Семинарист - Протоиерей Александр (Акулов)

Петя не отставал и уже не мог дождаться, когда они уедут из монастыря. Его охватил какой-то панический страх, какого не было даже при серьёзных «разборках», когда на кону стояла его собственная жизнь. И уже перед самыми монастырскими воротами Петя вдруг повернулся и тут же увидел Святошу, стоящего неподалёку от входа в храм. Он был не один, а разговаривал с какой-то монашкой и отцом Андреем. Буквально через минуту священник откланялся своим собеседникам и, благословив матушку и Святошу, пошёл к своей машине, а те двое так и остались на месте. Петя заметил, как Святоша вытирал слёзы платком и что-то очень быстро говорил монашке. Он не мог слышать, как Святоша скороговоркой произносил слова извинения и просил прощение за всё, что было в их жизни. Матушка только и успевала повторять: «Бог простит и я. Бог простит и я…». Наконец они обнялись, и Петру почему-то стало стыдно смотреть в их сторону. А когда он опять повернулся, там уже никого не было. Он начал глазами искать их по всей монастырской площади, но никого, кроме нескольких прихожан, он так и не увидел.

Татьяна внимательно наблюдала за Петром и решила всё-таки спросить:

– Вы кого-то ищете, Пётр?

– Да нет. Так, показалось, что увидел знакомого. Простите, – извинился Петя, приходя в себя и подумывая, что, может быть, ему всё это случайно показалось.

– Ну что, поехали в город, – предложила Татьяна, пересекая границу монастыря.

– Да, конечно, – согласился Пётр. – Только я на минуту. Простите, а туалет здесь где?

– А вон в том здании, на первом этаже справа, – ответила Татьяна, показывая рукой куда нужно идти.

Пётр пошёл в нужном направлении, но думал лишь об одном: надо обязательно кого-нибудь встретить из местных жителей, чтобы расспросить о Святоше. И тут вдруг он увидел молодую монахиню с какими-то тяжёлыми сумками в руках, которая сейчас как раз шла навстречу Петру, а ещё несколько минут назад здоровалась со Святошей и его спутницей. «Значит, бывают чудеса, раз происходят такие нужные встречи», подумал Пётр, останавливаясь перед ней.

– Матушка, простите, давайте я вам помогу, – с улыбкой предложил Пётр, показывая, что он готов забрать сумки.

– Да, конечно, если вам не сложно. Здесь недалеко, – обрадовалась матушка, освобождаясь от груза.

– А не могли бы вы мне подсказать, с кем это стоял мой друг Игорь вон там минут пять назад, – вдруг вспомнил имя Святоши Пётр и показал кивком головы в сторону церкви.

– Вы, наверное, имеете в виду матушку Анастасию и её бывшего мужа? – сразу ответила монашка, даже не догадываясь о том, что она сейчас натворила.

– Здорово! – от волнения Петя чуть не выронил сумки из рук. – А я и не знал, что они были мужем и женой. Друг называется. Всё скрывал.

– Да мы сами об этом совсем недавно узнали, – поддерживала разговор матушка, показывая, куда нужно идти. – Говорят, что он долго в больнице лежал. Вроде память потерял…

– Всякое бывает, – уже практически не слушал Пётр матушку, желая лишь быстрее вернуться к Татьяне.

– Вот мы уже и пришли, – радостно сообщила монашка, показывая на строение, у которого они остановились. – История очень интересная. Через столько лет разлуки встретились в нашем монастыре. Слава Богу за всё!

– Да уж, детектив, – по-своему оценил ситуацию Пётр, оставляя сумки возле двери. Заходить он не стал, а лишь помахал рукой матушке, даже забыв поблагодарить доверчивую сестру.

Он был поражён этой откровенной новостью и уже точно сейчас не знал, что будет дальше делать. Особенно ему понравилась версия о продолжительной болезни Святоши с потерей памяти и его чудесного выздоровления. Кто это придумал? Эх, дорогие матушки, знали бы вы, кем был ваш Игорь ещё пару недель назад! Но при этом Петя совсем растерялся. Святоша только сейчас встретился со своей бывшей женой, скорее всего, искренне захотел начать новую жизнь, а тут Петя со своим долбанным открытием. Идиот! Куда ты, Петруха, в очередной раз вляпался по самые уши? Может сказать, что это был не Святоша и он просто ошибся, обознался, с кем не бывает. Да кто ему уже поверит? Всё, поезд ушёл, и задняя передача вышла из строя. Значит, надо ехать к Ментолу и довести дело до конца, чтобы получить обещанные деньги.

По дороге Петя объяснил Татьяне, что его срочно вызвали на работу, и они договорились встретиться во вторник или среду и вместе поужинать. А уже через час он сидел в кабинете Ментола и рассказывал, как нашёл Святошу.

–Ты уверен, что это именно он? – не веря в такую удачу, ещё и ещё раз переспрашивал Ментол растерянного Кирпича.

– Да он это. Точно, – как на допросе отвечал Кирпич, уже забыв про жалость к своему бывшему шефу.

– И говоришь, что он там встретил свою бывшую жену? – ещё больше радовался Ментол, наливая себе и Кирпичу по большой порции коньяка.

– Так сказала одна монашка, но я точно не знаю, – оправдывался Кирпич, чувствуя какой-то подвох в вопросе Ментола.

– Ну, тогда всё просто, – уверенно произнёс Ментол, громко чокаясь бокалами. – Ты возвращаешься в монастырь и забираешь монашку в качестве заложницы. Потом ты сообщаешь лично Святоше, что она у нас и что мы её вернём, когда получим деньги за товар в двойном размере, и пусть дальше делает, что хочет. Хоть в монастырь идёт…

– А почему это я? – возмутился Кирпич, от неожиданности разливая коньяк себе на брюки.

– Хочешь денег получить, доведи дело до конца, – строго сказал Ментол, разливая очередные порции спиртного. Кирпич пить не стал, не попрощавшись и громко матерясь вышел на улицу, чтобы не наделать глупостей.

Кирпич не мог уснуть всю ночь. Он понял, что натворил, но пути назад точно уже не было. Он никак не ожидал, что именно ему придётся брать в заложницы бывшую жену Святоши, да ещё и монахиню. А на что был способен Святоша в гневе, Петя знал лучше других. Так зачем так рисковать? Ведь проще было Ментолу просто приехать в монастырь и разобраться со Святошей один на один. Но ситуация для Пети сложилась – хуже не придумаешь.

Перед глазами Кирпича всё время стояла икона «Нечаянная радость» и тот бандит, стоящий на коленях. Как сейчас он был похож на него! Он ведь приехал на службу помолиться с Татьяной Богу, чтобы получить благословение на дальнейший их союз, а здесь такое закрутилось, что не описать обычными словами. Из-за денег он решил предать своего бывшего шефа. Разве он этого ожидал, когда ехал в монастырь? Пётр пытался отогнать эти мысли, чтобы сосредоточиться на плане похищения, но ничего не получалось. Очень болела голова, и ныло сердце. Руки чесались, чтобы позвонить Татьяне и обо всем ей рассказать. Но тогда всё рухнет до основания, и