Сталин. Красный монарх - Александр Бушков

Аналогичная картина – в Польше. Юзеф Пилсудский, будущий маршал, создавал свои легионы при серьезной немецкой, австрийской и даже японской финансовой помощи. Однако ни одна означенная нация выгоды от подобных капиталовложений не получила. Пилсудский, насколько ему удавалось, удерживал свои легионы от ведения военных действий на стороне Германии – за что немцы в конце концов, разобравшись, что их дурят, засадили его в тюрьму в Мариенбурге. Но тут случилась революция в Германии. Хорошо вооруженные и экипированные легионы в одночасье окружили и разоружили немецкие части, отобрали все военное имущество вплоть до последней полевой кухни и велели скорым шагом убираться «нах фатерланд». Пилсудский получил независимое польское государство, а немцы вкупе с остальными компаньонами по инвестициям в Пилсудского – шиш с маслом.

Проделайте эксперимент, если не боитесь получить по шее. Поезжайте в Польшу, выйдите в людное место к одному из памятников Пилсудскому и начните орать, что Пилсудский – изменник и немецкий шпион. Кому любопытно, как это будет по-польски, извольте: «Маршалек Пилсудски – здрайца и шпиг немецки!» Но предупреждаю по-дружески: не увлекайтесь, крикнете разок – и ноги в руки, иначе так накостыляют…

Генералу Франко немцы передали уйму военной техники и денег, помогали войсками. А кончилось все тем, что Франко, придя к власти, преспокойно укреплял государство, и не подумав ввязываться в тевтонские авантюры, как его к этому ни склоняли. Отделался посылкой на Восточный фронт одной-единственной дивизии – и благополучно Гитлера пережил чуть ли не на сорок лет, оставаясь у власти. А что получили немцы, вкладывая денежки в индийца Субха Чандра Боса, в афганских племенных вождей и в арабских шейхов? Всю ту же фигу с маслом.

Создается впечатление, что германцев использовали в качестве дойной коровы все, кому не лень. Всякий, кто хотел где-нибудь устроить революцию, колонизаторов свергнуть, прийти к власти, не особенно и раздумывая, брал под мышку немаленький пустой мешок и говорил соратникам:

– Пошли к немцам. Эти дадут…

И ведь давали, колбасники! Всем и каждому, направо и налево. И выгоды от этого чудовищного по масштабам перевода денег не получили ни на копеечку!

По большому счету Ленин поступил с немцами гениальнейше. Кинул их грандиознейше. Сколько бы там большевики ни отправили в Германию по Брестскому миру «яйца, млека, сала», сколько бы денег ни переслали, это была не более чем тактическая уступка, проигрыш пешки за ферзя. Потому что в самом скором времени уже в Германии под вдумчивым большевистским руководством грянула революция. И то, что большевики ее в конце концов проиграли, – не более чем историческая случайность. Могли ведь и выиграть. Серьезно, могли. Вот и получается, что Ленин с компанией не были ни «шпионами», ни «агентами». Они просто-напросто на германские деньги прикупили хороший острый колун, которым чуть погодя и ахнули по башке саму же Германию – как пишут в милицейских протоколах, с заранее обдуманным намерением…

Вот вам и вся правда о «германском золоте». Характерно, что меньшевик Церетели это понимал еще в семнадцатом году лучше иных сегодняшних критиканов. Так и писал: «Чтобы воспользоваться услугами германского правительства для проезда в революционную Россию, Ленин не имел никакой надобности принимать на себя обязательство сотрудничества с германским штабом. Он хорошо знал мотивы, диктовавшие германскому штабу действия, направленные к облегчению возвращения в Россию эмигрантов-пораженцев, работа которых, по мнению этого штаба, могла только дезорганизовать военные силы России. И он открыто использовал расчеты внешнего врага, считая и заявляя, что более верными окажутся его собственные расчеты, согласно которым большевистская организация в России послужит стимулом аналогичной революции в самой Германии и других воюющих странах и приведет к поражению в этих странах установленного порядка и к социальной революции».

Так оно и оказалось. Всех своих целей Ленин не добился, но это уж дело случая… По крайней мере, он всерьез рассчитывал, что отправленное им немцам по Брестскому миру золото потом к большевикам же и вернется.

А вот государь император и Временное правительство из-за того, что не смогли наладить собственного производства оружия и боеприпасов, отправили за границу в качестве уплаты тамошним заводчикам фантастические суммы, не идущие ни в какое сравнение с выплатами большевиками Германии. С октября 1914 по октябрь 1917 Николай и Керенский ухнули в уплату за иностранное оружие 2 миллиарда 505 миллионов 100 тысяч рублей золотом. Две трети всего золотовалютного запаса России. Посчитайте сами. Точный вес золотой царской десятки – 7,74 грамма. Уши в трубочку не сворачиваются?

2. Имена агентов не доверены бумаге…

В какой бы стране ни происходило дело, едва речь заходит о взаимодействии революционеров и тайной полиции, следует вспомнить классическую фразу Бабеля: «Никто не знает, где кончается Беня и где начинается полиция». Всегда и везде подполье инфильтровано агентами полиции до крайней степени – а это ведет к разнообразнейшим причудливым комбинациям, которые ни за что не укладываются в примитивные штампы «стукач-куратор». В России это правило тоже работало в полную силу. Сплошь и рядом просто невозможно распутать сложнейшие переплетения, связывавшие разномастных революционеров и органы политического сыска. Классический пример – убийство Столыпина агентом охранного отделения. Можно сколько угодно «качать на косвенных», предполагать, что стремление левых устранить премьера совпало с точно такими же желаниями придворных кругов, – но точного знания не будет. Та же ситуация и с Азефом, который организовал массу терактов под отеческим надзором охранного отделения, вплоть до убийства великого князя Сергея, – то ли его руками кто-то из сановников втихую убирал врагов и конкурентов (как это утверждала молва насчет Витте и Плеве), то ли считалось, что высокое положение агента в партии искупает весь причиненный им империи вред, то ли все вместе…

Это ведь только кажется, что спецслужба, завербовав себе среди верхушки той или иной партии агента, остается в выигрыше, качая информацию. На самом деле еще неизвестно, кто выигрывает больше. Того же Азефа его кураторы не могли ни приструнить, ни остановить. Чтобы сохранять высокое положение в боевой организации эсеров, он обязан был совершать успешные теракты против тех, кто его кураторами как раз и руководил из министерских кресел… Кстати, по авторитетному свидетельству жандармского генерала Спиридовича, Азеф сплошь и рядом «засвечивал» перед революционерами других секретных сотрудников, внедряемых в ряды эсеров – из соображений конкуренции, чтобы подольше оставаться незаменимым. С разоблаченными агентами эсеры не церемонились. Охранное отделение вынуждено было, стиснувши зубы, хоронить провалившихся и терпеть…