Долгая дорога к тебе - Ксения Вайсман

как женщину, я бы тоже родила. Да в принципе я и родила, - добавила она, имея в виду Диму.

- Она говорит, что от меня ей не надо ничего, что она сама сможет его поставить на ноги и воспитать, но я не знаю, что мне делать?

- И ты спрашиваешь меня? Я должна тебе сказать, как тебе поступить с любовницей? – усмехнулась Ольга, в горле которой уже стоял ком, от того, что вся ее семейная жизнь в один миг рухнула как карточный домик.

- Прости, это очень глупо, но я, правда, не знаю…

- Ты любишь ее? – задала закономерный вопрос Ольга.

- Я не знаю. Наверное, что-то чувствовал, раз так вышло, - пожал плечами Костя.

- Ты бы хотел с ней жить?

- Я не знаю. Мне хорошо с тобой, мы столько лет вместе.

- Костя, это не ответ. То, что тебе со мной хорошо, это не удивительно, как ты сам сказал, мы столько лет вместе, и мы знаем друг друга как облупленные, поэтому тебе легко и комфортно тут, но это не значит, что есть любовь. Мы с тобой родные люди, это бесспорно, но той искры уже нет, причем давно и это не секрет. Там видимо и вспыхнула твоя искра, - предполагала Ольга, пытаясь найти объяснение случившемуся.

- Как я могу уйти? Ты мне родная. Мы столько пережили. И нищету, и переезд в Москву! У нас двое детей.

- У нас двое взрослых, самостоятельных детей, которые не сегодня – завтра, создадут свои семьи, а там родиться маленький, беззащитный, ни в чем не виноватый малыш. Вот ему точно нужен отец рядом, - рассуждала Ольга, словно речь шла не о ее муже.

- Ты говоришь такие мудрые вещи, что сердце щемит. Я и сам это понимаю, что малышу нужен отец, что не найду себе места, зная, что он растет без меня, но как перечеркнуть то что было у нас?

- Не перечеркнуть, а пойти дальше. Так лучше звучит. И ты должен понимать, что как было раньше, сейчас уже не будет. Я буду смотреть на тебя, а представлять какую-то беременную женщину. Я не смогу так жить. Раз ты был с ней, значит, тебе этого хотелось. Я не смогу оставаться такой же открытой, не смогу верить тебе без оглядки. Не получится уже, - покачала головой Ольга, с трудом сдерживая слезы.

- Оленька…

- Раз ты хотел быть с ней – будь! Ты же мужчина, ты всегда умел принимать решения и нести за них ответственность.

- А как ты останешься без меня?

- А как ты останешься со мной, зная, что там твой ребенок? Не видеть его и не признавать, это не правильно. Что получится, что чужого сына ты воспитал, а своего бросил? Нет, ты так не сможешь. Ты будешь ходить туда, там будет она, ты будешь возвращаться сюда… Зачем все это. Просто оставайся там.

- А как же ты?

- А почему ты думаешь обо мне сейчас? Что ты думал, когда ложился с ней в постель? – задала Ольга важный вопрос, Костя молчал, - А я скажу – ты не думал обо мне. Тебе просто очень этого хотелось. Ты думал о себе, думал о ней. Уходи. Я это переживу, - спокойно констатировала Ольга.

- Дети не простят…

- Дети поймут. Дети уже взрослые. Все уже случилось. Теперь тебе остается только поступить по совести, а это значит уйти к ней. Вы давно с ней вместе?

- Полгода… Но не думай, что я когда-то до этого случая тебе изменял, никогда! Клянусь всем, чем угодно! – тут же заторотирил Костя.

- Да какое это уже имеет значение. Ты находился рядом с другой женщиной полгода, тебе было с ней хорошо, а теперь ты думаешь обо мне? У нас не восток, тут многоженства нет, и будучи с одной и с другой, ты делаешь больно обеим. Я представляю, что она чувствует, будучи беременна и без мужа, во все времена, в любом возрасте, какой бы самостоятельной и гордой женщина не была, ей просто страшно. Ведь каждая из нас мечтает, что она будет любима, что у ее ребенка будет отец. У моих детей был отец. Я благодарна тебе за то, что ты воспитал Димку.

- Оля, не надо, ты же знаешь, что он для меня родной.

- Тем более, тот тоже твой, родной. Все Костя, я не хочу больше разводить тут сопли. Иди к ней. Наверное, нам придется разменять квартиру?

- Зачем? – удивился Костя.

- Ну, как же, она приобретенная в браке, и вы тоже должны с ней где-то жить…

- Оля, даже не бери это в голову. Квартира твоя и Даши. У Вики есть своя квартира, после бабушки осталась, и у мамы квартира на Тверской, а уж там будем вместе что-то наживать. Я не отниму у тебя, чтобы отнести ей.

- Спасибо.

- Оля. Даже не говори этого. Про имущество вообще ничего слушать не хочу.

- Ладно, Костя, иди к ней. Я хочу побыть одна.

Костя молча вышел за дверь, а Ольга уставилась в одну точу, и слезы, которые она сдерживала, наконец, покатились по щекам. Такого она никак не ожидала, возможно, раньше, у нее бывали мысли, что Костя может кого-то найти, мало ли, но сейчас, когда они уже столько лет прожили вместе, Ольга и подумать не могла, что когда-нибудь они разведутся. Все это казалось, как гром среди ясного неба. Неожиданно и больно. Она даже не знала как себя вести, как на это реагировать, и как сказать детям? Она не боялась оставаться одна, ей было, где жить и на что, Ольга вполне прилично зарабатывала, поскольку та компания, в которую она устроилась девять лет назад, заметно разрослась и окрепла, а Ольгу, как старожила и надежного сотрудника поставили начальником экономического отдела. Дети тоже были самостоятельными, Дима пусть и не так много зарабатывал, но ему хватало, чтобы содержать себя и Лилю, Даша получала призовые, и заключала небольшие рекламные контракты. Дети не нуждались в материальной поддержке. Но представить, что вечером она останется одна и муж не вернется домой с работы, не поужинает с ней, они не обсудят, как прошел день