Дальневосточные соседи - Всеволод Овчинников

Когда Китай начал переход к социально ориентированной рыночной экономике, его первыми партнерами среди зарубежных предпринимателей стали именно хуацяо. Первые свободные экономические зоны на юге и востоке страны были прежде всего ориентированы на связи с Гонконгом и Тайванем. Предприятия, созданные на средства хуацяо, ныне производят треть китайского экспорта.

Налицо не просто желание зарубежных соотечественников способствовать модернизации своей исторической родины. Происходит формирование экономической зоны Большого Китая. Рабочая сила, природные ресурсы, поистине бездонный внутренний спрос КНР, финансовый и технологический потенциал Тайваня, коммерческий опыт Гонконга – все это, вместе взятое, позволяет экономической зоне Большого Китая стать в XXI веке генератором роста мировой экономики.

И вот итог, над которым стоит призадуматься. Хуацяо вложили в страну своих предков больше капиталов, чем США, Евросоюз и Япония, вместе взятые. На их долю приходится свыше двух третей всех прямых зарубежных инвестиций.

Так почему бы нашим соотечественникам за рубежом не взять пример с хуацяо? И почему в Москве не поучиться у Пекина разумному, то есть благожелательному, отношению к русскоязычной диаспоре?

Главная задача пятого поколения

Перед пятым поколением лидеров Китая, то есть перед новым Генеральным секретарем ЦК КПК Си Цзиньпином, который стал и Председателем КНР, XVIII партийный съезд поставил амбициозную задачу: за предстоящие десять лет, то есть за два пятилетних срока его пребывания у власти, удвоить валовой внутренний продукт страны на душу населения.

Хотя Поднебесная уже больше трех десятилетий лидирует по темпам экономического роста и скоро обгонит США по объему экономики, по размерам ВВП на душу населения Китай значится не во главе, а в хвосте списка государств планеты.

Как уже отмечалось, Дэн Сяопин сформулировал три условия проведения реформ в Поднебесной и наметил три стратегических рубежа их осуществления.

По его мнению, реформы в Китае имеют смысл, только если они, во-первых, ведут к росту производства, во-вторых – повышают жизненный уровень народа, и в-третьих – умножают совокупную мощь страны.

Патриарх реформ наметил также три стратегических рубежа поставленной им исторической задачи. Первый – за 80-е годы удвоить валовой внутренний продукт на душу населения, увеличить его с 250 до 500 долларов. Второй рубеж предусматривал за 90-е годы вновь удвоить ВВП на душу населения. Но поскольку число жителей Поднебесной с начала реформ увеличилось на 300 млн человек, показателя 1000 долларов на душу населения Китай достиг лишь в 2002 году. Что же касается третьего стратегического рубежа, то патриарх реформ поставил задачу к 100-летию Китайской Народной Республики, то есть к 2049 году, увеличить ВВП КНР на душу населения еще в четыре раза: с 1000 до 4000 долларов.

Главной задачей первого и второго удвоения ВВП была ликвидация нищеты. В результате число людей в Китае, живущих в абсолютной бедности (с доходом менее 5 долларов в месяц), сократилось с 250 до 24 млн человек, или с 25 до 2 процентов населения.

Преодолевать глобальные трудности Поднебесной помогает и разумная антикризисная политика властей. Вместо того чтобы помогать банкам, государство сосредоточило усилия на совершенствовании инфраструктуры. Именно в самые трудные для мировой экономики годы в Китае за счет бюджета проложено более 60 тысяч километров первоклассных автострад. По их протяженности Поднебесная вышла на второе место в мире.

По доле в мировой торговле Поднебесная опередила Страну восходящего солнца, которая в 60-х годах совершила экономическое чудо, заполонив мир своими автомашинами и телевизорами. Благоприятный инвестиционный климат, обеспечивший при содействии зарубежных китайцев приток сотен миллиардов долларов в созданные на побережье особые экономические зоны, плюс дешевая и добросовестная рабочая сила, способная безупречно работать на современном оборудовании и по новым технологиям, – вот слагаемые успеха Поднебесной, превзошедшей в наши дни диккенсовскую Англию и послевоенную Японию.

Уже сейчас почти полтриллиона в китайском экспорте составляют интегральные схемы, компьютеры, мобильные телефоны и их компоненты. Однако лишь 20 процентов добавленной стоимости этих товаров причитается китайским предпринимателям. Остальное идет в уплату зарубежным владельцам лицензий и патентов. Поставлена цель: сократить зависимость Китая от иностранных технологий с 80 до 20 процентов.

Итак, XXI век поставил перед Китаем, как и перед Россией, задачу: перейти к «экономике знаний», превратиться в инновационную державу. И тут оказалось, что древние конфуцианские традиции дают в наши дни важные преимущества. В китайском народе на генетическом уровне укоренился культ учености, представление о том, что только образование способно повысить положение человека, то есть служить каналам социальной мобильности.

Китайские власти помогают ведущим транснациональным корпорациям создавать свои научно-технические центры не только в странах «Большой восьмерки», но и в Китае. Там уже действует 750 таких центров. По их числу Поднебесная уступаешь лишь Соединенным Штатам.

Это дает основания полагать, что за два пятилетних срока своего пребывания у власти пятое поколение партийно-государственного руководства во главе с Си Цзиньпином сумеет выполнить поставленную XVIII съездом КПК задачу: за десять лет вновь удвоить ВВП КНР на душу населения.

Шелковый путь вновь актуален

Оживить «Восточный вектор» – наша ключевая задача в XXI веке

В российско-китайском договоре о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве сформулирована суть нынешних отношений двух великих соседних государств: доверительное партнерство, направленное на стратегическое взаимодействие в XXI веке.

Москва и Пекин не только плечом к плечу выступают за многополярный мир, за перестройку международных отношений на более равноправной и справедливой основе. Они неуклонно расширяют экономическое сотрудничество. Опередив Германию, Китай стал крупнейшим торговым партнером России. Москва и Пекин ставят целью довести объем двусторонней торговли до 100 млрд долларов в 2015-м и до 200 млрд – в 2020 году.

Двуглавый орел на российском гербе напоминает нам об исторической миссии нашей страны в XXI веке. Суть ее, на мой взгляд, состоит в том, чтобы возродить на новом витке истории идею Великого шелкового пути. То есть воспользоваться нашим географическим положением, дабы обрести роль трансконтинентального моста между Восточной Азией и Западной Европой. Только теперь такой мост должен иметь не только транспортную, но и энергетическую составляющую.