...Не повод для знакомства - Татьяна Туринская

Да, самая большая мечта Влада была о разводе. Правда, Тамара неоднократно заявляла, что не хочет за него замуж, но в эти сказки он не верил: быть такого не может! Все женщины непременно мечтают о замужестве. А уж мать-одиночка и подавно. Тем более, если эта мать — Тамара, а мужчина, предлагающий руку и сердце — Влад. Так что не в Тамарином нежелании загвоздка, а в том, что он решительно не может никоим образом развестись с Любашей. НЕЛЬЗЯ. И точка.

Ему даже хватило наглости заговорить о разводе с отцом. Разговор оказался более чем короткий:

— Только попробуй, я тебе собственными руками яйца пообрываю и сожрать заставлю. Ты что, маленький, не понимаешь, что для того, чтобы трахать бабу, необязательно на ней жениться? Вот и трахайся, сколько угодно, на стороне, а о разводе и думать не смей. Что тебе, козел, баб бесплатных мало? Так иди к платным, они профессионалки, обслужат по высшему разряду. Или денег на б…ей не хватает, так не стесняйся, я подкину…

Не помогли даже Владовы уверения, что Любаша ему изменяет:

— А раз изменяет — ты сам и виноват. Ты что, импотент, что ли, не можешь бабу свою вытрахать, как положено, чтобы она налево не бегала да отцу не жаловалась? Слабак…

Объяснять отцу, что для удовлетворения ненасытной Любки недостаточно даже его огромного Монстра и немалого опыта в делах постельных, Влад не стал. Собственно, доказательств Любкиной неверности у него не было. Зато была уверенность. Достаточно было иной раз взглянуть на ее довольную рожу, когда она возвращалась в очередной раз "от подруги". Влад даже не пытался выяснить, что это за "подруга". Собственно, неверность супруги его не особенно огорчала. Пожалуй, он даже рад был бы передать свои супружеские обязанности какому-нибудь "подругу". Но бесила ее откровенно довольная физиономия (так и хотелось сказать ей: съешь лимон, дура, не выставляй удовольствие на всеобщее обозрение!") и еще более беспокоила вероятность подхватить от сучки какую-нибудь заразу.

Любка по-прежнему не работала, сидела дома со своим университетским дипломом. Каждое лето на три месяца уезжала к бабке в Москву да на юга. Первые годы непременно тащила за собой Влада, позже поостыла немного, поняла, что совместный отпуск — потерянный отпуск.

Однажды из очередной поездки вернулась беременная. Сказала, что забеременела еще до отъезда, да как проверишь? Родила девочку в самом конце марта то ли десятимесячную, то ли переношенную больше трех недель. Влад не медик, в таких тонкостях не разбирается, но с тех пор его терзали смутные сомнения.

Любка после родов раздалась, теперь фигура еще больше стала напоминать грушу: огромная задница на коротеньких ножках, с довольно объемной талией и небольшой обвислой грудью. И без того одутловатое лицо словно отекло, подбородок провис — не поймешь, где первый, где второй, где третий… Вдобавок все это необъятное "сокровище" было щедро усыпано крупными яркими веснушками… Брр, а ведь Владу приходилось не только терпеть это безобразие рядом с собой, но еще и "трудиться над телом" по нескольку раз в день!

Любаша ему обрыдла настолько, что не радовало даже продвижение по служебной лестнице. Подумаешь, самый молодой начальник отдела внешнеэкономических отношений за все время существования их Управления! Эка невидаль! Да за то, что он на протяжении вот уже почти восьми лет терпит рядом с собой эту образину, он должен быть уже, как минимум, премьер-министром! А вообще он с огромным удовольствием отказался бы и от карьеры, и от материальных благ, лишь бы только развестись с Любкой. Конечно, он уже привык к служебной машине с водителем, к личной Ниссан-Патрол, к шикарной четырехкомнатной квартире с соответствующей обстановкой. Но уж слишком высока цена за эти блага!

Вот если бы он все же развелся и потерял все перечисленные блага, смог бы он прожить без всего этого? Он пытался честно ответить себе на этот вопрос. Конечно, это было бы нелегко. Но в принципе… Вполне возможно, что через некоторое время он встал бы на ноги. За годы работы в управлении было приобретено немало связей с нужными людьми и, пожалуй, долго сидеть без работы ему бы не пришлось. Естественно, предлагать ему маленькую зарплату никому бы и в голову не пришло, а с приемлемой для него он запросто снял бы квартирку на первых порах, потом купил бы пусть не такую шикарную, как эта, но лучше жить в скромной двушке с любимой женщиной, чем в хоромах с ненавистной Квазимордой!

Да, пожалуй, он выстоял бы без помощи тестя и родного отца. Но разве можно ослушаться отцовского приказа? Отец сказал: нет! — значит нет… А как хочется, как хочется послать эту сучку подальше вместе с ее приблудным ребенком!

Ребенок… Это его больная тема. Влад — отец двоих детей. Сыну Юре от любимой женщины почти шесть лет. Дочери Маше от постылой законной жены — три года. Но, странное дело, в нем до сих пор не проснулись отцовские чувства. Больше того, Влад ненавидел всех детей, и свои собственные так и не стали исключением. Пожалуй, сына он мог бы полюбить, если бы жил вместе с ним и, конечно, с его матерью. Но в нынешних условиях Юра ему только мешал встречаться с Тамарой. Влада раздражало, что она каждую минуту думала о ребенке, каждую их будущую встречу рассматривала лишь с точки зрения "не помешает ли это каким либо образом Юрочке". То он болеет и ей не до Владовых прихотей — "потерпишь несколько дней, не подохнешь!", то его нужно вести в поликлинику на прививку, то забрать из садика, то купить ему ботиночки… Все ее мысли были заняты только сыном. А как же Влад?! А кто же будет его ласкать, услаждать, говорить ласковые слова? Но нет — Мавр сделал свое дело, Мавр может уходить… Сделал ребенка — спасибо, Вы свободны! Пожалуй, полюбить сына ему не давала ревность. Да, кроме того, трудно любить того, кого лишь несколько раз видел издали…

Зато Маша жила вместе с ним — люби не хочу! Но вместо любви во Владе жило нечто вроде брезгливости: от кого этот приплод? Его ли это создание или залетного кобеля? Девочка получилась белокожая и светловолосая, но скорее не светло-русая, как папа, а блёкло-рыжая, как мама. Уже одно это обстоятельство могло заставить Влада перенести всю ненависть к матери на ее ребенка. А тут еще постоянные раздумья — бывают ли десятимесячные дети?.. Влад пытался поверить, что бывают, но изнутри что-то словно толкало — да полноте, ты в своем уме, какие такие десятимесячные дети? это же чистый приблудыш!

Накануне Юриного дня рождения Влад позвонил Тамаре, чтобы договориться о встрече на следующий день. Что ни говори, а день рождения незаконнорожденного сына — замечательный повод подкатиться к его мамаше! Немудреный подарок уже лежал в машине. Но его многообещающим планам не суждено было исполниться. Уж больно крутые завернулись события.