Стив Джобс и я: подлинная история Apple - Стив Возняк

Вот почему я решил, что подходящим языком для Apple I и его микропроцессора 6502 будет «Бейсик». И если бы я написал для него «Бейсик», то мог бы оказаться первым. Я мог бы стать знаменитым. Обо мне говорили бы: «О, Стив Возняк, это он сделал “Бейсик” для 6502-го!»

В любом случае достаточно было одного взгляда на мой компьютер, чтобы узреть будущее. И пути назад уже не было.

Когда я в первый раз демонстрировал свой компьютер, он был основан на статических микросхемах памяти (SRAM) того же типа, что в моем компьютере «Крем-сода». Но в журналах по электронике, которые я читал, писали о новом чипе «динамической» памяти (DRAM). На одном таком чипе могло быть установлено 4 килобита памяти.

Журналы восхваляли эту разработку: впервые полупроводниковая память стала дешевле памяти на магнитных сердечниках. И во всех основных моделях компьютеров, например у IBM и Data General, все еще использовалась старая память.

4 килобита памяти – а меньше я использовать не мог, – это всего лишь 8 чипов вместо 32 чипов SRAM, которые мне пришлось позаимствовать у Майрона. Я со школы всегда старался использовать как можно меньше чипов, так что это было то, что доктор прописал.

Самое важное различие между SRAM и DRAM в том, что чипам DRAM нужна постоянная регенерация, иначе их содержимое будет стираться. Иными словами, микропроцессору нужно электрически подзаряжать примерно 128 разных ячеек памяти каждую двухтысячную долю секунды, чтобы чип не забыл, что на нем записано.

Я подключил DRAM, остановив тактовый сигнал чипа и передачу информации и привязав их к «горизонтальной развертке» телевизора.

Вы же знаете, как выводится изображение на телевизоре – одна линия за другой, снизу вверх? В американских телевизорах на вывод одной линии требуется около 65 микросекунд (миллионных долей секунды). И вот оказывается, что около 40 микросекунд линия видима, а еще 25 – нет. И я предусмотрел, чтобы в течение этих 25 микросекунд, которые еще называют временем обновления, в DRAM вставлялось 16 уникальных адресов. Фактически я украл у микропроцессора несколько циклов, чтобы подзаряжать DRAM.

Я и не представить себе не мог, где взять чип DRAM, но, к счастью, как раз тогда один член клуба, работник AMI, предложил нам купить несколько четырехкилобитных чипов DRAM по разумной цене. Они тогда еще даже официально не были в продаже. Теперь я понимаю, что кое-кто просто стырил их у AMI, но тогда я не стал задавать никаких вопросов.

Я купил восемь чипов по 5 долларов у парня из AMI и изменил свою конструкцию: добавил несколько коннекторов в разъеме памяти на плате Apple I, чтобы она была совместима и с чипами SRAM, и с чипами DRAM. Я включил новую плату с DRAM, и она сразу заработала.

Я показал эту потрясающую разработку Стиву Джобсу. Он несколько раз ходил со мной в «Клуб самодельных компьютеров» – помогал дотащить телевизор. Стив все спрашивал меня, могу ли я собрать компьютер, на котором будут работать одновременно несколько пользователей в режиме разделения времени – как на мини-компьютере в местной компании Call Computer из Маунтин-Вью.

За год до того мы со Стивом продали Call Computer мой терминал ARPANET и передали им права на сборку и продажу таких терминалов.

«Конечно, – отвечал я. – Когда-нибудь». Я считал это вполне реальным – только не знал, когда это случится.

В другой раз Стив спросил, смогу ли я присоединить диск для хранения данных. И я опять ответил: «Конечно. Когда-нибудь». Все это казалось далеким будущим.

Потом, через несколько дней после того, как я подключил чипы памяти AMI, Стив позвонил мне в офис и спросил, не думал ли я использовать вместо них чипы Intel.

«Эх, Intel – самые лучшие, но на них у меня никаких штанов не хватит», – сказал я.

«Минутку», – ответил Стив.

Он позвонил нескольким знакомым и каким-то чудом сумел вытянуть из Intel несколько чипов DRAM бесплатно. Это было невероятно, учитывая, сколько они стоили и в каком дефиците были. Вот такой человек Стив. Он знал, как надо говорить с менеджерами по продажам. Я бы никогда на это не решился, я был слишком робок.

В общем, он достал мне чипы Intel. Заполучив их, я перестроил под них всю схему. И я очень гордился этим, потому что компьютер теперь стал еще компактнее. Пришлось добавить туда пару чипов, чтобы память Intel заработала, но сами чипы Intel были куда меньшего размера, чем у AMI.

Тут надо объяснить, почему же так важно делать более компактные чипы. Помните, я говорил, что со школы стремился использовать как можно меньше чипов? Это еще не все. Когда я учился в старших классах, я пытался найти чипы для компьютера, который только что разработал. Отец устроил мне встречу со своим знакомым, инженером Fairchild Semiconductor – компании, сотрудники которой и изобрели полупроводниковые интегральные схемы. Я рассказал ему, что разработал два варианта мини-компьютера. И выходило, что если использовать микросхемы Sygnetics (конкурента Fairchild), то понадобится меньше чипов.

Инженер спросил, что за чипы Sygnetics я использую.

Я назвал ему модель.

Тогда он заметил, что эти чипы гораздо больше по размеру, у них гораздо больше штырьков и коннекторов, чем у аналогичных чипов Fairchild. А это увеличивает сложность машины.

Я был поражен: тогда я мгновенно понял, что более простая конструкция компьютера должна содержать не только меньше чипов, но и меньше коннекторов. Моя цель изменилась: теперь я стремился не к тому, чтобы задействовать как можно меньше чипов, а к тому, чтобы создать плату как можно меньшей площади.

Обычно меньшее число чипов означало и меньшее число коннекторов, хотя и не всегда.

В конструкции Apple I переключение с памяти AMI на Intel как раз и позволило мне уменьшить размер платы, хоть и пришлось для этого добавить пару лишних чипов.

И сейчас я понимаю, насколько это было прекрасное и удачное решение. Ведь чипы той конструкции со временем стали стандартом для всех микросхем памяти, вплоть до нынешнего дня.

Ко Дню благодарения 1975 года Стив успел побывать вместе со мной на нескольких встречах «Клуба самодельных компьютеров». И он обратил внимание, что люди там работают над чертежами, но у них нет ни времени, ни способностей, чтобы действительно собрать компьютер по этим чертежам.

Он предложил: «Может, будем производить и продавать им печатные платы?»

Благодаря этому, по его задумке, люди могли бы припаять все свои чипы к печатной плате и получить готовый компьютер в считанные дни, а не через несколько месяцев. Самую тяжелую работу проделаем за них мы. Он планировал производить эти платы за 20 долларов, а продавать по 40 долларов. И это было бы отличной сделкой, потому что инженеры все равно получали сами чипы от своих компаний практически бесплатно.