Вторая жизнь сироты - Лисий Хвост

действительно, он способный малый, и в будущем сможет стать достойным шиноби. Мы поможем ему. Ты и я. Оплатим ему тренировки. Жить он останется у нас. Ты даже сможешь иногда давать ему советы и консультации. В твоей жизни ничего не изменится, но зато у нашего клана разом исчезнут все проблемы.

- Которые появятся вновь, едва этим ками проклятым выродкам что-то потребуется!

- Сенджу дают слово. Как только ты отказываешься от него – они прекращают все действия против нас и не начнут до тех пор, пока мы не начнём работать против них.

- Послушай меня, брат. Им нельзя верить. Ты же понимаешь в чём тут дело? Это просто месть этой подлой дряни. Ничем не прикрытый шантаж. Нам нельзя поддаваться. Она не остановится. Да, раз они дадут слово, значит, оставят нас в покое. А их друзья? Когда нам ждать следующих "честных торговцев", без мона Сенджу, но с новыми требованиями?

- Этого не произойдёт, - уверенно отрубил он.

- И почему же, позволь спросить? - ядовито поинтересовалась Хокона.

- А у тебя больше ничего нет, - обезоруживающе развёл руками Нобору, - они нашли твоё единственное слабое место и ударили. Но сделать больше – попросту не в их силах.

- Послушай меня. Поддашься на их угрозы и потеряешь честь. Тебя не поймут. Ни наши партнёры, ни даже соклановцы. Это всего-навсего блеф. Нужно просто подождать и они, не видя результата, отступят.

- Ты, наверное, думаешь, они устанут? Или им надоест? Они богаче нас в сотни и тысячи раз! И могут разорить с десяток малых кланов разом и не заметить траты.

- Услышь меня. Они идут по лезвию ножа. Сейчас ситуация выглядит так, будто они просто выражают нам своё недовольство. Но с каждым днём им будет всё труднее объяснять это другим кланам. Чтобы они там о себе не думали – Коноха состоит не только из Сенджу. Если они перейдут черту – им тут же дадут по рукам. Учиха ни за что не упустят такой случай. Хьюга, которые спят и видят, как бы влезть на самую вершину, будут тут как тут. Молчащие сейчас из страха другие кланы вроде нашего тут же поднимут вой. Они отступят, Нобору, и в самом скором времени.

- И всё-то ты знаешь, - протянул Нобору, недовольно глядя на сестру, - и всегда у тебя есть ответ. Единственно верный, разумеется. А ты знаешь, что если такая ситуация продлится еще хотя бы неделю, то клан придётся распускать? Даже не потому, что мы терпим значительные убытки, нет. Какое-то время мы можем обеспечивать людей и покрывать расходы. Дело в людях, сестра. Они видят, что на нас обрушился гнев Сенджу и он не проходит. А ведь они герои. В глазах простых людей - у каждого из них, чтоб их Шинигами подрал, от святости и благочестия крылья за спиной. А мы, значит, кто? Много о себе возомнившие? В связи с твоей нынешней популярностью? Ну, об этом судачили первые пару дней. А может, чем-то провинившиеся? Это обсуждают сейчас. А что завтра? Может, скрытые враги? Мы терпим страшные репутационные потери, Хокона. Ещё немного, и люди от нас начнут просто уходить.

- Долго просуществует клан, глава которого прогибается под чьи-то требования, а его сестра добровольно бросает ученика? Да и нужен ли кому-то такой клан?

- Следи за языком!

- Что, правда глаза режет? Забудь ты на минуту о своих страхах и подумай холодной головой. Как только ты предашь своего – у тебя больше нет ни семьи, ни друзей. Только люди, которые нервно озираются вокруг и гадают, кто будет следующим. И в том маловероятном случае, если они не разбегутся, то ты, брат мой, однажды проснёшься с кунаём в спине. Потому что никто не поверит предателю.

- Не надо пустой демагогии, не надо. Я знаю, насколько хорошо ты умеешь играть словами. Но здесь нет аудитории. Зато есть интересы клана. И они требуют от тебя, - он выдели голосом "требуют", - подчиниться. Ни о каком предательстве и речи не идёт. Ведь он – не Тачи. А ты не куноичи. У вас не было никаких особых отношений – вот и всё, что мы скажем, если кто-то поинтересуется. Но готов спорить, что ни до тебя, что бы ты там о себе не мнила, ни, тем более, до пацана никому дела не будет.

- Ты и сам в это не веришь. Врёшь в глаза, а сам не веришь. Очень зря, кстати. Я неоднократно говорила тебе, что если хочешь кого-то в чём-то убедить – начни с себя. Но послушай меня. Я её знаю. И сразу могу тебе сказать, что будет дальше.

- Любопытно послушать, - скрестил руки на груди вновь усевшийся Нобору.

- Неужели ты всерьёз думаешь, что она остановится? Она мстит. Мстит за крах своего плана. За то, что я, вопреки всему, живу дальше. За мои успехи. За то, что обо мне вновь говорят. И, само собой, за так и не изжитый страх проиграть мне. И здесь нет места полумерам. Тока пойдёт до конца и не успокоится, пока полностью меня не уничтожит. Если я откажусь от Арина, он и недели тут не проживёт. Уж поверь, найдут способ его забрать. Что с ним будет – не знаю. Может, просто отправят в какой-нибудь приют похуже, а может, возьмут к себе и правильно воспитают. Чем плохо сделать верного слугу из ученика врага? А вся эта история с моим от него отказом, совершенно случайно станет достоянием всей деревни, надёжно хороня мою репутацию. Мне останется только уйти в нукенины и ждать, когда же придут за моей головой.

- Мне озвучили и второй вариант, - глухо проговорил Нобору.

-И я думаю, что он тоже меня не порадует, - глядя на осунувшегося брата пробормотала Хокона.

Глава 28

Внутри изакаи с говорящим названием «Зоркая хоо» было не протолкнуться. Все места были заняты, по углам кучковались группки тех, кому не хватило стульев и столов, и лишь в центре было относительно свободное пространство, по которому туда-сюда сновали подавальщицы.

- Кампай!

Чашки, наполненные до краёв сакэ, взметнулись в воздух и с нестройным стуком опустились на столы пустыми. И далеко не в первый раз. Несмотря на позднее время, веселье и не думало стихать. Хьюга, а подавляющее большинство присутствующих относилось именно к этому клану, были не