Смертник из рода Валевских. Книга 3 - Василий Михайлович Маханенко

Важны ресурсы. Тёмных не убивают, потому что они полезны. Знаешь, я не удивляюсь, если окажется, что Волна в разломе под академией была санкционирована на самой верхушке Крепости. Просто ради того, чтобы напомнить империи о важности Крепости и том, что с ней нужно считаться. И делиться.

— У меня нет ответов на твои вопросы, Макс, — Алия так и продолжила смотреть в точку под ногами. — Всё, что происходит со мной последние недели, кардинально отличается от того, к чему меня готовили. Я долго думала над твоими словами. По поводу тёмных, по поводу разломов, по поводу торговли. Когда становится сложно, гораздо проще закрыть глаза, спрятаться за привычными догматами и думать, что их придерживаются все люди. Но стоит открыть глаза, как реальный мир бьёт тебя в живот, выбивая дух. Мне не нравится всё то, что происходит с Крепостью. С людьми, что в ней находятся. Всё не так, как должно быть. Всё совершенно иначе. Порой меня посещает крамольная мысль, что я не хочу быть частью этой церкви. Она мне претит. И чем больше я нахожусь с тобой, тем чаще эти мысли возникают. Одно я знаю наверняка — пока я рядом с тобой, мы будем делать то, что должны. Уничтожать тёмных во всех их проявлениях. Как в виде тварей, так и в виде людей. Потому что Скрону нет места в нашем мире. Какое бы решение ты не принял относительно того, как поступать дальше, я останусь рядом с тобой и буду поддерживать во всём. Полагаю, настало время заканчивать наше путешествие в Кострище. Завтра, после встречи с герцогом Турбским, ты можешь отправляться в разлом. Макс, прошу тебя об одном — не стоит залезать в него выше восьмого уровня. Сейчас ты к этом просто не готов. Давай решать проблемы по мере их поступления.

— Ты останешься со мной даже если я откажусь сотрудничать с Крепостью? Откажусь быть их послушной собачкой на коротком поводке?

— Мы с тобой связаны до конца жизни одного из нас. Даже если ты станешь предводителем тёмным, да хоть самим Скроном, я останусь рядом. Потому что таково моё призвание. Таков мой путь.

(Кабинет верховного епископа. Турб. На следующее утро)

— Отец Ург, срочная новость из Кострища! Графиня Фарди покинула церковь!

Запыхавшийся гонец влетел в кабинет верховного епископа без стука. Такое право было даровано только в тех случаях, когда новость не терпела отлагательств.

— Нужны подробности, — произнёс отец Ург и посмотрел на других участников встречи. Отец Двар и отец Грон. Ближайшие соратники, с которыми отец Ург начинал свой путь в церкви ещё в юго-западном регионе. Гонец рассказал о произошедшей дуэли и её последствиях, а также передал письма Алии. Когда в кабинете вновь осталось три человека, отец Ург передал записку служительницы тёмных остальным.

— Тёмные курьеры, — задумчиво протянул отец Двар. — Одного этого достаточно для того, чтобы не допустить епископа Цвата до грядущих выборов. Считаю, что Макс выполнил свою задачу и настало моё время. Мне нужно навестить епископа Цвата с внеплановой проверкой. Причём лично, не позволяя тому подкупить моих братьев в Свете. Я, конечно, в них уверен, но порой даже скала может дрогнуть, если к ней найти правильный подход.

— Меня больше заботит другое, — произнёс отец Грон. — Поймёт ли Макс, каким образом выжила Фарди?

— Полагаю, Алия уже рассказала про «Аз» и то, каким образом он наносится, — ответил верховный епископ с неизменным ему спокойствием. — Не стоит торопиться, отец Двар. Полагаю, через несколько дней нас будут ждать интересные новости касательно епископа Цвата.

— Ты же понимаешь, что это отвернёт Макса от Крепости? — отец Грон явно нервничал. — Если он действительно является тем, кого ты в нём мечтаешь видеть, то вскоре он придёт за ответами. И нам вряд ли понравятся его вопросы.

— Я искренне надеюсь, что он поступит именно таким образом. И когда Макс явится с вопросами, в свои последние мгновения я буду ликовать, братья мои. Ликовать о том, что у этого мира всё ещё есть шанс выкарабкаться из той ямы дерьма, куда мы его с вами окунули.

— Алия пойдёт за ним, — предположил отец Двар. — Девочка слишком правильная, чтобы мириться с тем, что происходит вокруг её подопечного. Мы потеряем ценный источник информации.

— Главное, чтобы она осталась с Максом и служила ему точкой опоры. Даже если эта точка опоры больше нам не подчиняется. Если Макс хотя бы наполовину является тем, кого я в нём хочу видеть, в самое ближайшее время Крепость будут ждать непростые времена. Но я иду на это, прекрасно понимая, что потеряю всё, включая жизнь. Потому что только так мы сможем хоть как-то исправить всё то, что натворили от имени Света. Отец Двар, готовь бумагу, изобличающую епископа Цвата. Нужно показать другим претендентам на мой трон, что ввязываться в это мероприятие опасно для жизни.

Глава 14

— Присаживайтесь, — герцог Турбский указал на заранее приготовленные стулья. Дом, который занял граф Никитин, располагался неподалёку от гостиницы. Своего официального поместья у герцога в Кострище не было, так что ему пришлось обращаться к немногочисленным местным графьям. Таких в Кострище было всего двое — Беловы и Дурниковы. Собственно, у последних Никитин и остановился. Супруги Илья и Хелена, относительно молодые особы, радушно встретили главу региона, обеспечив ему и его свите достойное проживание. Гостеприимные хозяева даже съехали, чтобы не мешать своим присутствием графу Никитину.

— Скажу сразу — если вы откажетесь от моего предложения, последствий для вас никакихне будет, — произнёс герцог. — Однако прежде, чем вставать и уходить, хочу, чтобы вы выслушали меня до конца. Я могу на это рассчитывать?

— Вполне, — согласилась Алия, я же попробовал хотя бы приблизительно представить, о чём может идти речь. Что может заставить нас встать и уйти из кабинета руководителя региона? Нас, представителей Крепости? Только то, что может нарушать законы и принципы этой самой Крепости.

— Вы хотите закрыть разлом без согласования с Крепостью? — предположил я, на что получил удар ноги от Алии и пристальный взгляд герцога. — Поэтому вы явились в Кострищ? Чтобы лично оценить обстановку на месте и понять, насколько всё плохо?

Вместо ответа герцог подал знак и один из помощников разложил на столе, за которым мы