Элегия войны (СИ) - Михаил Злобин

Энир обнял всех троих разом, прижимая к себе. И маленькое семейство действительно почувствовало себя в безопасности.

— Я верю тебе, папа, — прозвучал писклявый девичий голосок. — Ты самый сильный, и победишь всех, кто захочет нас обидеть!

— Ну конечно, моя малышка, — тепло улыбнулся высокородный. — Даром что ли ваш отец носит перстень магистра?

— Да, ты сожжёшь всех, как того медведя, что хотел съесть наших лошадей на охоте! — вторил малец.

— Разумеется, Станд. Но нам всё равно нужно для начала выбраться из-за стен. Обещаете, что будете вести себя тихо?

Дети, а заодно и супруга утвердительно закивали.

— Молодцы. Я горжусь вами! А теперь поспешим! Нужный человек уже должен ожидать нас…

Дальше семейство двинулось в полном молчании. Без лишних приключений они добрались до ничем непримечательного участка стены. Солнце уже окончательно село, а потому в окружающем мраке тяжело было ориентироваться.

— Драгор костлявый и его проклятая обитель… где же он? — беспокойно произнес Энир.

— Пс! Я здесь! Сюда! — раздался откуда-то со стороны ближайшего дома приглушенный возглас.

Аристократы практически наощупь двинулись туда и вскоре увидели скрывающегося в кустах незнакомца — невысокого и хмурого воина в доспехах младшего гвардейца.

— Это все? Или ещё кто-то будет? — шепотом осведомился солдат.

— Все. Как и договаривались. Здесь за четверых человек. За детей половинная сумма.

Туго набитый кошель перекочевал из-за пазухи Энира в руки мужчины. Тот деловито взвесил его в ладони, после чего удовлетворённо кивнул.

— Отлично, экселенсы и миларии! Тогда прошу следовать за мной.

Вопреки ожиданиям аристократов, гвардеец повел их не к воротам, а куда-то вглубь построек, жмущихся вплотную к крепостной стене. И отец семейства, предчувствуя неладное, принялся на всякий случай протирать грани драгоценного камня в своем магическом перстне.

Опасения еще больше усилились, когда солдат привёл беглецов к целому отряду своих сослуживцев. Там он передал мешочек с монетами одному из людей, по-военному четко отчитавшись:

— Оплата за проход, господин фелькор! Двое взрослых и двое детей.

Суровый мужчина со шрамом во всю физиономию порывисто выхватил кошель у подчиненного и развязал тесёмки. Убедившись, что внутри покоятся полновесные солнечники, он заметно расслабился и подобрел.

— Что ж, почтенные, в таком случае, предлагаю следовать за мной. Но предупреждаю: я проведу вас по старому контрабандистскому тоннелю. Поговаривают, что это остатки древних сточных сооружений, сохранившиеся ещё с тех времён, когда Арнфальд населяли темноликие. Поэтому о нём знаем не только мы, но и альвэ. Собственно, нас для того и поставили здесь в караул. Так что будьте уверены — на той стороне вас обязательно встретят иноземцы…

— Мы это осознаём, — за всех ответил Энир.

— Нужно ли мне говорить, что если хоть одно чернорожее отродье или их пособник покажется в тоннеле, то своды будут обрушены с нашей стороны? Ваши друзья и родные, оставшиеся в городе, больше не смогут воспользоваться этим путём.

— На вашем месте, фелькор, я бы не награждал столь уничижительными эпитетами представителей высшей расы, — глухо отозвался дворянин. — Но я вас услышал.

— Вот и замечательно…

Блуждание по темному подземелью показалось для четы аристократов нескончаемым ночным бредом. Гнессия изодрала подол платья, Энир распорол ногу острым камнем, а дети норовили споткнуться и упасть каждые пару шагов. А всё потому, что сопровождающий строго-настрого запретил зажигать свет.

Но беглецы всё же дошли до конца. Их сердца забились быстрее, когда фелькор заявил, что выход на поверхность совсем рядом. Им нужно просто идти вперёд, пока не упрутся в деревянную лестницу. По ней семейство и выберется под свет звёзд.

Так высокородные и поступили. К величайшему облегчению отца, уговор был соблюден второй стороной до последней буквы. Тоннель действительно привёл их к подъему, который упирался в укрытый дёрном дощатый люк. Пронзительный скрип несмазанных петель — и вот уже благородные беглецы вдыхают несвежий воздух предместий. Но не успели они толком осмотреться, как вдруг…

— Ни с места, vaailgebore! Держите руки так, чтобы я их видела! — рявкнул строгий женский голос.

— Тише, родные мои, все хорошо! — успокаивающе забормотал Энир, подчиняясь приказу. — Скоро эти почтенные веил'ди во всём разберутся и нас отпустят.

— Заткнись, грязнорожденный! — тяжелая латная перчатка влетела мужчине в живот, и тот согнулся пополам от боли.

— Ох-х…

— Папа!

— Папочка!!!

— Тише-тише, со мной всё нормально! — выдохнул сквозь сжатые зубы аристократ. — Делайте, что они говорят!

— Эй, осторожней! У этого vaailgebore на пальце перстень! — заметили магистерское кольцо темноликие.

Сразу три Девы войны подскочили к Эниру и едва не зарубили его. Но тот успел истошно закричать:

— Стойте!!! Да, я озарённый! Но я ничего не имею против народа альвэ! Мы бежим от сумасшедшего диктатора Леорана гран Блейсин и ни в какой мере не поддерживаем его политику! Вот… вот, смотрите!

Мужчина поспешно стянул с пальца перстень и отдал ближайшей воительнице.

Темноликие криво ухмыльнулись.

— Отведите их к шатрам, — изрекла, судя по всему, старшая среди них. — Пусть там с ними разбираются.

— Спасибо! Спасибо, веил'ди! — залепетал Энир, но был за это награждён новым ударом.

— П… папочка… куда нас ведут? — спросила Миллен, шмыгая носом.

— Не волнуйся, малышка, нас скоро отпустят… — попытался успокоить дочь аристократ.

— Эй, vaailgebore, ещё одно слово, и я порублю всех вас! — зарычала сопровождающая воительница.

Остальные сдержано хохотнули, выражая всемерную поддержку своей товарке.

Ну, наверное, в этом нет ничего удивительного. Они же простые солдаты и исполняют приказ командующих. Нужно только дождаться, когда их приведут к тому, кто имеет право самостоятельно принимать решения. И когда они объяснят свою ситуацию, их отпустят. В конце концов, семья Энира всегда поддерживала сближение с алавийцами! У них даже были заключены торговые соглашения с представительствами Капитулата. А зачем темноликим вредить своим же сторонникам?

— Что там ещё⁈ — раздражённо поднял голову желтоглазый алавиец, когда семейство аристократов втолкали к нему в шатёр.

— Веил'ди, мы задержали еще одних беглецов, — вытянулись в струнку воительницы. — Что прикажете с ними делать?

Альвэ говорили на своём наречии, но поскольку Энир неплохо знал язык их народа, то вполне понимал содержание всей беседы.

— То же, что и с другими! Сначала допросить, а на утро вместе с остальными пустить в расход!

Последняя реплика заставила высокородного похолодеть. Мог ли он ослышаться? Возможно, темноликий сказал «вместе с остальными отпустить?»

— Почтенный веил'ди, молю, выслушайте меня! — смело подал голос глава семейства. — Мы аристократы из Арнфальда! Наш род всегда был убеждённым союзником Капитулата! Мой отец — Заинер нор Лаксен бывший участник торговой кампании Guenstang. Мы честно соблюдали все условия, покуда помешательство не настигло Леорана гран Блейсин, и он не объявил всех темноликих врагами патриархии! Спешу