Жёсткая инструкция по выживанию или Зимняя сказка. Поиск ЭДЕМА - Олег Кожевников

— Да, дело пахнет керосином, — подумал я, — даже самый здоровый из нас — поплыл.

Поэтому я, уже немного окрепшей рукой, достал "уоки-токи", вызвал Сашу и, уже на остатке вызванной искусственно энергии, произнёс:

— Слушай, Кот, давай-ка, тормози. Пора останавливаться на отдых. Сил уже ни у кого не осталось, уже на ходу начали спать. Вон, сейчас Серёга, чуть-чуть не протаранил ТТМ, если бы скорость была немного побольше, не избежать бы нам остановки из-за этой дурацкой аварии. А если его поменять, то, боюсь, что и у меня подобная ситуация наверняка произойдёт. Он-то помоложе и покрепче, поэтому успел среагировать и тормознуть, у меня такое вряд ли получилось бы.

В ответ мне, искажённый помехами, донёсся голос Саши:

— Согласен! Я уже и сам думал вставать на стоянку, а то, при такой скорости, только зря жжем солярку. Мы всё время едем на второй-третьей передаче, при такой пурге быстрее не получается. Не останавливался только из-за того, что у нас-то здесь как в мужском раю — женщина в поле, а мы с Ханом отдыхаем. УРАЛом уже второй час управляет Вика, а Флюр, преспокойненько дрыхнет.

Потом из динамика, послышалось, какое-то бормотание и потом уже хорошо различимые слова:

— Викуль, три раза подряд нажми на тормоз, чтобы в позади идущем вездеходе поняли, что сейчас будем останавливаться.

Буквально через минуту, три раза мигнул стоп-сигналами, двигающийся впереди нас ТТМ, после чего окончательно остановился, затем встали и мы. Пока Сергей возился, выключая ГАЗон и отыскивая что-то в бардачке, я, мобилизовав все оставшиеся силы, вылез из кабины, надел лыжи и поехал в голову нашего каравана. На улице бушевала нешуточная метель, видимость была всего несколько метров, и пока я шёл эти сто метров, меня даже один раз ветром опрокинуло в снег. Но эта холодная ванна возбудила во мне злость на собственную никчемность и только придала дополнительные силы.

Возле грузового УРАЛа собрались все наши водители, здесь же мы быстро договорились разбивать лагерь на длительный отдых, пока не кончится эта пурга. УРАЛы с кунгами и мостик между ними устанавливали Саша с Флюром. Эту работу поручил им я, припомнив проведённое ими недавно время в мужском раю. В это время мы стояли, прячась от ветра за грузовым УРАЛом и медленно, приходили в себя, пуская по кругу Игореву фляжку с эликсиром.

Когда УРАЛы выровняли параллельно друг другу и установили между кунгами площадку с единой лестницей, мы все дружно направились в наш любимый, тёплый, передвижной домик. На улице стало зябко, хотя температура была всего лишь -15 градусов, но ветер, всё равно, находил плохо утеплённые места. В тёплом кунге меня опять разморило, несмотря на принятые перед этим два глотка эликсира. Уже почти в полусне, перед тем как свалиться на своё спальное место, я пил чай с бутербродами. Из всех разговоров за этим чаепитием, помню только стенания Флюра о том, что проклятая буря могла бы начаться и пораньше — тогда Секретариат не послал бы вертолёт и у нас остались бы целыми ПЗРК.

После этого наступило полное забвение, очнулся я только часов через семь, встал, сходил, как говориться, до ветру. Потом подошла Маша, накормила вставших на запах обеда ребят, и я снова отправился спать. За обедом узнал, что Саша, оказывается, организовал круглосуточное дежурство силами наших дам, и сейчас дежурными были Маша с Таней и новенькая девушка Марина. Таня сидела в кабине ТТМа и контролировала окружающую обстановку.

Второй подъём был через восемь часов, метель всё продолжалась, поэтому мы, перекусив, снова разошлись по своим спальным местам. В третий раз встал я через шесть часов, и только из-за того, что спать уже просто физически не мог. Выйдя покурить на наш мостик, удивился — на улице была тишина, а наши вездеходы и сани превратились в большие снежные горы, нестерпимо ярко блестевшие отражённым солнечным светом. Общее ощущение было такое, что находишься в сказочном мире, и из-за большого снежного холма, в который превратился грузовой УРАЛ, сейчас появится оленья упряжка, а управляет ею Снежная Королева.

Только я об этом подумал, как действительно из-за этой снежной горы появилась упряжка. Только вместо оленей в маленькие санки были впряжены наши собаки, их погонял шестом Никита, а сзади сидел Ваня, они были все заснеженные и счастливые, увидев меня, начали громко кричать и смеяться, собаки, почувствовав настроение людей, тоже начали беситься и опрокинули сани. Образовалась большая куча-мала, в которой было трудно понять, где дети, а где собаки, и звуки из этой кучи неслись тоже непонятные. Буквально через две минуты после появления собачьей упряжки, выскочили на лыжах и взрослые, это были Вика с Сашей, тоже все заснеженные, они радостно захохотали, увидя эту кучу-малу из детей и собак. Саша с гиканьем, отбросив лыжные палки, бросился в самую гущу этой свалки. Мне недолго пришлось наблюдать сказочную идиллию. Неожиданно, в промежуток между вездеходами ворвался сильный снежный вихрь, опять видимость резко понизилась, и стало холодно.

Вскоре из-за этой снежной завесы появился Саша, в руках он нёс обоих малышей. Аккуратно поставив их на ступеньки лестницы, он крикнул:

— Батя, принимай посылку из Шанхая!

Только я спустился вниз, чтобы подстраховать подъём детишек по довольно крутой лестнице, как появились возбуждённые псы. Они, бесцеремонно растолкав всех, быстро забрались на верхнюю площадку, уселись перед входной дверью в женский кунг и начали выжидательно поскуливать. Всё это сопровождалось дружным смехом Саши и подошедшей Вики, тащившей забытые всеми санки. Поднявшись вместе с малышами на площадку, я, лежащим у порога веником, смёл с них и крутящихся здесь же собак, снег и открыл двери в тёплое, с одуряющим запахом пищи, помещение. Дождавшись отстающую парочку, прошёлся веником и по ним, сметая налипший снег и, уже втроём, мы вошли в женский кунг.

Там уже восседали за столом и блаженствовали в женском обществе Коля и Флюр. Перед ними стояло по большой чашке чая, и начатая большая банка с яблочным варением, которую мы обнаружили в будке подбитого УРАЛа. Они сидели, окружённые хихикающими дамами, по-видимому, травили очередные свои байки. Мне пришлось нарушить эту благолепную картину:

— Ну что, мужики, пригрелись тут, среди прекрасных фей! А труба-то — зовёт, солнце ждать не будет. Сейчас уже температура -14 градусов, а нам нужно двигаться ещё дальше на юг. Если на каждой стоянке будем столько времени кайфовать, то окажемся на дрейфующей льдине, на середине Средиземного моря. Вот тогда точно будет — полный писец, особенно, когда она растает, и мы отправимся на поселение к Нептуну. Тут уж, Хан, даже твой Бабай, или, кто у тебя там, не поможет.

— Не трогай святое, — хихикнул Флюр, — мы, можно сказать, сидя тут, экономим топливо. Представь, какое количество сожгли бы его просто так, всё время, двигаясь на второй скорости. Мастер даже подсчитал: за каждый час движения — по 50 литров.

— У, экономисты хреновы! А что же вы не подсчитали, сколько мы могли пройти километров, когда метель кончилась? Километров сто, наверное — бы, отмахали.

Флюр уже откровенно засмеялся и ответил:

— Да ладно, Бать, свистеть! Ты сам спал как сурок! И дураков получить чем-либо тяжёлым, будя тебя, у нас нет. Так что, можешь пенять только сам на себя — ты же у нас босс. А мы люди маленькие, подневольные, что нам скомандуют, то мы и делаем.

В разговор вступил Саша, он поддержал меня, сказав:

— Хватит скоморошничать, Батя прав! Нужно, пока погода наладилась, собираться и двигаться дальше. Думаю, что больше пережидать каждый раз непогоду нам нельзя, а то можем так наэкономить топливо, что точно окажемся на дрейфующей льдине. Теперь, я думаю, нам нужно без остановок, в любую метель пробиваться к Румынским терминалам.

Довольный, что хоть один человек меня поддержал, я сразу же разошёлся и начал раздавать команды присутствующим:

— Так, мужики, вы уже чай попили, поэтому давайте, идите, проверьте все вездеходы, ну и, естественно, снег с окон и капотов смахните.

Потом, глядя на притихших женщин, продолжил:

— А вам, мои дорогие, кто не входит в экипажи вездеходов, нужно готовить обед и термосы с бутербродами для питания во время дороги. Большую остановку устроим не раньше, чем часов через восемнадцать, когда будем производить заправку техники.

Затем, повернувшись к Саше, закончил свои распоряжения:

— Сань, а ты давай, иди, заводи заправщик, нужно начинать заполнять баки вездеходов, а то, когда встали на стоянку, мы же не заправлялись, мучится в пургу, не имело смысла. Ну, а я пойду будить остальных архаровцев, а то они готовы проспать всё на свете.

Повернувшись, я, не ожидая, пока оденутся Коля с Флюром, вышел из помещения, направляясь в мужской кунг. За мной сразу же вышел и Саша, он внизу надел лыжи и поехал к заправщику. В нашем кунге народ уже не спал. Володя сидел на спальном месте и изучал материалы, раздобытые нами на корабле в капитанской каюте. Остальные сидели за столом и слушали Мишу, который рассказывал что-то о своей прошлой жизни. Я прервал этот рассказ, сказав: