Избранные новеллы - Юхан Борген

Вошла Лисе, и мать сказала:

- А Пет и Лисе могут показать нам еще один номер.

- Какой номер, какой такой номер? - оживились гости, наполняя рюмки.

- Какой номер? - спросила Лисе и покраснела до корней волос.

- Ты прекрасно знаешь, - ответила мать. - Вспомни, как вы играете каждый день на Кругляше.

С глазами, полными слез, Лисе выбежала из комнаты. Пет огляделся, подошел к двери и жалобно заскулил.

- Прямо как человек, - заметил начальник соседней станции.

- Совсем как человек, - поправила его мать Лисе.

- Вот только читать не умеет, - сказал учитель.

- Пока еще не умеет, - подхватил начальник станции, - и разговаривать.

- Разговаривать и мой муж не умеет, - сказала мать Лисе.

- Зато моя жена еще как умеет, - буркнул начальник станции.

А жена начальника станции с севера спросила:

- Мы, конечно, поедем в 22.07?

Управляющий кооперативом увидел, как Пет и Лисе возвращались из школы. Он схватил с полки свой японский бинокль, чтобы получше их разглядеть, вплотную подошел к окну и настроил бинокль. Мост казался совсем рядом, вот и Кругляш. Бинокль описал небольшую дугу, исследуя засохшую траву и пни, вершину Кругляша и снова мост.

- Удивительно, - пробормотал управляющий.

Тут дверь отворилась, и в магазин вошла жена начальника станции.

- Вы не видели Лисе? - спросила она будто невзначай.

- Они прошли под мост, - ответил управляющий.

Мать Лисе схватила бинокль.

- Но я их не вижу.

- Они где-то под мостом.

- Ну и что?

- Ничего. Хотите, я провожу вас туда?

Как только они оказались под мостом, Лисе сказала:

- Ну, Пет, сейчас мы их обманем.

- Ага! - ответил Пет.

- Мы прошмыгнем у самой стены, и они нас не заметят, - продолжала Лисе сосредоточенно.

Пет и Лисе обогнули высокую, из серого гранита опору моста, в трещинах которого свили гнезда птицы.

- Будем держаться у стены, а потом проползем до самого багажного отделения. - Голос Лисе дрожал от волнения.

- А как мы попадем домой? - спросил Пет.

- Через линию, - ответила Лисе.

- Нельзя! Подумай о Петере!

Лисе остановилась и долгим взглядом посмотрела собаке в глаза.

- Все думают о Петере, а я его совсем не знала.

- И я тоже, - сказал Пет, - хотя меня и назвали в его честь.

- Ну, поползли! - сказала Лисе.

За багажным отделением Пет встал на задние лапы.

- Разве мы сегодня не будем играть?

- Как хочешь. - Лисе опустилась на четвереньки.

- А почему ты не лаешь? - спросил Пет.

- Гав, гав! - ответила Лисе.

- Ничего не понимаю, - говорила жена начальника станции. - Ведь управляющий видел, как они скрылись под мостом, а когда мы туда пришли - их не было.

- Хансен слишком много видит, - заметил начальник станции и повернулся к Лисе: - Ты ведь не ходишь по путям?

- Я? Нет. Я помню о Петере.

- И я всегда помню о Петере, - сказал отец.

- Я знаю, - отозвалась Лисе. А про себя подумала: "Он всегда помнит о Петере, день и ночь думает о нем, верно, потому он так любит Пета, но ведь это не его собака". - Нет не твой, - проговорила она вслух.

- Конечно, он - твой, - ответил отец. - Я только учу его разным фокусам.

- А ты научи его читать, - попросила Лисе.

- Нет, этого я не могу. Собаки не могут читать.

- А ты все-таки попробуй. Тогда, может быть, Пет научит и меня. Если бы был жив Петер, он бы читал нам вслух.

- Кто это тебе сказал?

- Так говорит мама.

Взяв в руки флажок, начальник станции вышел, чтобы встретить скорый поезд. Он долго стоял и смотрел вслед поезду, на блестящие рельсы. Казалось, они тоже несутся вперед, увлекая за собой все - все, кроме станции и его самого. Он увидел Пета, который тоже стоял и смотрел вслед поезду. "Как человек, - подумал начальник станции, - как я. Наверное, можно научить его делать вид, будто он читает".

- Иди сюда, Пет, - сказал начальник станции и вынул из кармана "Det beste" 1.

1 Популярный норвежский журнал, в котором печатаются короткие рассказы.

- Пе-е-т, - произнес учитель, показывая на буквы. - Ну, прочти, что получилось.

Лисе смотрела на покрытый рыжими волосинками палец с широким ногтем.

- Получилось Петер, - сказала она.

Учитель возразил:

- Пет не может превратиться в Петера, здесь всего три буквы, ты же видишь, что получается Пет.

- Пет и Петер - это одно и то же, - сказала Лисе. - Спросите у отца.

- Дело не в том, что Лисе не может читать, - она постоянно думает о другом, - сказал учитель отцу Лисе.

- О чем же? - спросил начальник станции.

- О Петере.

Начальник станции поднял глаза от шахматной доски.

- И я думаю о Петере, - сказал он.

- Совершенно верно, - согласился учитель и передвинул ладью. Начальник станции посмотрел на заросшую рыжими волосами руку, а потом на ладью.

- Ты легко выиграл, потому что я думал совсем о другом.

- О чем же?

- Идем покажу. Я научил Пета читать.

Пет сидел на табурете, а перед ним лежала газета. Взгляд его скользил от строки к строке. Учителя аж мороз пробрал по коже. Дойдя до конца газетного листа, пес поднял лапу и перевернул его. Он искал кусок сахару. Учитель восхищенно покачал головой.

- Теперь не хватает только, чтобы он научился говорить.

- Пет умеет говорить, - сказала Лисе. Она незаметно вошла и тихонько стояла у двери.

- Нехорошо лгать, Лисе, - сказал учитель.

- Я не лгу, вы просто этого не понимаете.

- Чего не понимаем - что ты говоришь правду?

- Да, и того, что Пет умеет разговаривать.

- А может, мы не понимаем, что и ты читать умеешь? - спросил отец.

- Конечно, - сказала Лисе. - Пе-е-т - это и будет Петер.

Управляющий крадучись вышел из магазина и притаился за домами, откуда можно было видеть все, что происходит у багажного отделения. Он заметил, как Лисе выпрямилась во весь рост, а собака опустилась на четыре лапы. Потом они огляделись и кинулись бежать через линию. При встрече в магазине управляющий сказал матери Лисе:

- Пет и Лисе действительно бегают по путям. Я сам это видел сегодня.

Жена начальника станции кинулась к мужу:

- Лисе и Пет бегают по путям. Их видел управляющий кооперативом.

- Слишком много он видит, - заметил отец Лисе.

- Вместо того чтобы возиться с этой собакой, поговорил бы с дочкой, прикрикнула жена.

- Лисе, вы с Петом не должны бегать по путям, - сказал начальник станции.

- Почему? - спросила девочка.

- Почему-почему? Ты можешь попасть под поезд.

- Ты хочешь сказать, что Пет может попасть под поезд?

- Я хочу сказать, что и ты, и Пет можете попасть под поезд, - ответил отец.

- Так же, как Петер?

- Да, так же, как Петер.

Отец говорил хриплым голосом, не глядя на дочку.

- Так же, как Петер... - произнесла Лисе и еще раз повторила: - Так же, как Петер.

Станционный поселок окутан печалью. Все уже знают о происшедшем, все твердят:

- Собака начальника станции попала под поезд.

А некоторые шепотом добавляют:

- Так же, как его сын Петер, вас здесь тогда еще не было. Это судьба.

И снова шепчут, еще тише, и этот беззвучный шепот несется над маленьким поселком, где всем всегда известно все, и даже немножко более того:

- Хозяйка сама гуляла с ним вдоль линии, там, где багажное отделение. Вышла прогуляться вечером, как обычно.

Однако кое-кто знал гораздо больше тех, которые знали все.

Собака была без поводка. И вдруг... это был Южный экспресс 22.07.

А некоторые - те, которые знают больше всех и всегда ссылаются на неизвестных свидетелей, - уточняли:

- Говорят, кое-кто видел, как она шла с собакой по путям. Она сама спустила Пета с поводка.

Управляющий кооперативом не принадлежит к числу этих людей, он, как человек рассудительный, говорит:

- Это был удивительный пес, который мог танцевать, играть на пианино. Утверждают, что он умел даже разговаривать.

- И читать, - добавляют самые смелые. Они в это не верят, но, пересказав слухи несколько раз, они начинают почти верить им, почти... Такое часто бывает. Но во всех этих пересудах нет ни капли злорадства.

Станционный поселок окутан печалью.

А в доме начальника станции поселилась скорбь. Немая скорбь. Лисе стала немой. С печального события прошел уже месяц, но Лисе не произнесла ни слова. Ни в школе, ни дома. Она так побледнела и похудела, что ее невозможно узнать. Мать уж и не знает, чем бы порадовать дочку, а отец вечера напролет одиноко сидит за шахматной доской. Он смотрит на мертвые клетки и фигуры и время от времени машинально передвигает то пешку, то ладью. А учитель стоит рядом и пытается завести беседу, утверждая, что начальник станции все время делает бессмысленные ходы.

Управляющий кооперативом наблюдает в бинокль, как после школы Лисе идет к железнодорожному мосту и скрывается под ним. Потом она появляется по другую сторону линии, на Кругляше. Управляющему становится не по себе, и он уже никому не рассказывает о том, что видит. Лисе поднимается на Кругляш, воровато озирается, встает на четвереньки и начинает бегать. Она проделывает странные движения руками и ногами, и каждый раз, когда ему удается разглядеть лицо девочки, он угадывает, что она воет или лает. Здесь, в магазине, ему ничего не слышно, и управляющий уже ничего никому не рассказывает. Он опускает бинокль, его трясет, и тяжкие думы не дают ему покоя.