Камень 1993. Книга 1 - Сергей Анатольевич Савинов

— Я знаю, — довольно осклабился бандит.

Владелец видеосалона вздохнул. Ему было не так жалко кассету с фильмом, на который люди ходили толпами, сколько новую видеодвойку, которую Гриша Север приказал забрать за долги. И это еще совсем по мелочи, у людей машины с квартирами забирают. Север же, который крышевал подобные заведения, слыл человеком в своем роде добрым и давал коммерсантам возможность отработать. Если, конечно, видел потенциал. У Жогина он был.

— Виталик, может, оставишь видеодвойку? — особой надежды не было, но Сергей рискнул. — Сам понимаешь, она же мне быстрей заработать даст.

Сергей Жогин учился с Виталием Глухаревым в одном классе. Только первый подался в бизнес, а второй — в бандиты. И по злой иронии судьбы именно Глухарь собирал с Серого дань.

— Не могу, Сер, — покачал головой Глухарь. — Знаешь ведь, что не я тут решаю… Север сказал — видак бери.

— Я же с ней быстрей заработаю, — повторил Жогин, не особо надеясь на результат.

— Сереня, ну ты че, тупой? — Глухарь уважал одноклассника, но за речью редко следил. А еще быстро вспыхивал. — Сказано же, не я решаю. Вот ты какого хера затянул? Отдал бы все сразу, не артачился, и не пришлось бы видюху твою забирать. Радуйся, что Север поколотить тут не предложил все.

— Ладно, — смирился Жогин. — Сколько я еще должен?

— Да хер его знает, — простодушно пожал плечами Глухарь. — Север сказал, что видак за проценты, а сумма та же.

— Значит, все те же две тысячи, — вздохнул Жогин. — Ладно, выкручусь. Если что, машину продам.

Разумеется, все было не так плохо. И машину Сергей продавать не собирался. Просто перед бандитами не надо показывать лишний раз, что у тебя с деньгами все хорошо. Даже если ты с этим бандитом за одной партой сидел. Лучше поскромничать и прибедниться.

— Это «бэху»? — оживился Глухарь. — Сереня, так давай я у тебя ее выкуплю. Выручу по-братски. Штукарь могу дать.

— Она дороже стоит, Виталик, — подчеркнуто грустно улыбнулся предприниматель.

Глухарь выхватил еще несколько кассет с хорошо знакомыми ему названиями вроде «Нарушая запреты» и «Эммануэль», потом повернулся к бывшему однокласснику.

— Ну, как знаешь, Сер. Я же от души помочь хочу.

Он прислушался, показал на окно.

— Че-то шумно сегодня у тебя тут. Всегда так? Нет же вроде…

— Мелкоты много, — Жогин выглянул в окно кабинета. — Скорей бы уже первое сентября, они хотя бы в школу пойдут.

— М-да, поназаводили спиногрызов, — недобро осклабился Глухарь. — Чего людям неймется? Жрать нечего, скоро ремни в супе варить будут, а все плодятся…

Его глубокомысленные размышления прервал звон разбитого стекла. Кто-то захохотал высоким голосом. Жогин побледнел, бросил взгляд на Глухаря и стремительно пошел к выходу. Навстречу уже бежал Даня, племянник, который помогал ему в видеосалоне.

— Дядь Сереж, дядь Сереж! — паникуя, парень всегда превращался в испуганного подростка. — Там малолетки окна фигачат!..

— А чего не прогнал? — раздраженно бросил Жогин, проходя мимо Дани и набирая скорость на лестнице. Глухарь топал следом.

— Так они меня на х** посылают! — пожаловался племянник.

Жогин выматерился про себя, но вслух ничего не сказал. В зале уже волновались — звук разбивающегося стекла слышали все, кто смотрел «Пятницу, 13-е».

— Что случилось? — спросил накачанный парень с золотой цепью на черной футболке.

Он вскочил со стула и подбежал к ним.

— Ты какого хера кино смотришь? — заорал Глухарь, пугая зрителей. — Я тебя для чего сюда привел?

— Блин, Виталя, попутал! — напарник бандита опрометью помчался на выход, оттолкнув в сторону Жогина и его племянника. — А ну, сдрисните, шантрапа мелкая! Пошли вон!

— Лови их, что ты их гонишь? — снова крикнул Глухарь. — Мля, опять все самому делать!

Младшеклассники, они же «скорлупа» на уличном жаргоне, бросились врассыпную. Молоток, тот самый накачанный парень в футболке, помчался за одним из мальчишек, но тот легко ушел от недостаточно прыткого взрослого. А другой, воспользовавшись замешательством, поднял с земли камень и швырнул в окно. Снова звон разбитого стекла.

— Твою мать! Сюда иди! — от захлестнувшего возмущения Глухарь почти перешел на визг.

Ни он, ни Молоток не обратили внимание на звук приближающегося мотоцикла. А вот Жогин услышал, повернул голову и схватил за руку бросившегося было помогать бандитам племянника.

Черный спортивный байк, оглушительно взревев и распугав прохожих, понесся прямо по тротуару к крыльцу видеосалона. Мотоциклист в глухом шлеме остановил своего «коня», лихо крутанувшись на месте, и вытянул вперед руку. В последний момент Жогин увидел ствол пистолета и крикнул: «Ложись!»

Грохнул выстрел, еще один, потом третий. Молоток рухнул словно подкошенный, подломив под себя руки. Глухарь побежал, оборачиваясь на ходу, но мотоциклист, выжав газ, мгновенно догнал его, ударил колесом, бандит покатился по земле под крики случайных свидетелей.

Выстрел! Второй!

Глухарь застыл на асфальте, пару раз царапнув руками, под ним растекалась огромная лужа крови. Жогина оглушило испуганным воем выскочивших из салона зрителей.

* * *

— Тут кто-то есть, — прошептал Валерка.

Глаза болели, но уже меньше, и веки теперь хотя бы не слипались. Мы стояли в сенях, а из светлицы доносились приглушенные звуки. Еще я только сейчас почувствовал запах — смесь нечистот, курева и еще чего-то такого, напоминающего аптеку.

— Слышь? — вскинулся Валерка.

Раздался теперь уже отчетливый стон. Женский. И нет — не тот, который от наслаждения. В памяти всколыхнулись события минувшей ночи, которые отошли на второй план из-за всего махом произошедшего. Неужели это лежка маньяка, и он кого-то здесь мучает? Черт, как назло, рвотный спазм подступил к горлу. Я заглушил его усилием воли.

— Пойдем-ка проверим! — решительно сказал брат и шагнул к двери, широко распахнув ее.

В ноздри ударила все та же смесь запахов, только в разы сильнее.

— Милиция! — выпалил кузен, забегая в светлицу.

И замер. Я вошел следом за ним.

На полу корчился полуголый парень в одних трусах неопределенного цвета, в теории бывших белыми. На теле у него можно было пересчитать все ребра, да и вообще он был похож на узника Бухенвальда. Длинные, давно не мытые волосы висели клоками, кожа была грязной, как будто он перед этим извалялся в луже.

— Валерка, осторожнее! — я вовремя заметил валяющийся под