Четыре фигурки на свадебном торте - Соня Лемармот

Шон прочистил горло и провел рукой по волосам, не заботясь об испорченной прическе. Он обязательно должен извиниться перед Джил. Страшно вспомнить, как он вчера себя повел. Как неуравновешенная истеричка!

— Наверное, пригрозил ей, — продолжала Пейдж, и, чуть наклонившись к нему и понизив голос, добавила: — Алекс ведь выпить любит, кто знает, что ему завтра в голову взбредет? Вдруг отыграться за свое поражение на Джил захочет?

О такой перспективе Шон не подумал, а ведь Алекс грозил Джил. Внутри поднималась волна злости на мерзавца. И он собирался положить этому конец.

— Не захочет, — отрезал он, чувствуя, что уже готов убивать. — Я об этом позабочусь…

Дверь одной из комнат открылась и в гостиной появилась Джил. Она была босиком, в заношенных майке и шортах. Не накрашенная, она казалась совсем молоденькой и свежей. Она была такая красивая! Шон так и застыл, глядя на нее.

Зато ребенок, до сего момента, мирно возившийся с игрушками на полу, все бросил и с радостным гиком пополз к тете. Но шустрая мать быстренько пресекла его попытки добраться до Джил.

— Пора спать, — с этими словами Пейдж подхватили малыша на руки и удалились с ним.

Шон поднялся с дивана и подошел к Джил, буравившей его неприветливым взглядом.

— Как ты себя чувствуешь?

— Прекрасно! Зачем вы приехали? Я же все объяснила по телефону, — недовольно сказала она.

— Я привез крысу.

— Люк! — ахнула она, наконец, заметив банку на столике. — О! Я совсем о тебе забыла!

Она вытащила Людовика из банки и посадила себе на грудь, стала поглаживать.

Шон вздохнул, она все еще злится на него, даже удар по голове не помог. Он так переживал за нее, что вся его злость куда-то испарилась, а после разговора с Пейдж чувствовал себя виноватым.

Почему она так любит свою крысу и совсем не любит его?

— Я бы хотел с тобой поговорить, — сказал он.

— Я все рассказала, мне добавить нечего.

И снова сухо пересказала ему всю историю. Ничего нового он не услышал. Но Майкл Гудвин сейчас волновал его меньше всего. Здоровье помощницы занимало все его мысли.

— Если ты себя плохо чувствуешь, можешь отдыхать дома столько времени, сколько тебе понадобится. Или, может быть, стоит все-таки лечь в больницу? Я найду лучших врачей.

— Думаю, что за выходные я поправлюсь, — не приняла она его предложение.

Видно было, что она ждет, когда же он уйдет. Шон хотел просить прощение за нанесенное ей оскорбление, но слова не шли. Да и враждебный настрой Джил не способствовал примирению. Ему почему-то казалось, что она не примет сейчас извинений.

Так он и ушел, злясь на себя и на нее. И желая растерзать Алекса.

***

Выпроводив босса, Джил заперла Люка в клетке и прилегла на кровать. Девушка радовалась, что родителей нет дома. Отец бы точно разорался, а мама начала бы пичкать дорогого гостя пирогом.

В комнату просочилась Пейдж, и тут же накинулась на сестру:

— И чего ты добиваешься?

— Ничего я не добиваюсь, — раздраженно ответила ей Джил, она отрешенно водила пальцем по стене, и старательно делала безразличный вид.

— Ты должна с ним помириться, иначе у нас ничего не получится.

Джил промолчала.

— Что ты раскисла? Никогда тебя такой не видела. Соберись уже! Или тебе он не нужен?

— Не могу так. Он считает меня какой-то…

— Не считает уже, — отмахнулась Пейдж.

Джил обернулась, недоверчиво глядя на сестру. Только теперь она начала понимать, что Пейдж успела пообщаться с Нортоном. И что ее ушлая сестрица успела ему наплести?

— Что ты ему сказала?

— Правду. Как удачно тебя по башке стукнули, — неожиданно злорадно ухмыльнулась Пейдж. — Смотри, как быстро он прибежал! И ты еще сомневаешься, что он в тебя влюблен?

— Если бы кого-нибудь другого стукнули, он бы тоже прибежал.

— Он за тебя переживает. Могла бы, и помириться с ним, пользуясь моментом. Зря ты меня сейчас не слушаешь, потом пожалеешь, — наставительно произнесла сестра.

И Джил сдалась:

— Хорошо, я буду делать все, что ты скажешь.

— Вот и славно, — обрадовалась Пейдж, и с довольной улыбкой покинула комнату.

***

Шону не пришлось долго искать — Алекс Смит сам шел к нему в руки. Правда, с ним было еще трое парней, но Нортона это не смущало. Он не собирался драться. Бесполезно.

Не без удовольствия, Шон отметил, что физиономия Алекса разбита намного больше, чем его.

Смит его заметил и даже остановился на секунду. Видно было, что новой встречи он не жаждет. Но, оглянувшись на своих ребят, многообещающе ухмыльнулся и целенаправленно пошел к противнику.

— Поговорить надо, — сказал Шон, когда Алекс с ним поравнялся. Тот презрительно усмехнулся и кивнул своим приятелям, чтобы отошли в сторону.

— Ну, говори.

— Если ты не оставишь Джил в покое, я засажу тебя за героин.

— Какой героин? Где доказательства?

— Да мне плевать. Связей у меня хватит.

Алекс с сомнением смотрел на него, пытаясь понять, не блефует ли противник. И, судя по ухмыляющейся физиономии, не очень-то испугался угроз Шона. И тогда тот пустил в ход главный козырь:

— Слышал про Марка Селби?

Смит напрягся, даже поганая ухмылка сползла с лица.

— Ну?

— Так это мой зять.

После этого признания Алекс совсем погрустнел, и после непродолжительного раздумья, кинул:

— Да не нужна мне эта… — он предусмотрительно не закончил фразу и кивком головы указал на дом, в котором жила Джил. — Пользуйся. — Развернулся и пошел прочь. А Шон, вполне довольный результатом, поехал обратно в загородный дом.

Глава 32. Шонозаменитель

После отъезда Шона, за столом все только и обсуждали его странное поведение и синяк под глазом, недоумевая, что с ним произошло.

Энджи ни на секунду не поверила, что он налетел на дверной косяк. Неужели он подрался? Как-то