Жизнь в авиации - Степан Красовский

В октябре Верховное Главнокомандование приняло решение о формировании Юго-Западного фронта, в состав которого вошли авиачасти, послужившие впоследствии основой для создания 17-й воздушной армии. Начальником штаба фронта назначили генерала Г. Д Стельмаха, оперативное управление возглавил генерал С. П. Иванов - бывший начальник штаба 1-й гвардейской армии.

Ворожейкин уточнил сроки прибытия частей, рассказал о том, какую помощь может оказать мне командование ВВС. Он не преуменьшал трудностей, с которыми придется встретиться на новом месте.

- Начинать придется все сначала, - подытожил наш разговор генерал.

Я попросил выделить мне в помощь нескольких офицеров из штаба 2-й воздушной, а также разрешить использовать в интересах Юго-Западного фронта уже известные мне части и соединения из той же воздушной армии. Г. А. Ворожейкин нашел мою просьбу обоснованной и пообещал немедленно дать соответствующие указания.

Сражение в междуречье

В Ново-Анновке, где шло формирование штаба нового фронта, уже находился полковник К. И. Тельнов, прилетевший туда с несколькими командирами и машинистками из 2-й воздушной армии. Для нас выделили необходимое помещение, и небольшая группа людей, составлявших основу будущего штаба 17-й воздушной армии, приступила к работе.

Всем нам было трудно на первых порах. Требовалось сразу решать десятки важных вопросов, связанных с поступлением людей, техники, организацией тыла, связи. Работать приходилось круглые сутки, отдыхать было некогда, а поесть просто негде: никаких тыловых частей или военторговских организаций пока что не было.

Помню, зашел я однажды в комнату, где Константин Иванович Тельнов диктовал машинистке, уже немолодой женщине, какое-то распоряжение. Пальцы машинистки очень быстро бегали по клавиатуре, работу она не прекращала ни на секунду. Взглянув на утомленное лицо женщины, я увидел в ее глазах слезы.

- Что случилось?

Машинистка закрыла лицо руками и с трудом вымолвила:

- Извините, силы теряю... Есть очень хочется...

Я вспомнил, что и сам давно не ел, обшарил карманы и нашел пачку галет.

- Давайте-ка закусим.

Разделили на троих, запили холодной водой. Это был наш завтрак, обед и ужин...

Требовалось немедленно предпринимать меры, чтобы организовать питание командиров и служащих штаба. В это время в Ново-Анновку прибыл наш батальон связи. Пришлось поставить перед комбатом задачу: прежде всего развернуть кухню и обеспечить горячей пищей не только своих солдат, но и личный состав штаба.

Нам повезло. Командиром батальона оказался распорядительный человек. У него имелся небольшой запас продуктов. В близлежащем совхозе он сумел купить свинью. На следующий день в столовой приготовили наваристый борщ.

Вечером ко мне позвонил командующий фронтом. Расспросил о делах. Потом поинтересовался, не голодаем ли мы, пригласил к себе:

- Мы на котловое довольствие в медсанбат встали. Правда, кашей кормят, нежирно, но вы все-таки приезжайте поужинать.

- Спасибо, - говорю ему, - за приглашение. Приезжайте лучше, Николай Федорович, вы к нам. Угостим свиной отбивной.

Генерал Ватутин очень удивился такому ответу и через час приехал. Повара не подкачали. Ужин был отменный, и Николай Федорович долго потом вспоминал, как в Ново-Анновке состоял на довольствии у авиаторов.

Через несколько дней из Москвы прилетели генерал П. К. Руденко, который ведал тылом ВВС, и Г. А. Ворожейкин. Они оказали большую помощь в формировании ВВС Юго-Западного фронта. Из 16-й воздушной армии нам передали 7-й и 23-й районы авиационного базирования, которые немедленно развернули строительство аэродромов. На новые площадки начали перебазироваться части 1-го смешанного корпуса генерала В. И. Шевченко, 221-й бомбардировочной дивизии полковника И. Д. Антошина, 282-й истребительной дивизии полковника В. Г. Рязанова. Затем прибыла 262-я ночная бомбардировочная дивизия Г. И. Белицкого. Перебазировались в полосу Юго-Западного фронта несколько полков 2-й воздушной армии. К началу нашего контрнаступления ВВС фронта насчитывали уже пятьсот тридцать восемь самолетов. По тому времени это была внушительная сила.

Несколько раз в те дни мне пришлось побывать во вновь прибывших частях. Молодые летчики горели желанием сразиться с врагом. Командиры полков и дивизий нетерпеливо спрашивали:

- Товарищ командующий, скоро ли начнем боевую работу?

- Скоро, друзья, скоро, - успокаивал я их. - Вот получим приказ - и в бой. Нам есть с кого брать пример: рядом знаменитые защитники города на великой водной магистрали Родины - Волге.

Я рассказывал авиаторам о былых сражениях русского народа на этой реке, о сражениях под Казанью, Царицыном, Камышином, Астраханью. Но все прежние битвы не шли в сравнение с нынешней эпопеей. Все мы отдавали должное героизму защитников Сталинграда, выдержавших удары сильнейшей группировки противника. Мы от души гордились ими, желали быть достойными их славного подвига.

В первой половине ноября на нашем фронте боевую работу вели в основном истребители. Перед ними стояла задача не допускать разведчиков противника к районам сосредоточения наших войск. На земле и в воздухе непрерывно дежурили группы истребителей, которые успешно перехватывали вражеские самолеты. Это сыграло свою положительную роль: немецко-фашистское командование не имело сведений о крупном сосредоточении наших войск на Дону и подготовке их к решительному контрнаступлению.

Нашему фронту в контрнаступлении предстояло решать одну из основных задач: нанести удар по врагу с севера и стремительным маневром в направлении на Калач завершить совместно с войсками Сталинградского фронта окружение главной группировки немецко-фашистских войск в районе Сталинграда.

Успех операции во многом зависел от решительных действий 5-й танковой армии, и поэтому основные силы авиации должны были взаимодействовать с танкистами. Смешанный корпус и бомбардировочная дивизия, насчитывавшие в общей сложности более двухсот самолетов, выделялись для того, чтобы расчистить танковым корпусам дорогу к Калачу. Одновременно пришлось выделить авиационные части для 21-й и 1-й гвардейской армий, с тем чтобы надежно обеспечить фланги ударной группировки.

Перед началом операции у нас часто бывали представители Ставки Г. К. Жуков, А. М. Василевский, А. А. Новиков. Они проверяли готовность войск, не раз собирали командующих фронтами и армиями и обсуждали возможные варианты наступления. Каждый вариант обязательно проигрывался на картах и макетах местности.

Впервые за время войны нам предоставлялась возможность в широких масштабах применить военно-воздушные силы для поддержки сухопутных войск.