Особые обстоятельства - Инна Рудольфовна Чеп

постороннее. А от кухни такая какофония! Столько намешано! Глупая была идея собрать всех в одном месте. Эти клубки так переплелись, поди разбери, где чье. Страх, злоба, скука, неодобрение, возбуждение, удивление, недовольство…

А если глубже? Раствориться. Залезть внутрь. Самую сердцевину тронуть! Вина? Нет, здесь не ее искать надо. Страх? Может быть, да они все боятся. Жадность? Вероятно. Что, как не деньги, ведут человека на темную сторону?

Нежно, бережно перебирать струны чужих душ. Яркие, тусклые, блестящие, грязные, запутанные, ровные — в каждой всего намешано в разных пропорциях. Никто не небожитель, никто не демон. Жадность… подворовывает… Похоть… спит с управляющим… Страх… болеет дочь… Страх… испортила хозяйское платье, не доглядела… Жадность… померла мать, делят с братом ее дом… Восторженность… влюблена… Зависть… соседкин муж той бусы купил, а ее ей оплеуху выписал… Возмущение… вот расселись-то, эдак и еда не успеет сготовиться к обеду…

Сколько же тут всего! И вот ещё… И ещё… И…

Маловероятно, что нужное, но ведь попробовать можно?

Серое, кислое, с запахом несозревших ягод… Одна нить из серого комка… Если…

В мир резко врываются цвет и звук.

Вода стекает по лицу.

— Да не трогал я его!

— Если только! Да я тебя! Со свету сживу! И папеньке расскажу!

— Да я виноват, что он у вас припадочный?

Опять? Ну, теперь понятно, чего испугался секретарь.

— Всего лишь последствия давней болезни, — соврал Кривз, открыв глаза и обнаружив себя на полу. Свалился со стула, ясно. Он сел, держась за голову. — Бывает. Но редко. Ниса Ярь, работник вашего отца тут не при чем. Отпустите его. Позовите следующего.

— Но…

— Вы же хотите найти Ладу?

Димитрий встал, уцепившись за ножку стола. Потер лоб.

— Зовите.

Цветана охала и ахала, принесла сладкий-сладкий чай, но следующего позвала.

Из дома сидов Ярь сыщик вышел только пару часов спустя. Сразу отправился в отдел правопорядка. Воинственно настроенная Цветана увязалась следом.

— Вы все время куда-то ходите. А когда отчёт писать будете? — решила она начать издалека. Димитрий поморщился. По его скромному мнению, подобные отчеты являлись не больше, не меньше, как средством пытки для служащих в органах правопорядка. К тому же он уже…

Это было бы разумно, да!

— Писать отчёт будете вы! — заявил он нагло. — Ведь это ваши обязанности — бумаги?

— Но…

— Не волнуйтесь, я вам все расскажу.

Цветана затихла, неуверенно посматривая в его сторону. Какое-то время почтительно молчала, потом не вытерпела:

— А писать про кого? Про ниса Аль?

— И про него тоже.

— А что? Это же не он! Я его знаю, он не мог! Он благородный человек и…

Голова болела неимоверно. Чужой голос как будто дробил реальность на куски.

— Не он.

— Нет! Э? То есть, да! А зачем вы тогда его арестовали?

— Во-первых, кое в чем он все равно виновен. Во-вторых, я предположил, что пока нис Аль заперт, убийца прекратит свои злодеяния, дабы не дать следствию усомниться в виновности подозреваемого. Что даст нам какое-то время для маневра.

— И он оправдал ваши ожидания?

— Нет.

Демонова больная голова! Димитрий сначала сказал, а потом подумал.

Цветана остановилась.

— То есть… Лада…

— Да, — сурово подтвердил сыщик. — Именно поэтому девочку заставили написать письмо, что якобы она ушла сама.

— Почему она не подняла крик?

— Я думаю, он использует сонный порошок. Лада — ребенок с улицы, она сообразительная девочка, наверняка заметила тряпицу в его руке и обо всем догадалась. Один писк — и она уснула бы, не успев толком поднять шум. Ведь вы сами определили ей комнату подальше от всех, чтобы ваш батюшка меньше ругал ее за проказы. Смогла бы она докричаться до кого-нибудь, сомнительно. Но пока она не спит — может сопротивляться. Поэтому Лада сделала вид, что поверила ночному гостю и написала записку, полную намеков, которые не мог понять похититель, но разгадали вы, сида. Думаю, она могла попытаться сбежать по дороге, но ей это не удалось, иначе ребенок уже был бы с вами. Но в любом случае надежды убийцы на то, что эту жертву не заметят, не оправдались. А ему, конечно, очень хотелось сделать очередное преступление невидимым для правосудия. Как он уже делал не раз.

Цветана шмыгнула носом.

— У нее есть шанс?

— Как минимум до ночи — да.

Они возобновили шаг, но девушка все ещё обдумывала сказанное.

— Как делал не раз? Что вы имеете ввиду?

— Вы сами уже догадались. Жертв было гораздо больше, чем нам известно. Просто часть из них — люди, совершенно никому ненужные. Девушки с фабрики, сироты или почти таковыми являющиеся. К тому же часто имеющие таинственного жениха, который обещал увезти на край континента. Или дети улиц, воришки и попрошайки, до кого уж точно совершенно никому нет дела. Вопрос: чем он заманивал их? Девиц… Приходил от имени жениха? Нет, где же тогда настоящие женихи? Никто не подал заявление о пропаже! Тогда можно предположить, что он и был тем таинственным женихом. Это сойдёт за теорию. А вот чем он соблазнял детей? Для той же Лады какую версию он придумал, что ей обещал? Ведь не так просто обмануть столь битую жизнью публику! Впрочем, если дать денег… Но они и убежать могут с деньгами… Над этим надо подумать. Но несомненно, что этот человек в курсе всего происходящего в городе. И прекрасно осведомлен о законе об оповещении столицы об убийствах. И делал он все так аккуратно, чтобы никого сюда не присылали. Единственное, чего он не учел — что сразу после его ритуала произойдет ещё одно убийство, которое припишут до кучи ему.

— Какое???

— Сын травника. Он не имеет отношение к нашему делу. Напился, увязался за Рейфи, ну, той, из аптекарской лавки, видимо, он давно ее заприметил, даже в лавку конкурента забегал периодически. Имея гнилую натуру, попробовал девушку снасильничать, но у нее нашелся защитник. Который и загрыз его в порыве ярости. Из-за этой случайности в городе случилось два убийства за короткий промежуток времени, что вынудило местных написать в столицу.

— Получается, целых два случая — лишние?

— Один.

— Но Славен…

— Нис Аль проводил ритуал, исходя из собственных нужд, однако листы с описанием обряда оказались у него не случайно. Кто-то хотел посмотреть, что получится, и решил сделать все чужими руками.

Цветана кусала губы.

— Какой в этом смысл?

— Вот и я подумал о том же. Что убийце с того, что кто-то проведет ритуал за него? Если только…

— Он сам будет присутствовать? — догадалась Цветана.

— Сам — это слишком. Но вот если будет присутствовать и руководить