Нечеловек - Александр Варго

Ни один мускул не дернулся на лице Максима.

– Не могу не согласиться с тобой, но умрешь-то сегодня ты, а не кирзовый сапог.

– Мне все это надоело! – Игорь подбежал к развалившемуся в кресле Максиму. – Убирайся! Убирайся, или я…

– Что ты? Поцелуешь меня, как Пашку?

– Заткнись, ублюдок! Я сейчас ментов вызову, и…

– …и мы покажем им эти сомнительные фотографии. – Макс достал конверт, который вернул ему Егор.

Игорь сел рядом на диван.

– Я не знаю, чего ты хочешь, но…

– Но тебе интересно, как ты умрешь?

Игорь посмотрел на ухмыляющегося Максима и заметил, что у него желтые зрачки.

«Как у хищника», – мелькнуло в голове у Талалаева.

Пусть выговорится. По-другому от него не отделаться.

– Давай услуга за услугу. Ты мне расскажешь, для чего все так сложно, вся эта заморочка с «фотошопом»; ну а я, в свою очередь, поведаю тебе, как ты умрешь. Годится? – Все время, что Макс говорил, он не переставал скалиться.

– Надо думать, прежде чем в морду давать, – надув губы, будто обиженный ребенок, произнес Игорь.

– Владлен Маркович.

Максим, продолжая улыбаться, смотрел в окно.

– Эй! – позвал его Игорь. – Время! Мне уходить надо.

– Я б на твоем месте никуда не выходил. – Снова молчание.

– И что?

– Что «и что»?

– Ну, ты обещал рассказать, как я умру.

– Ты знаешь, я раньше никогда такого не делал, но готов попробовать. Раньше я просто убивал.

По спине Игоря пробежал холодок.

– Убивал, и все. А сейчас я готов смоделировать твою смерть. Написать сценарий, так сказать. Учти, это в первый раз, могут быть какие-нибудь неточности; но я думаю, тебе будет все равно. – Максим хрипло, по-стариковски засмеялся. – Итак, ты стоишь на проезжей части, машины проносятся мимо, сигналят тебе, оболтусу. А ты и ухом не ведешь, стоишь, будто тебя приклеили. И тут из-за поворота… Кстати, какую машину ты хотел бы увидеть последней?

«Чушь. Я тоже сошел с ума, если до сих пор слушаю этот бред. Кем этот ублюдок себя возомнил? Пророком? Богом? Придется дослушать его. Милиции объяснять происхождение этих фотографий хотелось бы еще меньше. Хорошо хоть так все заканчивается. А мог ведь прийти с тесаком и размахивать им тут».

– Что, тебе все равно, какая машина тебя убьет? Я не могу допустить безразличия в этом деле. Поэтому это будет «Хаммер H2».

Ну, спасибо! Шансов выжить намного больше. «H2» в этом городе имел только Владлен Маркович Толстоганов. А он уехал в Москву по делам. И вернется только завтра.

– Ты умрешь практически мгновенно. Ну, вроде бы и все. – Максим положил конверт с фотографиями назад во внутренний карман куртки и встал. – Прощай. Не провожай меня, я не люблю эти расставания и поцелуи. – Он приложил к губам два пальца и высунул между ними язык. Подмигнул Игорю и вышел из комнаты.

Игорь сидел будто парализованный. Что он здесь нес? После ухода жены у парня крышу сорвало.

«Парня? Да он выглядит как мой дедушка!»

Игорь встал и пошел закрыть дверь. На пороге стоял Максим и по-прежнему улыбался.

– Чуть не забыл. Последний вопрос. Оно хоть стоило того?

– О чем ты?

– То, что вы сделали со мной, стоило того, чтобы подохнуть как собакам?

Максим шел по улице, все еще улыбаясь. Ему нравилась эта игра. Он перестал их ненавидеть (спасибо Олегу), но убивать не передумал. Только теперь он поиграет с ними. Поиграет и убьет. Как кот с мышами. Он подошел к собственному подъезду. Навстречу ему вышел парень с третьего этажа. Он отшатнулся от Максима. Прошел дальше и обернулся. Потом еще раз. Макс повернулся к нему лицом и заорал:

– Что, у меня хер на лбу вырос, что ли?!

Когда мальчишка побежал прочь, Макс засмеялся. Засмеялся в полный голос.

Он вошел в квартиру, вытирая слезы, выступившие от смеха. Его забавляло это. Он всемогущ. И его боятся, даже не подозревая о наличии какой-либо Силы.

Как только Максим закрыл дверь, раздался телефонный звонок.

«Наверняка Егор. Время выпить. Почему бы и нет? К Игорю я уже сходил. На сегодня достаточно. Один день – одна мышка».

Он снял трубку.

– Максим Станиславович? – Нежный женский голосок.

– Да. – Максим не знал, кто это.

– Меня зовут Анфиса…

– Неужели Чехова?

– Нет, Прудникова. – По голосу было слышно, что девушка улыбается. – Я звоню вам по поручению Татьяны Викторовны.

– Очень интересно. А кто это?

– Татьяна Викторовна – заведующая детским домом.

Черт! Черт! Это же заведующая детдомом, где работал дядя Слава и откуда он взял Максима.

– Мы хотели сообщить вам, что все расходы на похороны Вячеслава Андреевича берем на себя.

«Что-то вам крестный пообещал, иначе ваше рвение непонятно».

– Максим Станиславович?

– Да, да.

– Похороны завтра. Вячеслав Андреевич хотел, чтобы его похоронили в деревне… – Девушка замялась, вспоминая название деревни.

– Степановская, – помог Максим.

– Да, да. В Степановской, где похоронена его жена.

– Ага. – Он не знал, что еще сказать.

– Максим Станиславович, вы будете… Вы приедете на похороны?

Максим был в тупике. Единственное, что он смог произнести, так это:

– Анфисочка, я очень постараюсь. – И положил трубку.

Несмотря на то что услышанное Игорем было полным бредом, он боялся выходить на улицу. А выпить хотелось. Очень хотелось. Особенно после беседы с этим полоумным. Неужели расставание с любимой может так повредить разум? Игорь просто был не в силах в это поверить. Также он не верил в собственную смерть по расписанию. Расписанию, придуманному этим сумасшедшим. Если, конечно, Максим не собирался вернуться и убить его. Но зачем? Он мог это сделать и днем, когда нес всю эту чушь про проезжую часть…

Да ну его к черту! Он просто сошел с ума и пришел заразить меня. К тому же возле дома нет никакой проезжей части. Дороги были – одна проходила мимо дома, а вторая перпендикулярно первой поднималась на холм. Но эти дороги были скорее для велосипедистов. Так что бояться вроде как и нечего.

Игорь махнул рукой, накинул куртку и вышел из квартиры. У подъезда посмотрел по сторонам. Так и есть: даже шума мопеда не слышно. Но, как говорится, береженого бог бережет. Игорь почти впритирку со стеной дома пошел по тротуару к небольшому магазинчику на углу. Он добрался без каких-либо происшествий. Снова посмотрел по сторонам. Начало темнеть. Если он и не услышит двигателя, то свет фар был бы виден издалека. Улыбнулся мысли, что все-таки сумасшествие Максима заразно, и вошел в магазин.

Внутри стояли два покупателя. Старушка рассматривала не то полуфабрикаты сквозь стеклянную крышку морозильника, не то цены, наклеенные на этой крышке. В любом случае она была чем-то недовольна. Молодой парень складывал бутылки пива в черный пакет и украдкой поглядывал на выход. Боится, что мамочка войдет, мысленно усмехнулся Игорь.