Агентство по борьбе с нечистой силой (СИ) - Павлов Александр Борисович

— Естественный порядок вещей… — подключилась Яна.

Оля погладила подбородок.

— Это какая-то организация?

— Не просто организация, а магическая организация. Как только существо, и неважно какое, домовой или человек, делает что-то выходящее за рамки законов природы, им приходится отвечать перед судом. Вопрос в том, что вы наделали? Потому что «Естественный порядок вещей» редко вмешивается в человеческие дела.

Антон мог начать загибать пальцы, столько всего они наделали.

— Где был «естественный порядок вещей» когда пауки похищали целые деревни?

— Паукам нужно питаться, чтобы выживать. Законы природы соблюдены.

— Тогда джины…

— Джины не подчиняются законам природы.

Антон потянулся за бычком в руке Кузе. Тот любезно его передал, для последней затяжки.

— Может всё не так плохо, — начал утешать домовой, — что именно вы сделали?

Антон почесал затылок.

— Навели шороху в другом мире. Приняли участие в кровавой бойне с вампирами…и забрали сюда Яну.

Кузя побледнел. Ни в каких книгах не было сказано, что домовые умеют бледнеть.

— Вы перебросили человека…да, судебная повестка попала к вам не по ошибке.

— Ты можешь сказать, что нас ждёт на суде?

— Я никогда там не был. Извините. Какая дата стоит?

— Завтрашняя, десять утра.

— Где?

— Не написано.

— Тогда вам лучше всем собраться в одном месте. На случай телепортации.

В комнате стояла тишина и каждый надеялся, что не ему предстоит сказать об этом Павлу. Антон и Оля не хотели его видеть, Яна не хотела расстраивать. Кузя ещё не до конца отошёл от его пинка по лицу.

Глава 24

Лишний

Я всё потерял. Девушку. Друга. Смысл. С последним сложнее всего. Как его вернуть? Когда выпадешь из пузыря. Когда смотришь на толпу проходящим мимо тебя. Идущих параллельно. Они смотрят в твою сторону, зовут обратно. Ты надавливаешь на стекло с надеждой провалится на их сторону. Слишком поздно. Выпал раз, уже не вернуться. Что мне теперь делать? Искать таких же людей…?

Я слишком долго был слеп. Слишком долго был на поводу у людей, что не желают мне добро по-настоящему. Я не мог видеть лиц, за доброжелательными масками. Зато сейчас вижу. И спрашиваю себя об одном: как жить дальше? Как не лечь в ванну, с лезвием?

— Что ты делаешь? — спросила Катя.

Павел поднял голову и посмотрел на девушку, освещённую приглушённым светом ночной библиотеки. Зал давно опустел.

— Я думал, ты уже ушла.

Катя показательно подняла сумку.

— Вот-вот собираюсь. Хотела проведать тебя. Готов к первой смене?

Павел кивнул.

— Ты спросила, что я делаю…Пишу.

— Что пишешь?

Павел слегка покраснел:

— Линчеватель, когда был у психотерапевта, тот ему посоветовал записывать свои переживания, чтобы стало легче. Мы потом нашли его записки. Так и не понял, помогли они ему или нет.

Катя обхватила сумку двумя руками и опустила.

— Хочешь поговорить? Я могу остаться.

— Ты наверняка хочешь спать. Твоя смена только, что закончилась.

— Так у меня дневная была. С ночной тяжелее всего. С твоей, — Катя улыбнулась, — я поставлю чайник, а ты кружки помой.

Павел убрал свои записи и отправился на кухню за кружками.

Катя расстегнула пальто, закинула на стул, который подвинула поближе к ресепшену, чтобы сесть рядом. Она обрадовалась, что Павел захотел с ней поговорить, поделиться своими переживаниями. Не хотела возвращаться в пустую квартиру. Антон приходил слишком поздно, чтобы его дожидаться, а уходил раньше, чем она вставала. Удивительно, она чувствует себя более одинокой именно сейчас, когда в кровати с ней кто-то ещё.

Чайник вскипел как раз к возвращению Павла. Катя достала два пакетика чая и положила по одному в каждую кружку.

Они сели рядом друг с другом, у стола ресепшена.

— Я могу прочитать, что ты написал?

Павел чуть не подавился чаем.

— Я бы предпочёл, чтобы этого никто не прочёл. Слишком мрачно.

— Всё настолько плохо?

Павел достал блокнот из кармана джинсов и посмотрел на последнее предложение:

Как не лечь в ванну, с лезвием?

Убрал блокнот обратно в карман.

— А у тебя как дела?

— Нет, нет, так легко ты не отделаешься. Расскажи мне, что тебя мучает?

Что его мучает…с чего бы начать?

— Я не знаю. Я столько вложил в это агентство…Времени, сил. И, мне кажется…я отдал его за бесценок. Но одновременно с этим, я знаю, что поступил правильно. Эта работа стоила мне моих отношений с Олей, моих взглядов на мир, моей…наивности, — Павел почесал голову, — звучит по-идиотски.

— Нет. Я вижу, как это меняет Антона.

— Меняет ли? — Павел придвинулся к Кате, — Или показывает истинную личность?

В начале отношений, услышав это, Катя стала бы защищать Антона. Сейчас же, спустя столько времени…

— Мне кажется, я его люблю…

— За что? Как часто ты его видишь? Как часто он уделять тебе внимание?

— Он сказал, что, когда вы заработаете себе имя и к вам будут приходить состоятельные клиенты, вы сможете выбирать и освобождать время для семьи.

Павел смотрел на девушку, вцепившуюся в надежду, пытающуюся избежать разбитого сердца.

— Прости, но я впервые слышу об этом плане. И имя мы уже давно заработали. На паучьем деле ещё. Клиентов стало больше, но они не были состоятельными. Те же домовые, те же безобидные призраки.

— Он соврал?

Неужели нужно говорить это вслух?

— Он часто так делает. Можно сказать, я поэтому и ушёл.

— Можно сказать? Почему ты ушёл?

Вампиры. Бойня. Яна. Что напугает её сильнее?

— Он думает только о себе. Всё это время. Нужно было догадаться, когда он встал на пороге моей квартиры, когда попросил о помощи.

— Ты думаешь и мне стоит уйти? — Катя опустила голову, боясь услышать ответ.

Как Павел мог взять на себя груз ответственности за её решение? Посоветуй он ей уйти, будут ли его слова сказаны из мести, за причинённую ему боль? Посоветуй остаться, сможет ли он смотреть Кате в глаза, когда Антон променяет её на Яну?

— Я пойду, помою кружки, — сказала Катя, не дожидаясь ответа.

Павел сделал два последних глотка и передал кружку.

— Тебе стало легче? — спросила Катя, поднимаясь со стула.

— Нет, а тебе?

Катя помотала головой и ушла в темноту.

Павел достал блокнот из кармана, открыл его, взял ручку.

Что ждёт человека лгущего и использующего других людей? Как можно наказать такого? Он не убивает, не грабит, не применяет физическое насилие? Он нависает над тобой…словно домовой.

Крик из кухни эхом раздался на всю библиотеку. Павел бросил ручку и поспешил на помощь. Сомнений не было, кричала Катя. Кто мог желать ей зла? А может и вовсе, ждали не её? Павел распахнул дверь кухни и остолбенел. Как и Катя, как и Яна. Две девушки, смотрели друг на друга. Яна не поняла, отчего вызвала такую реакцию, Катя же видела перед собой мёртвую жену Антона. Кружки лежали на кафельном полу. Из крана бежала вода.

— Этого не может быть, кто она? — спросила Катя, чувствуя, как сгорает сердце.

— Одна из причин по которой я ушёл, — ответил Павел.

Яна обернулась к нему.

— Я искала тебя. Антон сказал, что ты телефон не берёшь, ни от него, ни от Оли. Ещё он сказал, что ты будешь здесь один.

— Почему он отправил тебя?

— Кто она? — перебила Оля, — скажи мне, почему она выглядит так…как выглядит.

— Антон загадал желание, оживить Анну. Оно сбылось, но по-другому. Это Яна, она из другого мира, но выглядит как Анна.

— Мы не знаем точно, сбылось ли желание, джин же умер, — прояснила Яна.

— Это Антон тебе сказал? Неужели ты поверила ему?

— Что мне оставалось делать, ты меня бросил.

— Всё было не так.

Катя подняла кружки с пола.

— Это объясняет многое. Холодность Антона в последние дни. Его ранние подъёмы и побеги, пока я сплю.

— Между нами ничего не было, — попыталась утешить Яна.