Лорд 2 (СИ) - Баковец Михаил

На все эти постройки и перерождения у меня ушли все ресурсы. Даже так — ВСЕ РЕСУРСЫ! В обоих лагерях и на складах, под навесами не осталось даже щепки. Почти всё трофейное оружие, которое не было отдано военнопленным в лепельском концлагере, ушло на переработку. Да что там говорить, если феи собрали весь снег в главном лагере и рядом с ним, оставив его только под деревьями, чтобы те не перемёрзли. Пусть уже скоро начнётся пора оттепелей, но ночами пока ещё стоит ждать крепких морозов, по словам местных. Да и днём может прихватить. Мне же совсем не хочется жить в чистом поле, если деревья на территории лагеря умрут от того, что мороз из-за отсутствия защитного снежного покрова пробрался слишком глубоко, до самых кончиков корней.

Собственно, про снег я специально сообщил, чтобы показать всю важность проблемы ресурсообеспечения. Неужели мне опять придётся копать второй котлован? Демоны, как же этого не хочется! Хватит мне и одного озера под боком у моего лагеря.

«Или отправить фей за новой партией рельс? — вдруг пришла мне в голову мысль. — Хм, хм… всё равно ждать, пока завершится строительство трактира с меняльной лавкой».

Решено — сделано. Уже час спустя на север в сторону железной дороги Полоцк-Витебск отправились все мои феи в сопровождении трёх волколаков и двух соколов. Всем им строго-настрого приказал на глаза врагам не показываться, в драки лезть только в исключительных случаях, и убивать вне боя лишь тех немцев и их прихвостней, кто увидел лишнего. Например, фей. С ними ушли и оба энкавэдэшника. К моему предупреждению не сбегать без предупреждения они отнеслись серьёзно. Думаю, успели оценить эффективность оборотней и не станут совершать глупостей. Хоть я и не верил, что гости решат под шумок оставить меня, они ещё не всё узнали про меня и мой лагерь и не все… сказки Прохора выслушали, хе-хе-хе.

Ещё хочу вспомнить Кулебякина, которому я при случае скажу огромное спасибо за то, что оттянул на себя немцев, когда решил уйти на запад. Не думал он, что оккупанты так насядут на него, бросив в погоню свыше тысячи опытных солдат, бронетехнику, усилив всё это миномётами и лёгкой артиллерией, а также иногда поддерживая авиацией. Последняя, правда, только следила и наводила наземные войска, так как бомбардировщики и штурмовики требовались фронту, и осталось их не так чтобы и много после уничтожения одного аэродрома со всей техникой. Кстати, сейчас сапёры опять сидят за изготовлением новых мин. Кто-то думал, что я остановлюсь на одном аэродроме? Три раза «ха»! Вот ещё. Как только покончу с витебскими, то обращу своё внимание на минские. Слишком просто оказалось вывести из строя эти грозные машины. И пока немцы не поставили возле каждого самолёта по отделению охраны с прожектором, а ночи сейчас длинные и тёмные, я постараюсь уничтожить их как можно больше. Заодно уберу опасность с воздуха. А то надежда на оборонительные башни так себе, честно говоря. Это против грифонов они великолепны. Бомбардировщики же просто поднялись выше, за границу тысячи метров во время последних бомбёжек. Мне просто повезло, что они нацелились на посадочную полосу, а не стали сбрасывать бомбы вокруг неё. В таком случае могли и по лагерям попасть или повредить маскировочные амулеты.

Что же до Кулебякина, то сейчас я ему помочь был не в силах. Немцы бросили на него полк обстрелянных солдат из Полоцка, усилили его полутора сотнями полицейских и сотней карателей в лице двух спецкоманд. Также они сняли часть солдат из гарнизонов между Лепелем и Полоцком. При этом не тронули посты, которые блокировали район лесов и болот, где прятался я. Наоборот, усилили их, нагнав по взводу стрелков и добавив по паре пулемётов и миномётов. Такому же усилению подверглись посты на северо-востоке и востоке за Двиной. Снизилось только прочёсывание с патрулями в лесу… чему были не рады мои оборотни. Они вошли во вкус, охотясь на такие отряды.

Глава 19

Немцы купились на радиопередачу Шелехова и мою иллюзию, изображающую лесное поселение! Едва только рассвело, как в небе над ним закружил воздушный разведчик. Чуть позже ближе к вечеру в окрестностях появились три отряда, в каждом было около взвода немецких солдат. Они бестолково топтались вокруг «лагеря», каждый раз попадая под влияние амулетов и возвращаясь на собственные следы. То ли от усталости, то ли в наступающих сумерках или от злости на магию они стали совершать грубые ошибки. И в итоге двое из солдат угодили в незамерзающее окно в болоте. Сокол, который за ними наблюдал с неба, рассказал, что немцы исчезли в воде в секунду. После этого остальные вернулись в лес, выставив вокруг моей обманки посты с трёх сторон. На следующий день в небе над ней, обманкой, появились девять «юнкерсов», которые с большой высоты сбросили бомбы. Через два часа они вернулись и вновь отбомбились по «лагерю». Всего до наступления темноты немцы совершили четыре авианалёта. В последний раз вражеские самолёты опустились до полукилометровой высоты. То ли им командование приказало пойти на риск попасть под зенитный огонь, то ли пилоты сами обнаглели, не получая ответа. На третий день был выброшен десант с воздуха точно над ложной деревней. Не менее шестидесяти парашютистов сумели попасть внутрь периметра. Ха-а, хотелось бы мне видеть лица тех, кто видел, как десантники пропадают с их глаз перед приземлением. И взглянуть на лица немцев, когда получат доклад об этом от наблюдателей. Что же до парашютистов, то если амулеты продержатся ещё сутки, то на долгое время немецкие солдаты будут выведены из строя обморожениями и переохлаждением. Мало того, кто-то умрёт от этого, а кто-то получит даже ампутацию, так как на холоде и при неподвижности в первую очередь страдают конечности, особенно пальцы.

Пока немцы пытались с упрямством огра добраться до «партизанского лагеря», мои подручные разбирали железную дорогу между Полоцком и Витебском. Как раз в тот момент, когда доблестные повелители купола и строп сидели среди сугробов и медленно замерзали, заворожённые ловчими амулетами, вернулись феи с десятками рельсов и горой оружия и боеприпасов. Оказывается, в самом конце работы по разбору путей появился состав со стороны Полоцка (а ещё были патрули с овчарками и мотодрезина, появившаяся буквально перед поездом, которых тихо уничтожили феи и оборотни). В вагонах немцы везли винтовки с пулемётами, патроны к ним, ручные гранаты и мины к миномётам. Уничтожив взвод охраны и машинистов, мои подчинённые решили дополнить недостаток рельс трофеями из эшелона. Так я получил около сорока тонн рельсовой стали и ещё тонн тридцать в виде винтовок, пулемётов, мин, а также ящиков и ящичков с патронами и минами. Рельсы я приказал немедленно отправить в очаг на переработку. Они полностью будут переработаны в золото, которое мне требуется для перевода в монеты для покупок в магической лавке.

Из трофеев выделялись несколько вещей. Это были две зенитные установки «эрликон» (так назвали их энкавэдэшники, но могли ошибаться, скопом обзывая все подобные установки ПВО) и три пулемётные спарки из МГ-34. На них среди прочих трофеев мне указал Шелехов.

— Товарищ Киррлис, я, конечно, впечатлён вашими арбалетами на башнях, но вот эти вещи будут не менее смертоносными, и самое главное, более мобильными. Эрликон с тысячи метров достанет бомбардировщик. Пулемёты слабее, зато могут облако из пуль поставить на пути самолётов, — сказал он.

Что ж, наконец-то я получил то, о чём давно мечтал — нормальное ПВО. Как-то раньше мне не попадалось в руки подобное оружие. Оно имелось на тех аэродромах, откуда я похищал самолёты, но забрать оттуда я их не мог, увы. Я уж и задание давал своим вассалам найти подобное оружие, но будто Богиня неудачи простерла над ними руку — ничего путного не выходило.

В тот же день одна пушка «эрликон» и пулемётная спарка заняли свои места на плоской крыше башни оборотней. Под вторую установку и спарку феи завтра начнут возводить сруб-башню. Бревенчатые сооружения обладают огромной прочностью, так что, отдача малокалиберной пушки ничего не сделает такой башне. Ну, а эльфийское зрение позволит точнее попадать в цель. Останется только найти расчёты к ним и обучить их. И это, пожалуй, окажется самым сложным.