Путь в тысячу ли (СИ) - Неизв.

   На лице мужика. Оторванного от увлекательного зрелища, расцвела недовольная мина.

   - Ты еще кто такой? Кажется, я где-то раньше тебя видел...

   - Меня зовут Комура Айдо. - Все же решился начать я разговор. - Наруто мне рассказал, каких огромных успехов он добился под вашим руководством, - сзади раздается звук, как будто кто-то поперхнулся. Молчи, лисенок, чувство мне подсказывает, что слишком тонкие приемы манипулирования в этом случае будут просто не замечены. - Так что я тоже решил попросить вас показать мне пару приемов.

   - Это верно! Я, Великий Жабий Отшельник Джирайя, прославлен по всему миру как сильнейший шиноби и мечта всех женщин! - Джирайя... ну слава Ками. Хотя мне уже кажется, что Эро-сеннином тебя при рождении назвали.

   - Джирайя-сама, покажите мне, пожалуйста, технику призыва! - Согласись и все закончится хорошо. И мне не придется делать это...

   - Извини, парень, но у меня совершенно нет для этого времени! Вдохновение зовет меня в места, где концентрируется красота этого мира! - Ну да. В бани, в женское отделение...

   Ну, Дикобраз-сама, вы сами напросились! Простите меня, мои принципы, надеюсь, никто этого не увидит... Складываю печать "овцы".

   - Ойроке Но Дзюцу! - Интересно, а ведь можно же повторить это перед зеркалом... или клона заставить... Не думай об этом, Айдо, не поддавайся ауре извращенца!

   Глаза Джирайи расширились, он застыл на месте. Мне кажется или это нестандартная реакция? Что же он такое увидел?.. Не думай, Айдо, не смей!

   - К-куши- чан?.. - и мгновенно прыгнул в самую глубь кустов. В недоумении провожаю его глазами и отменяю технику. Может, я что-то не так сделал? Посмотрел на Наруто, тот молча поднимает большой палец. Кто же привиделся Дикобразу?

   Тем временем из кустов выбрался несколько смущенный Отшельник.

   - Кхм... Не обращайте внимания, показалось... - Встряхнулся. - Так что, парень, ты тоже хочешь заключить контракт с жабами? Это просто...

   - Нет, спасибо, Джирайя-сама, - меня передернуло от мысли, что снова придется общаться с этими... этими... этими существами, в общем. - А есть еще какие- нибудь призывы?

   - Да. Слизни, например, ящерицы. Змеи... - С каждым словом меня все больше кривило. - Смотрю, тебе ничего не нравится? Экий ты привередливый! А ты знаешь, что получить призыв -- это верх искусства шиноби и получается это далеко не у каждого? Призывные животные ведь тоже заключают контракт и могут просто отказаться это делать. Не боишься остаться ни с чем?

   - Я ведь еще даже не пробовал. А не попробуешь -- не узнаешь. В конце концов, останется еще вариант с ящерицами... - Джирайя дернулся, но промолчал.

   - Ладно, парень, тогда смотри внимательно. Техника требует участия твоей крови, поэтому прокусываешь палец, например, потом направляешь чакру и...

   - Техника призыва! - Прямо под ним появилась жаба размером с него самого. Хм. Может, я зря отказываюсь? Лягушонок такого вида может доставить немало хлопот... Ай, ладно, если не повезет -- вернусь за контрактом.

   В свою очередь надкусываю палец.

   - Техника призыва! - от руки кругом и лучами разбежались символы... и ничего не произошло.

   - Не получится, я же предупреждал. Теперь только пробовать и надеяться, что кто- нибудь отзовется. Когда надоест -- приходи, заключим контракт с жабами.

   - Спасибо, Извращенец-сама! Пока, Наруто, тренируйся, до экзамена мало времени! - и убегаю на полигон, пока мне окончательно не разъело мозги.

   - Айдо... Без фантазии, Цу, без фантазии... - бормотание Джирайи я, конечно же, не расслышал.

   Родной семнадцатый полигон... Может, мне стоит разбить здесь палатку и переехать в нее жить? А то каждую ночь до дома добираться долго, а утром опять обратно, а я уставший...

   Так, тридцатая попытка призыва на сегодня и все без толку... Ладно, в конце концов меня предупредили. Надо бы чуть отвлечься. Клоны у меня занимаются Хирайшином, на призыв их не поставить за отсутствием крови... А попробую-ка я вернуться к барьеру, не занимался им с самого начала экзаменов. И ведь прошло времени всего- ничего, а столько событий, что, кажется, это было год назад. Делаем еще одного клона и на барьер.

   Когда рассыпавшиеся и распадающиеся стенки техники разрезали очередного страдальца во имя науки, из-за спины раздался сиплый голос:

   - Ну кто так делает? Неужели так трудно понять, что раз углов у барьера три, то и опорных точек должно быть три? Уж на такие элементарные вещи человеческих мозгов должно было хватить! После стольких попыток можно и сообразить!

   На слове "человеческих" я стремительно обернулся. Моему взору предстал полуметровый комок зелено-бурой шерсти, медленно ползущий по траве. Шерсть шевельнулась и на меня уставились два черных глаза на приплюснутой голове. Цвет и форма мордочки создавали впечатление, что зверь ехидно ухмыляется.

   - Ты кто? - Это единственное, на что меня хватило

   - Мда. Все еще хуже, чем казалось вначале. Оджи-сан на старости лет точно выжил из ума. Что, свой призыв не узнал? Контракт заключать будем? У меня все с собой, - откуда-то из шерстяных глубин выдвинулась трехпалая лапа с тридцатисантиметровыми когтями. Я уважительно сглотнул. В лапе был зажат солидного размера свиток.

   - А-а-а... с кем контракт?

   - Парень, ты меня поражаешь. Сам призывал, а теперь пугаешься? Не бойся, мы не причиняем вреда контракторам.

   - А почему ты появился не сразу? Я призывов сто уже сделал, наверное...

   - Н-ну-у... Пока Оджи-сан действительно поверил, что он чувствует призыв, а не маразм, пока нашел в своем личном измерении закиданный разным барахлом свиток контракта, пока искал добровольца из молодых и быстрых... Ну и я спешил как мог. В общем, ты понимаешь. - Ехидная ухмылка на ехидной морде -- сарказм в квадрате...

   - Личное измерение, говоришь?.. Давай сюда свой свиток, - передо мной развернулся макимоно, сверкающий девственной чистотой внутри.

   - Что, у вас еще не было контракторов? - Я вновь с подозрением уставился на зверя. Кого-то он мне сильно напоминает.

   - Ты первый с незапамятных времен, кто подошел нам по... Неинтересно это мне, подрастешь -- сам разберешься, если захочешь. Давай, ставь пятерню. Кровью, разумеется.

   - А чего кровью? - Меня охватили нехорошие подозрения. Знаем мы, кто у нас подписи кровью требует... И вызывается пентаграммой, до боли похожей на работающую печать...

   - Что такое генетика, знаешь? Или то, что ты творил с барьером, отражает общий уровень твоего интеллекта?

   - Да знаю, знаю, прекрати уже нудеть. Все ему не нравится, привередливый какой... Многих все утраивает, даже гением называют, - бурча себе под нос, надкусываю палец и ляпаю испачканной в крови ладонью в середину свитка. Рядом с отпечатком немедленно появились символы, сложившиеся в мое имя и свиток свернулся сам собой.

   - Он теперь твой. Храни как зеницу ока, может быть, кого еще запишешь. Ну, я пошел. Вызывай, если что.

   - Подожди! Что ты говорил про барьер?

   - А ты, значит, несколько слов запомнить не смог... Стабилизируй барьер тремя точками опоры, а не одной, раз уж ты своим ограниченным человеческим сознанием не можешь включить в одну печать три непересекающихся закольцованных плоскости во взаимодействии.

   - Так просто... Скажи, а ты много про барьеры знаешь?

   - Глупый. Мы, намакэмоно, знаем про барьеры все!

   Ленивец... Вот почему его вид мне знаком. Мне в призыв достались ленивцы... Вы что, издеваетесь?! Да, я люблю лениться, но хорошо сделанную работу тоже люблю! За что?!..

   - Эй, отмерзни! Мое имя ты все равно не выговоришь правильно и медленно, как полагается, поэтому называй меня Нама. Чтобы вызвать меня, скажи мое имя, а чтобы других... впрочем, ты сначала на меня чакры накопи, в следующий раз я за свой счет призываться не стану!

   Нудный зверь исчез, а я остался смотреть на место, где он только что стоял и проклинать свою судьбу, которой досталось воистину черное чувство юмора...

   Глава 41

   Ночь... это замечательное время суток, когда деревня погружается в спокойный сон... Обычные звуки смолкают, остается только почти незаметный фон, складывающийся в успокаивающий шепот мирной ночной жизни. Мерцают холодные звезды в ночном небе... Здесь их, хоть и меньше, чем в лесу, но ненамного, нет промышленных предприятий и бензинового смога. Свет луны окрашивает такую знакомую и родную деревню в серебряный цвет тайны. Иногда кажется, что здесь луна намного ближе к земле, чем в моем родном мире.

   А родной ли мне он на самом деле? Там долг и честь -- мифические понятия, любовь и верность -- предметы торга, дружба и забота -- повод посмеяться. Здесь люди искренни в своих чувствах, если любят -- то отдают всего себя, если ненавидят -- то от души. На память сразу пришел Неджи... Если теряют действительно близкого -- помнят всегда. А будет ли меня помнить Тен-тен и понимает ли, что меня потеряла?.. Здесь мне наконец есть к чему стремиться и есть за кого держаться. И пусть я не всегда веду себя как шиноби, те, кто не знают, что значит быть одному -- не смогут понять, как замирает сердце при мысли о новом одиночестве. Да и шиноби -- тоже люди, поэтому очень разные. Вспомнить хотя бы Гая и Генму -- ну ведь совсем не похожи на бездушные машины уничтожения, каковой является любой шиноби-джонин в этом мире...