Империя господина Коровкина - Макс Гришин

вытащили ее с разгона на песчаный берег. Там ее уже подхватили Александр и Димон.

– Дадим, – ответил ему Александр. – И да, в этой «дыре», как ты подметил, никого кроме нас не заплывает. И еще – мы как-то стараемся это все-таки «дырой» не называть.

– А как называете?

– Поместьем.

Андрей прыснул со смеха. Тело его затряслось, от чего недопитая бутылка пива, которую он поставил на край лодки, скатилась вниз и сразу утонула среди камышей. Андрей не заметил этого и продолжал смеяться, схватившись обеими руками за живот. Видно было, что слово «поместье» сильно развеселило его.

– Поместье! Ну, блин, насмешили. Как в этом… в фильме каком-то про Пушкина там или кого-нибудь из этих старых перцев. Может у вас тут еще кареты всякие с лошадьми ездят? Типа иго-го там, да?!

На эту его реплику Александр не ответил ничего. Он молча подал руку Мише и тот, взяв ее, осторожно спустился на берег. Андрей приподнялся в лодке и так же протянул руку Александру, но Александр сделал вид, что не увидел ее и отвернулся.

– Ну и ладно, ну и сам спущусь, – тихо проговорил Андрей, но достаточно громко для того, чтобы его слышали, и без особых церемоний спрыгнул в воду. С каким-то напущенным обиженным видом, впрочем, не совсем ровно, он прошел мимо Александра и двинулся прямо к стоявшим вдоль берега кустам, уже прямо по дороге начиная проводить какие-то манипуляции с бляхой ремня.

– Какой красавчик, а? – Александр покачал головой и отвернулся от трясущихся кустов, из-за которых начало доноситься журчание.

– Да, охота в этом году будет интересной, – улыбнулась ему в ответ Диана.

Первое впечатление Андрея об острове изменилось у него уже через несколько минут после того, как нога его вступила на его заросший берег. По началу ему казалось, что остров необитаем, что лишь время от времени сюда приплывали какие-то рыбаки для того, чтобы «пожрать водки». Он сильно удивился и не смог скрыть своего удивления, когда минут через десять ходьбы по еле заметной тропе вглубь леса, они вышли к небольшой поляне, на краю которой, под вековыми деревьями, стоял большой двухэтажный дом.

– Твою же м-а-ать! Вот это да! Поместье! Реально поместье, начальник! – рюкзак упал с плеч Андрея на траву и он, открыв от удивления рот, прошел чуть вперед. – Это ж… тут прямо дом целый, прямо коттедж! Блин, ну вы бы сказали… а я-то дурак, спальный мешок купил вчера. Блин, только бабки потратил зря!

– Я говорила тебе про это, просто иногда ты не умеешь слушать, – как-то тихо и без особого энтузиазма в голосе, сказала ему Диана.

– Да, я на это тоже обратил внимание, – саркастически заметил Александр. Но Андрей не обращал внимание на эти тонкие упреки в свой адрес.

– Сколько ему лет? Пятьдесят, наверное?

– Больше ста. В свое время это было дачей одной дворянской семьи… Теперь ты понимаешь, почему мы называем его «поместьем»?

– Сто лет? Сто, мать его, лет?! – взгляд Андрея бегал по почерневшим от времени, но всё еще крепким стенам, по потускневшим стеклам, по каким-то полусгнившим резным вензелям под самой кровлей. – И ведь стоит еще всё и не разваливается!

– Да, раньше дома строили на совесть.

– А тут электричество есть или вы как эти древние дворяне лучины жжете?

– Есть. От дизельных генераторов.

– А вода?

– За домом находится колодец, в нем насос.

– А приведения здесь живут, интересно?

– Местные, – и здесь Александр как-то странно переглянулся с Дианой, – считают, что да.

– Господа, господа! – взмолился, наконец, Миша. – Я с утра ничего не ел. У меня вот тут уже прямо всё раздирает от голода! А вы о каких-то вещах непонятных! Время поговорить у вас еще будет! Может все-таки поедим?

– Пошли! – Вася подал Андрею рюкзак, который он бросил на траву. – Чувствуй себя как дома!

– Братан, видел бы ты мой дом, ты б так не говорил, – засмеялся Андрей, – а сколько этот ваш замок стоит-то?

– Он не продается, – ответил Александр.

– Ну а если выставить на продажу?

– Ни сколько.

– Почему?

– Потому, что он не продается!

– Ну и зря, начальник. Поднял бы бабла нормально!

Пока остальная семья занималась переносом вещей в дом, Диана решила провести для Андрея небольшую экскурсию по его внутренним помещениям, и здесь, точно так же как и снаружи, дом произвел на гостя сильнейшее впечатление. Он не мог скрыть свои эмоции и по всему дому разносились его громкие и не всегда приличные комментарии. Просторные коридоры, высокие окна, со всеми сохранившимися стеклами, потускневшие от времени, но всё еще целые обои. В каждом движении, в каждом скрипе доски под ногами, в каждом свисте ветра, который доносился откуда-то с чердака или, наоборот, из подвала, чувствовалась жизнь, будто это был не бездушный объект из старых бревен и досок, а какой-то живой организм, наделенный своими чувствами, сознанием и даже характером. Всё это, усиленное в разы выпитым пивом, создавало в Андрее какое-то ощущение жути и одновременно восторга, которым он не стеснялся делиться со своей подругой. В его представлении это было действительно «гребанное, мать его за ногу, поместье!»

– Здесь столовая, – они прошли по просторному, погруженному в полумрак коридору до конца. Коридор оканчивался дверью, которую Диана толкнула. Дверь заскрипела, обнажая за собой просторную комнату, посередине которой стоял большой, накрытый светлой скатертью, стол. Пыль, которую подняла в воздух открывшаяся дверь, взлетела вверх и в лучах солнца, пробивавшегося сквозь потускневшие от времени стекла, крохотными огоньками начала кружить перед лицом входивших. Диана чихнула. – Извини… Много пыли. Здесь не появлялся никто целый год. Они вчетвером приехали сюда два дня назад. Все эти два дня они убирались и наводили чистоту. Можешь представить, что тут было до этого?

– Грязь и говно, думаю. А что это за чувак? – Андрей заметил на стене большую черно-белую фотографию и ткнул в нее пальцем.

– Это мой дед. А это – прабабушка, – Диана показала Андрею на противоположную стену, где висела таких же размеров фотография молодой женщины.

– Ничё такая, симпатичная, – Андрей осторожно прошел вперед, рукой проводя по старому комоду. На пальцах остался слой пыли. – На этом острове, вообще, бывают люди? – спросил он, рассматривая резной покосившийся стул, который стоял рядом с комодом.

– Только свои.

– И вы сюда только раз в год приезжаете?

– Да.

– Зачем?

– На охоту.

– Послушай, – Андрей прошел через гостиную и остановился у двери, которая вела дальше. – Батон твой. Мне кажется, я ему не очень понравился. Ну… в плане типа как парень твой, а не как там мужик… Ну… ты понимаешь, да?

«Как ты