Стажер для босса - Ника Клубника

сделать его приятеля ещё более твердым, за счет будоражащего эффекта. Я стала делать, поступательные движения, а затем и вовсе, села на колени, чтобы удовлетворить самую приятную для него часть мужских потребностей.

Спустя минуту я вошла во вкус и двигала головой словно заведенная. Однако спустя ещё какое-то время Аскар взял меня за голову и, подняв, развернул. Ему не терпелось войти в меня, и я была не против. Когда это случилось, мне стало так приятно, что все тело покрылось мурашками. Он проникал всё глубже и глубже, и я ощущала каждый сантиметр внутри себя. Наконец он ускорился, и я впервый раз получила оргазм. Моё тело содрогнулось, но он продолжил, поэтому я получила целую серию небольших, но ярких впечатлений. Итогом всего было то, что Аскар вышел из меня, брызнув на кожу, чем-то горячим. Точнее, я, разумеется, знала чем, но в тот момент мне хотелось ощущать это, словно впервые.

Мы завершили нашу встречу в душе и вышли в комнату, предварительно обтеревшись и надев халаты. В комнате меня снова ждал сюрприз. На столе стоял поднос, накрытый металлическим колпачком. Когда мы его сняли, то выяснилось, что Аскар успел сделать заказ в ресторане: нам и маме принесли поздний ужин. Я была жутко голодной, поэтому набросилась на еду и съела все до последней крошки.

Почти сразу после трапезы Аскар вновь опустил меня на кровать. Только сейчас я поняла, что сил у него вдвое больше, чем у Кости. Кажется, с его темпераментом и долгим отсутствием в его жизни секса, мне стоило набраться терпения, хотя, кого я обманываю, мне нравилось всё, что происходило. Безумно нравилось. Аскар привнес в мою жизнь абсолютно всё, чего в ней никогда не было. Азарт, осмысленность и, главное, неподдельные, настоящие эмоции, которые заставляли меня не существовать, как это было раньше, а жить, вдыхая полной грудью.

Глава 50

Только к утру я поняла, что все более-менее налаживается. Мы все вместе позавтракали в ресторане отеля, после чего отправились на регистрацию в аэропорт. Сдав документы и пройдя необходимый контроль, мы оказались в зоне посадки, где и провели оставшееся время. Лететь было недолго, порядка трёх часов. Я надеялась, что в кругу близких мне людей время пролетит незаметно.

На борту я сидела рядом с Аскаром, который весь путь держал мою руку. Мама тоже сидела рядом. По ее взгляду мне все было понятно — она довольна блеском в моих глазах и не так сильно чувствует боль, потому что у её дочери всё в порядке.

Мы прилетели в Москву рано и из-за разницы во времени решили, что направимся к врачу уже сегодня, тем более, что запись на прием удалось сделать ранним утром. Больница на первый взгляд показалась мне обычной, а не сделанной из золота и мрамора, как могла представлять себе обычная деревенская девчонка. Тем не менее, здание было ухоженным, расположенным в небольшом тенистом переулке.

На приеме нам долго объясняли, какие последствия могла иметь операция, но и ее отсутствие несло максимально опасный вред здоровью мамы. Поэтому, несмотря на сомнения, я уговорила её, сказав что она не должна беспокоиться о деньгах. Мама сомневалась, особенно, когда нерадивый доктор зачем-то озвучил при ней стоимость лечения. Женщину в возрасте, разумеется, такая сумма повергла в шок, и мама наотрез отказалась продолжить лечение в этой клинике. Однако не была бы я её дочерью, если бы не знала на какие струны надавить. В ход пошли обещания в скором времени завести семью и детей, а это значило, что у мамы появился смысл жить. В конце концов, мне удалось убедить её, и она согласилась на операцию почти сразу. Это оживило ее, ведь я сказала, что она не должна оставлять меня одну и будет помогать воспитывать внуков.

Операцию должны были провести через неделю.

После посещения больницы, сидя в ресторане, мы обсудили текущее положение дел и приняли общее решение, что на следующий день улетим домой, а вернемся в ближайшие выходные, на которые была намечена операция. Мама это одобряла, она не хотела чтобы мы, молодые тратили время на бессмысленное ожидание. Мы конечно хотели остаться, чтобы погулять по Москве, но и работа требовала нашего присутствия, а, значит, мы могли остаться максимум на выходные.

Наш самолет должен был вылетать на следующий день, и оставшееся время мы с Аскаром потратили на посещение таких банальных, но интересных вещей, как Третьяковская галерея и ВДНХ. Это было лучшее время за последний год, а может быть и за всю жизнь. Сидя в небольшом, уютном кафе, после посещения картинной галереи мы расслабленно говорили обо всем.

— Как ты отнесся к предложению Кости по поводу работы? — спросила я.

— Я знаю, что Костя никогда бы не предложил мне эту работу первым, но я понимаю, откуда дует ветер, — ухмыльнулся Аскар. — И я благодарен тебе за это, потому что когда размышлял по поводу стартапа, то пришел к выводу, что, скорее всего, я пока не готов. Мне ещё какое-то время хочется не чувствовать эту ответственность. А вот помочь брату я бы хотел. Я вошел в азарт, когда мы проворачивали все эти дела с покупкой и продажей его акций.

— Я думаю, все у тебя получится, — уверила его я.

— У нас все получится, у нас, — взял меня за руку Аскар и сжал пальцы.

— Я всего лишь маленькая секретарша, и готова помочь вам с братом своими небольшими силами, лишь бы быть ближе.

Затем мы ещё какое-то время пили кофе, и тут я впервые ощутила между нами прохладу. Я поняла, что Аскара что-то гнетет, потому что с самого утра он, как будто бы не мог поднять некую тему. Я решила спросить его:

— Тебя что-то мучает? Ты хочешь что-то спросить?

— Да, если честно, меня интересуют ваши отношения с Костей. Когда я впервые увидел тебя, сразу же понял, что у вас что-то было.

Мне стало неловко, но я все же решила ответить честно.

— Да, когда месяц назад я устроилась на работу в фирму, я испытала к Косте нечто похожее на влюбленность. Молодая девушка после студенческой скамьи обращает на себя внимание владельца крупной фирмы, для меня это было необычным опытом. Но не знаю, как ты воспримешь это, тем не менее, я решила быть с тобой полностью честной. У нас был секс с Костей, но он меня скорее напугал, чем я получила удовольствие. Не все Костины пристрастия я разделяю. Он, например, компенсирует свою