Обрести и сохранить - Джулия Вольмут

Утешал. Заботился. Вот что было нужно, вот что Джерад не в состоянии мне дать. Стивен наклонился к моему уху и под аккомпанемент скрипящего дивана сказал:

– Ты не одна.

Я резко вдохнула, сжав ногами его бедра. Чересчур… чересчур, как раньше. Губами он касался моих волос, пальцами гладил скулы.

– Ты не одна, – повторил и целовал в висок, – мой солнечный свет.

Близость прервал телефон.

Поколебавшись, Стив опустил меня на диван и ответил:

– Да, Софи.

«Как раньше» стерлось в пыль. Убийственно быть ему никем.

– Я работаю в студии… Срочно? Ладно. Успокойся.

Рэтбоун положил телефон на стол и посмотрел на меня виновато. А может, мне хотелось так думать. Глупо предъявлять претензии.

– Ты надолго в городе? – Вопросом я заполнила неловкую паузу. – Когда гастроли? – спросила, будто не знала наизусть его график.

– Альбом в апреле. – Стивен говорил медленно. Боялся, что я – бомба замедленного действия? Где истерика, Ари, он общался с Софи Штерн! Что я могла сделать? Мне с ней не соперничать. – На этой неделе будем промить сингл по городам, но в тур уедем после выхода пластинки. Получается, через месяц-полтора, – закончил Стивен.

Так долго он будет в Эл-Эй! Мне противно от своей радости.

– Ну… – Стив надел футболку. – Я… Мне…

– Иди, – сказала я, поджав колени к груди: радость уступила стыду – неловко быть голой перед ним. – Иди, она ждет тебя. Я все понимаю.

Стивен задумчиво потрогал подбородок.

– Софи… Я никогда не слышал ее настолько встревоженной. Что-то случилось. – Рэтбоун застегнул джинсы. – Давай съездим вместе? Проверим, как она, а потом где-нибудь позавтракаем. Обсудим… Ситуацию.

Ситуацию? Мое откровение, мой первый шаг, моя любовь к нему – си-ту-а-ция! От собственной дурости и смешно, и грустно. Мы приедем, Рэтбоун рассмеется мне в лицо и скажет, что я вновь использована. Или начнет играть за две команды? Не расстанется же со своей ненаглядной – торопится к ней!

Размышления заняли не более секунды.

– Нет, спасибо. У меня дела.

Стивен задержал на мне взгляд, щурясь. Пригладил растрепанные волосы и придал лицу безразлично-надменное выражение.

– Ну, вперед. По делам. – Он… злится? Не перепутал роли?! – Закроешь. – Ко мне в руки полетели ключи от студии, я машинально их поймала.

Стивен надел пиджак, повесил на плечо чехол с гитарой и покинул комнату. Где-то вдалеке хлопнула дверь. Я устало прикрыла глаза. А хотела же, чтобы он остался.

Новый день. Почти сутки на то, чтобы осуществить мечты. Утро обманчиво, холодок ветра и отпечатки ночи на синеватых веках напоминают: ничего не изменилось.

Я подремала в студии, а в шесть утра пробежала несколько кварталов. Город лениво просыпался, ругался с ночью – она не планировала уступать и подменяла рассвет грозовыми тучами. Рядом со Стивеном время остановилось, а сейчас, без него, летело слишком быстро.

Когда-то неправильно расставленные приоритеты помогли мне начать новую жизнь: я уехала и верила, что быть со Стивеном Рэтбоуном важнее всего на свете. Увы, прошлое накладывает отпечаток на настоящее. Стивен мог сколько угодно винить себя, что было после, но ему не узнать, отчего я, счастливая, влюбленная, дрожала по ночам. Осенью две тысячи десятого я до боли стискивала зубы, когда Стив спрашивал о причинах. Все просто – я не собиралась помнить эти причины. Игнорирую их по сей день. Меняю на любые другие переживания. И храню тайну. Я использовала вокалиста Grape Dreams с момента, когда услышала его песню, его обещание стать лекарством для сломленной девушки.

Сегодня я поступила так же: заместила переживания. Думала о том, как скучаю по Стивену Рэтбоуну, а не о том, что моя подруга умерла, Джерад – манипулятор, прошлое все так же осязаемо. Был Стивен и была я.

Но звонок Софи, его Софи, и бух! – иллюзия рассеялась. Я одна на автобусной остановке. Стивен выбрал свой путь: стабильность, счастье, свобода. Три волшебных «С». Мне с грузом воспоминаний такого не видать.

Привыкнув к клубному ритму, я не чувствовала разбитости от того, что не спала всю ночь. Легкая сонливость пропала после стаканчика кофе из автомата. Дзинь-дзинь. Четвертое сообщение от Джерада. Извинения. Я не злилась. Смысл? Три бюджетных, как раз для меня, «С» – спаси себя сама. Но я вновь и вновь нахожу утешение в замещении и чужих руках.

Я допила гадкий кофе в автобусе и, засунув телефон в карман, с досадой обнаружила, что забыла отдать ключи охраннику. В студию звукозаписи придется вернуться.

А пока я гуляла по знакомым кварталам в компании любимой музыки и теплых лучей весеннего солнца. Бросила грустный взгляд на когда-то мою квартиру и пошла в клуб. Cotton Candy – мой дом, несмотря ни на что, и перемены я приняла, хотя не люблю их. Вот, например, свыклась, что со Стивеном мы расстались. И вдруг… и винить некого. Могла пойти к друзьям, в мотель, на улице заночевать. Но пошла к нему. Хотела к нему. Опять все мысли сводятся к Стивену Рэтбоуну.

Новый владелец отвалил немало денег: клуб внутри и снаружи выглядел так, будто ничего не случилось – смерти от передозировки не было, полиция не приезжала.

Стараясь не думать о произошедшем, я поднялась в свою студию. Просторно. Гладкий паркет, большое окно, зеркало во всю стену, балетный станок. На тумбочке музыкальный центр и CD-диски – не знаю, чьи они. Рояль прежний владелец забрал с собой.

Я всегда начинала тренировку с выбора диска. Баллады Ричарда Маркса идеально впишутся в мое меланхоличное настроение, но я буду плакать, а не танцевать. Остановившись на альбоме Dido «Life For Rent», я открыла тумбочку, вынула спортивную одежду, переоделась и подошла к зеркалу. Волосы из-за влажности завились на концах, пушистые и объемные. Такой гривой весело взмахивать, как в рекламе шампуня!

Первые ноты из стареньких колонок и первые неуверенные движения. Я трогала зеркало: мечтала раствориться в мире «наоборот». Под поп-музыку я особенно пластичная, словно плыла по облакам. Уплывала.

Мой выбор сыграл злую шутку. Лучше бы пел Ричард.

«Я знаю, ты думаешь, что мне больше не следует любить тебя или, по крайней мере, не говорить тебе о своей любви, – звучал то ли мой внутренний голос, то ли голос Dido. – Я знаю, что оставила слишком много беспорядка и разрушений, чтобы вернуться. И я причиняла тебе одни неприятности. И если ты живешь по правилу “все кончено”, то я уверена, в этом есть смысл».

Порой музыка сама находит нас, и мы осознаем, что не одиноки. Песни рассказывают о волнующем, помогают разобраться в чувствах, разделяют боль.

«Когда мы встретимся, а я не сомневаюсь,