись от дурацких мыслей о...

- Тихо! Ничего не говори! - Дрожащими пальцами Губошлеп начал отстегивать ремни. - Боже, все бы отдал, чтобы оказаться сейчас в тюрьме.

Он поднялся, и они вместе двинулись в конец спального отсека.

Около переборки, втиснувшись между шкафчиком и кроватью, сидел пресс-агент. Квак-Квак неотрывно смотрел в стену, погруженный в свои мысли, и не замечал ничего вокруг. Говорун притормозил, ухватившись за кровать, и опустился на пол.

- Привет, Квак-Квак.

Губошлеп попытался повторить маневр Говоруна, но ударился о переборку и отлетел в сторону. Говорун поймал его за фалды и подтянул к себе. Оба зазывалы посмотрели на Квак-Квака. Он покачал головой:

- Вам двоим пора перейти в клоуны.

Губошлеп тяжело вздохнул, сглотнул, поморщился и кисло усмехнулся:

- Ты, похоже, немного не в духе, Квак-Квак. Мы с Говоруном решили тебя подбодрить... - Он скривился, подавляя тошноту.

Пресс-агент пожал плечами:

- Ценю вашу заботу, мальчики, но вся моя бодрость осталась в прошлом. Я ведь должен был находиться с Растяжкой на "Блице". Когда их... В общем, мне не по себе.

Говорун нахмурился и, держась одной рукой за кровать, положил вторую на плечо Квак-Квака.

- Мы с Губошлепом не сошлись кое в чем. Он говорит, что тот номер в Брайтоне придумал Фолья Пуговица, а я утверждаю, что это был ты.

Квак-Квак слабо качнул головой:

- Извини, Шлеп, я.

Губошлеп нахмурился:

- Похоже, я что-то перепутал. Ты мне не напомнишь, как это было?

Пресс-агент снова уставился в стену:

- Это было несколько лет назад, да? Еще до того, как я занялся политикой, и даже раньше, чем я стал работать на рекламную фирму в Чикаго. Я был тогда с "Шоу Булла". Мы только что покинули Глазго и застряли в Брайтоне. Денег не хватало даже на топливо. Хозяин, его звали Буллард, уже собирался распустить шоу, потому что мы дали три представления и играли практически для себя. Обычно Буллард оставался на одном месте две-три недели.

В общем, зрители не шли. Хозяин подходит ко мне и говорит, что надо как-то заманить публику, иначе нам крышка. Ну, я подумал немного... Тогда все газеты печатали только сообщения из Ирландии - если помните, там снова начались волнения, и Север воссоединился с республикой, - и нам не давали ни строчки. Мы могли бы сгореть со всем цирком - никто бы и не заметил. Короче, мы оказались "в телеге".