Ареал. Вычеркнутые из жизни - Сергей Тармашев

— М-да… — протянул майор, — не оскудеет поток идиотов в Ареал, как я погляжу! — он махнул рукой: — Да и хвост с ними. Что с осколками делать будем? Есть вообще смысл возиться? Электрогенератор запустить возможно или нет?

— Мы считаем, что при наличии достаточного количества осколков вполне реально создать экранирующее поле нужного объёма! — ответила профессор Николаева. — В этом случае генератор заработает, так заработал ваш УИП.

— И сколько нам требуется осколков? — поинтересовался Медведь. — Если сравнить габариты УИПа с электрогенератором, мне уже страшно становится.

— Осколки не надо прикреплять снаружи, — напомнил Степанов. — Мы разместим их внутри, в наиболее оптимальных точках. Согласно нашим расчётам, если все осколки будут аналогичного размера с тем, что имеется у нас, то для запуска электрогенератора понадобится девять осколков. Для уверенной работы лучше одиннадцать.

— Плюс по одному осколку на каждую электролампу, которую планируется запитывать! — добавила Николаева. — Это ещё от трёх до, в идеале, двадцати пяти. И на каждый УИП по одному, а также на каждую рацию, если мы хотим иметь радиосвязь между «Мембранами», как это осуществлено в Зелёной Зоне.

— Всё понятно: пара пустяков! — подытожил майор. — Нужен железнодорожный вагой осколков, а ещё лучше весь ухтинский метеорит целиком. Осталось лишь сообразить, где всё это взять.

— В ГНИЦ всегда было много осколков, — сообщил Рас. — Их же туда свозили. Они там до сих пор и лежат, в хранилищах. Говорили, что в них несколько тысяч разных осколков и метов!

— Угу, — кивнул Медведь. — А ещё в ГНИЦ несколько десятков Профессоров. Хочешь сходить?

— Нет, — признался молодой сталкер. — Что-то не очень. И радиация там зашкаливает. Хотя… если надеть «Эмку»… у неё противорадиационная защита получше… и Влад может дорогу отыскать безопасную…

— Так, дыши-ка глубже, великий экспериментатор! — посоветовал ему майор. — Собрался он уже! Ещё не хватало там сложиться по глупости. В ГНИЦ пока ни ногой! Сперва надо разведку провести, что там вокруг творится. Параллельно стоит договориться с кем-нибудь из менял или Перекупов, чтобы осколки выкупали при случае. А мы будем платить за них дороже, скажем, вдвое от цены РАО. Сталкеры в ГНИЦ ходят, как я слышал?

— Сталкеры — нет, — фыркнул Рас. — Идиоты ходят. У кого в голове пусто. Это в основном бандюки своих молодых или должников туда засылают. Возвращаются редко. Но поговорить с менялами можно, я пройдусь по торговым точкам, за неделю должен управиться. Квадроцикл бы купить! На нем по Зелёной гораздо быстрее. Только дорогой он уж очень, много «Икса» потребуется.

— Купим, — решил Медведь. — Раз у нас появились долгосрочные перспективы, пора приступать к серьёзным действиям. Предлагаю устроить поиск полным составом отряда, за исключением нашего научного отдела, у них и без того забот хватает. Цель поиска: сбор «Икса», осколков и всего интересного, что под руку попадётся.

— Куда пойдём? — поинтересовался Базальт. — В Ярегу сейчас нельзя, я же говорил. Там свежие медвежьи следы, даже уголовники уползли подобру-поздорову. РПГ его не возьмёт, а вертолётов у нас теперь нет. Если нагрянет, пока будем нефть сливать, тут-то нам пушной зверёк и придёт.

— Пойдём в Жёлтую Зону, — ошарашил всех могучий майор. — На нефтенакопитель. Там десятки тонн «Икса», и если сталкеры туда и добираются, то всё они вытащить на себе не могли, и не смогут ещё долго. А по пути заглянем в пару полевых лабораторий. Все эксперименты с осколками и большинством важных метов проводились именно в лабах, для того их в Зелёной и строили.

— В лабу лезть опасно, — хмыкнул Шорох. — Там может быть Сторож или, чего хуже, Профессор.

— Придётся рискнуть, — Медведь пожал плечами. — Надо же как-то осколки добывать. Один Профессор — это всё же проще, чем идти в ГНИЦ, где их десятки. Возьмем со склада РАВ пару РПГ-7 с ТБГ,[3] там есть, я проверял. Если всё сделать грамотно — справимся.

Оборудованный вмонтированным внутрь осколком метеорита УИП непривычно попискивал посреди Жёлтой Зоны. Медведь в который раз скосил глаза на индикаторы, сопоставляя показания датчиков с собственными ощущениями. Радиус их действия оказался гораздо ниже, чем в Зелёной. УИП засекал аномалию не дальше двух метров, и порой собственное чувство опасности предупреждало о незримой угрозе раньше электроники. Тем не менее приборы есть приборы, электроника видит всё, и ей не надо прислушиваться к «внутреннему голосу» в страхе пропустить какое-нибудь мимолётное и едва уловимое ощущение. Перемещаться по Жёлтой Зоне с УИПом, функционирующим пусть даже всего лишь в двухметровом радиусе, было неизмеримо легче.

— Вижу Водяного, — доложил залёгший в двух шагах правее Байкал, отрываясь от оптического прицела своего «Винтореза». — Показывает, что всё в норме.

Майор поднёс к глазам бинокль и отыскал взглядом вторую подгруппу. Бойцы успешно обошли полуразбитое здание полевой лаборатории и заняли позиции напротив крупного пролома в стене. Влад даже исхитрился найти чистый обломок довольно толстого дерева, за которым Базальт устроил пулемётное гнездо, наскоро обложившись ворохом срезанной сине-жёлтой растительности. Если из лабы через дыру полезет какая-нибудь нечисть, то попадёт под кинжальный огонь уже в тот момент, когда их головы покажутся в проломе. На случай перезарядки или ещё чего Айболит и Водяной прикроют пулемётчика с флангов, а заодно последят за тылом.

— Байкал, остаёшься здесь, работай по всему, что вызовет подозрения, — приказал здоровяк. — Шорох, Капкан, идём к дверям! — здоровяк поднялся на ноги и подхватил «Печенег».

Пройти полсотни метров к штатному входу в лабу оказалось делом не быстрым. До «Дезинфекции» вокруг каждой полевой лаборатории устраивалась полоса отчуждения шириной пятьдесят метров. Деревья и кустарники срезались, а аномалии отмечались вешками, это делалось, во-первых, для облегчения сбора Синьки, во-вторых, для упрощения охраны объекта от мутировавшего зверья, Бродяг и воинственных Зомби. Впрочем, последние в то время выходили к полевым лабораториям крайне редко. Но за пять месяцев, прошедших после катастрофы, ранее чистое пространство заросло синюшной травой, среди которой редкими очагами распустились полуметровые кожисто-пупырчатые кусты. Их плоские, покрытые жёлтыми потёками синие листья длинными лоскутами топорщились в разные стороны, напоминая щупальца морского осьминога, по которым прошёлся каток асфальтоукладчика. И если на этом довольно открытом пространстве Паутины можно было не бояться, то лужицы Студня «Филин» высвечивал в неприятно большом количестве. Вдобавок наиболее короткий путь к воротам лаборатории пролегал мимо крупного пня, трава вокруг которого так и кишела Синькой, и этот пень очень не нравился Медведю. Майор подал жест «Стой!» и, присев на колено, принялся осматриваться.