Система становления. Путь монарха - Джон Демидов

Мой «Ментальный шип» хорош для точечных ударов, но совершенно не годится для зачистки волн. С помощью призывов я удержу первую, ну максимум — вторую атаку, а потом меня просто сомнут, и даже если я буду отступать, эти катакомбы — идеальное место для того, чтобы меня загнали в тупик и разорвали.

Я всегда отличался некоторым прагматизмом, а потому романтика геройской смерти в одиночку против полчищ монстров меня никогда не прельщала. Моя главная цель — это выжить, и получить больше силы, а умирать, даже с перспективой получения фантастического лута, — это очень тупо, особенно, когда система предлагает другой путь, а потому нужно действительно прекращать тупить и поскорей найти помощь.

Система упоминала королевских охранителей, и я решил воспользоваться этой подсказкой. Если верить системе — они были обязаны реагировать на подобные вещи, и если я смогу каким-то образом остаться с ними, то после того, как они устроят бойню, я смогу развеять вторгнувшихся тварей, получив то, что мне причитается по праву, без опасности быть сожранным какой-нибудь мерзкой тварюшкой.

Чем больше я думал об этом варианте, тем больше он мне нравился. Риск — минимальный, выгода — просто потрясает воображение, а бонусом к этому всему будет то, что своевременное сообщение об опасности просто обязано повысить мой статус в глазах местных властей, и они будут воспринимать меня не как какого-то мутного двухкольцового, а как бдительного гражданина, предотвратившего катастрофу.

Буквально за несколько секунд я принял решение, после чего сразу же послал мысленный приказ для лиса и крушителя, отзывающий их из реального мира, поскольку сейчас они будут только мешаться… Скелета я отзывать не стал, и поступил я так не потому, что опасался чьего-то нападения, а потому, что сейчас мне предстояло реализовать в жизнь одну совершенно безумную затею…

Криво ухмыльнувшись, я повернулся к нему, и стараясь не думать о том, что будет, если нас кто-то увидит, отдал ему очень необычный приказ:

— Подними меня, и беги к выходу что есть сил, не отвлекаясь ни на какие раздражители.

Скелет, услышав такой приказ, повернул ко мне свой череп и задумчиво уставил я своими фиолетовыми глазищами. Я уже начал думать, что моя затея провалилась и это невозможно, как вдруг мечи в его руках потекли, превращаясь в чёрный дым и влились обратно в руки, а потом он сделал длинный шаг в мою сторону и я почувствовал как холодные костяшки обхватили меня, и в следующее мгновение пространство вокруг нас резко смазалось.

Стороннему человеку могло показаться, что это было телепортацией, но нет… Это был бег, но это был такой бег, от которого захватывало дух и стучало в висках. Скелет нёсся по катакомбам отталкиваясь не только от пола, но и от любой удобной поверхности. Временами он вытворял настолько умопомрачительные финты, что я был в святой уверенности, что инерция на него не влияет.

Я вжался в его объятия, и старался особо не смотреть по сторонам, потому что укачивало при таком методе передвижения просто не передать словами как. Чтобы хоть немного облегчить своё состояние я сосредоточился на таймере, цифры которого стремительно менялись в сторону уменьшения: 00:01:15… 00:01:10…

Скелет очень ответственно отнёсся к моему поручения и мчался так, будто за ним гнались все черти из преисподней, что было недалеко от истины.

00:00:30… Впереди показалась знакомая крутая лестница наверх, и я сразу же тормознул своего скакуна, потому что был совсем не заинтересован, чтобы его видели посторонние. Пока мой приказ дошёл до сознания скелета он уже промчался большую часть лестницы, и поставил меня на ноги практически на самом её верху.

00:00:05… Я выскочил на поверхность, стараясь не обращать внимания на то, как плывёт окружающий мир перед моими глазами, и в этот же момент таймер сменился на зловещие шесть нулей, а значит прорыв уже начался…

Времени у меня больше не было. Я судорожно огляделся по сторонам, и как на зло — площадь около входа в катакомбы была пуста. Ни патрулей, ни случайных прохожих… Только гробовая тишина, которую вот-вот должны были разорвать звуки неминуемой бойни.

Я понятия не имел о том, как вызвать стражу, но паники по этому поводу не испытывал. Если этого не знаю я, значит нужен кто-то местный, кто знает здешние порядки лучше меня.

Оглядевшись по сторонам, я рванул к ближайшей двери, над которой болталась вывеска с изображением скрещённого молота и ключа. Ворвавшись внутрь, дверь с треском распахнулась от моего удара, и я практически сразу осознал, что это лавка старьёвщика,

Внутри, за прилавком, заваленным хламом всех мастей, сидел гном с хитрыми глазами и татуировкой на лысине. Он как раз убирал в сторону кружку с чем-то дымящимся и начинал говорить какое-то приветствие, но мне было не до светских любезностей:

— Как вызвать стражу⁈ Быстрее! — выпалил я, подскакивая к гному, на что он уставился на меня, потом его взгляд скользнул по моим двум зелёным кольцам, по лицу, искажённому паникой, и выразил величайшее, чистейшее недоумение, смешанное с раздражением.

— Охранители, парень, оч-чень не любят, когда их дёргают по пустякам. У них своих дел… — начал он неторопливую нотацию с назидательной интонацией, а время текло… Каждая секунда — это десятки новых монстров, которые проходят через портал внизу.

— Если не вызовешь их сейчас, — сказал я злющим голосом, — от твоей лавки, как и от тебя, через десять минут не останется и следа! Там, внизу, открылся нестабильный разлом!

Что-то в моих глазах заставило гнома замереть. Его хитрые глазки сузились, изучая моё лицо, где он искал ложь, или признаки какого-то помешательства, но такого там не было и рядом.

— Ты понимаешь, — сказал он уже без прежней снисходительности, — что если это шутка или ты хочешь заманить их туда, чтобы они выполнили за тебя какой-нибудь контракт, то они с тобой разберутся так, что тебя мать родная не узнает? А я им с удовольствием помогу.

— Да что ж с тобой делать⁈ Вызывай их СЕЙЧАС! — не выдержал я, и практически прокричал последнее слово, ударив кулаком по прилавку.

Гном молча, не сводя с меня глаз, полез под прилавок, после чего моих ушей коснулся звук открываемого ящика, и спустя несколько секунд он вытащил костяную палочку, усыпанную тускло светящимися рунами, после чего, без лишних слов, с какой-то обречённой решимостью, сломал её пополам.

Палочка с готовностью хрустнула и вспыхнула ярко-синим светом, после чего рассыпалась лёгким пеплом.

— Для меня, парень, — сказал гном, всё так же