Академия Небытия. Том 2 (СИ) - Дубинина Мария Александровна

– Рита, ну ты и зануда, оказывается! На твоем месте я бы пользовался внезапной популярностью направо и налево. Можно, например, попробовать получить ужин без очереди.

– Но почему? Меня не было всего несколько дней, что здесь изменилось?

– Не здесь, дорогая моя, а там, – многозначительно ответил Морис, но быстро сжалился и объяснил: – Запись твоего эпичного восстания против Светлого факультета просто бьет рекорды просмотров. Мия снимала с удачного ракурса, подвесив себя в кокон на уровне третьего этажа. У нее талант, сразу видно. Ректор на этом уже приличную сумму набрал, отправив запись в приватный режим.

Я прямо почувствовала, как к лицу прилила кровь и щекам стало жарко. Всегда ужасно получалась на видео, как будто меня подменяли, а тут весь факультет смотрит, как я позорюсь верхом на скелетообразной собаке! Не хочу этого видеть…

– Дай посмотреть.

Морис с гордостью, как будто лично продюсировал голливудский блокбастер, запустил видео на своем браслете, и передо мной возникло трехмерное изображение. Морис щелкнул пальцами, и фигурки, замершие на площади перед главным корпусом Светлого факультета, пришли в движение. К чести Мии, руки у нее не дрожали, к тому же звук был что надо – визги, вопли, свист и рев, так что я сполна насладилась происходящим.

– Это не я. Я была пьяна. Меня подменили пришельцы, – выпалила на одном дыхании. Морис хмыкнул:

– Да ладно тебе, не скромничай. Ты так заразительно отстаивала честь Темного факультета, что у тебя уже появились подражатели. Только куда им до тебя.

– Миллхаус меня живьем сожрет, если что-то такое случится у нас.

– Не случится, не переживай. Тут не с кем бороться, все свои. Поиграются и перестанут.

Я устало сползла вниз по деревянной спинке и застонала. Будь они неладны, эти светлые. Зачем вообще было заманивать нас к себе? Не похоже, что госпожа Бламс изначально планировала посадить меня под замок, да и зачем ей это?

– Они что-то замышляют, – пробормотала я.

– Кто?

– Ректоры, оба. Не знаю, что, но это определенно касается меня напрямую. Сам посуди: моего личного дела нет среди прочих, Амилота уходит от ответа, почему оказался причастен к моей смерти, я одна отлично помню всю свою прежнюю жизнь, ректор светлых пыталась удержать меня силой, посадив под арест, а еще когда я начинаю задавать вопросы, все становятся такими загадочными, что аж страшно. И Светка. Ни за что не поверю, что она умерла и оказалась в Академии Небытия одновременно со мной совершенно случайно. Звезды сошлись, ага.

– Когда ты так говоришь, это и правда начинает казаться подозрительным. Но ты не думаешь, что в масштабах вселенной все мы, и даже ты, не такие уж значительные персоны?

– В масштабах вселенной я и не пыталась мыслить, но в каком-то детективном сериале по НТВ говорили, что в первую очередь надо искать, кому выгодно. Пора мне взяться за это дело всерьез.

Морис хлопнул в ладоши и провозгласил:

– Дело о заговоре ректоров объявляю открытым!

Глава 23

Но расследование пришлось срочно прервать, еще не начав, когда над моей головой возникла маленькая грозовая тучка и голосом секретарши Людочки велела идти на ковер к ректору.

Я встала, но в последнюю секунду вдруг честно призналась:

– Не хочу.

Это было дерзко, сама в шоке. Тучка ожидаемо потемнела, зачем-то облетела меня вокруг, поднатужилась и прицельно хрястнула меня молнией пониже спины. Я взвизгнула и сразу согласилась на все. Если уж тучка была в таком боевом настроении, то про любимого и дражайшего ректора не стоило и спрашивать.

Уныло кивнув Морису, я побрела в деканат, по-старушечьи шаркая лоферами.

Нет, конечно, Милхауса можно понять, международный скандал и все такое, но кто давал ему право использовать меня втемную для достижения своих загадочных планов? Ну и что, что я это только сейчас предположила – моя горгонья гордость уже была задета. Эта мысль меня слегка подбодрила. Нет уж, искреннего раскаяния и прочей слезливой ерунды ректор от меня не получит. А вот пару пинков в чувствительное местечко под его драконьими ребрами он заслужил, одно только заточение на цепи и полет из него на огре чего стоил, удивительно, как у меня змейки не поседели!

– Вас ожидают, – проинформировала меня секретарша, сверкая ярко-розовыми кошачьими ушками. Стоп! У нее раньше были уши? Занятая этим вопросом я ввалилась в святая-святых и застала ректора в чрезвычайно странном положении.

Милхаус остервенело чесался спиной об косяк входной двери, а на его лице отображалось неземное блаженство.

– Снова внеплановая линька? – сочувственно поинтересовалась я с порога.

С дракона мгновенно сошел его довольный вид.

– Кудряшшшоваа, – прошипел он, выдыхая мелкие клубочки дыма.

– А чего сразу Кудряшова? – я негодующе уставилась на этого золотого прохвоста. – Как обделывать свои делишки у меня за спиной, так ничего, а потом Кудряшова? Я вам сейчас такую истерику закачу, что эта госпожа Бламс и рядом не стояла! Я, значит, стала жертвой светлой тирании, бесправной пленницей, сельскохозяйственной рабыней, в конце концов! И что в качестве утешения? Снова карцер? Сиживали, знаем!

Миллхаус нервно икнул, подавился своим же дымом и закашлялся.

– Да кто вас обвиняет-то?

– Вы! – пожаловалась я и, фыркнув, нагло уселась на диван для почетных посетителей.

– Кхым, допустим, я вас вызывал совершенно по другому вопросу. Но если вы так настаиваете, обсудим ваше наказание. Как думаете, десять процентов с доходов за запись вас устроят?

Теперь икать пришлось мне.

– А так можно было?

– Просмотры просто нереальные, причем с обоих факультетов, – довольно ухмыльнулся этот златошкурый коммерсант. – А вы, Кудряшова, теперь местная героиня, видео растащили на кусочки, переозвучили и наделали множество фан-записей.

– О, пресвятые лягушки…

Я представила, что можно сделать с таким видео при должной фантазии и энтузиазме, и обреченно откинулась на мягкую спинку. Вот уж никогда не мечтала об интернет-популярности, только о высокой зарплате и послушных подчиненных. Но это так, лирика.

– Полюбуйтесь. – Ректор подошел поближе и вызвал над своим браслетом объемную голограмму. – Первое по популярности видео.

Кабинет наполнился жёстким роком и выкриками: “Бей светлых, темные рулят!"

– Ой, блин…

– Не стоит так реагировать, это весьма неплохой пиар для нас и возможность подмочить светлым их и так не очень светлую репутацию. Так что, Кудряшова, считайте, что свой долг вы выплатили сполна и даже весьма неплохо заработали. А об остальном не беспокойтесь.

Я кивнула Милхаусу и собралась на выход, немало озадаченная тем, как все повернулось. Новости были, безусловно, хорошими, но радоваться нежданно свалившимся на меня деньгам не тянуло. Зачем они мне? Пойти и все спустить на чипсы в китайском магазинчике? Да уж, умеет наш Миллхаус Дрей в тупик поставить, даже забыла, зачем пришла. Была бы Светка рядом…

– А можно вопрос?

Я была уже одной ногой в приемной, но остановилась и повернулась к ректору, чтобы кое-что спросить.

– Смотря какой. – Дракон загадочно сверкнул огнем в глазах.

– Почему моя подруга оказалась на Светлом факультете? Мы с ней обе не вели праведную жизнь, а в итоге оказались по разным сторонам баррикад. Каков на самом деле критерий отбора?

– На все воля Творца, – грустно пробормотал Милхаус.

– И все так просто? Творец? Да вы что, издеваетесь? – фыркнула я еще раз и ощутила чей-то недобрый взгляд на своей спине. Зябко повела плечами, но не оглянулась.

– Другого ответа вы не получите, это коммерческая тайна! – Миллхаус сменил дружеский тон на строгий “ректорский”. – Сегодня у вас официальное освобождение, но завтра советую попасть на лекции вовремя. Совсем скоро зачетная неделя. Мне же не нужно вам объяснять, что это такое?