Букварь сценариста. Как написать интересное кино и сериал - Александр Владимирович Молчанов

Темп важнее логики.

Почему я против художественности в ремарках? Потому что впечатление должен произвести не сценарий на читателя, а кино на зрителя. Художественность должна быть в диалогах и в действиях, в четко выстроенной логике событий и выверенном темпе. Художественные ремарки часто обманывают зрителя. Например, мне пришлось править один сценарий. Я не сразу понял, что со сценарием не так. Вроде бы читается легко, события цепляются одно за другое... тогда я сел и выписал одно за другим все события в сценарии — составил поэпизодный план. И увидел, не соврать, около двух десятков больших и маленьких сюжетных дыр. Которые не были заметны в сценарии, поскольку были спрятаны за художественными, «красивыми» ремарками. Поэтому я всегда пишу — «он входит, он стреляет». Читать такой сценарий сложнее, чем написанный красивыми словесами. Зато его легче снимать. И интереснее смотреть.

В боевых искусствах наиболее эффективны техники, в которых вместо постановки блоков и уходов от ударов используются контратаки. То есть тебя бьют, а ты не защищаешься и не уклоняешься, а бьешь сквозь удар. Диалог должен быть таким же — убирать оценку, убирать реакцию — ответная реплика сквозь реплику собеседника.

Странная история — отказ от бесплатных (творческих) проектов не экономит силы и не прибавляет денег. Видимо, что-то связанное с кармой. А. К. считает, что это новая идеология, которая придет на смену власти бабла.

Почему актеры Гротовского спивались и умирали от рака? Вероятно, силы, которые они пробуждали, были столь могучи, что они не умели с ними справляться. Как рентгеновские лучи, которыми поначалу лечили ангину. А потом все пациенты умерли от рака горла. Х-лучами Гротовского до сих пор не научились пользоваться.

Из сборника «Вокруг Гротовского»: Нильс Бор, смотря вестерны, задался вопросом — почему «хорошие» всегда успевают выстрелить первыми, хотя вытаскивают пистолет для защиты, а значит, позднее, чем нападающие «плохие»? Он пригласил в лабораторию двух ассистентов и устроил дуэль на водных пистолетах. Один из ассистентов начал первым: чтобы вытащить пистолет, он сначала совершил ментальную акцию, а потом физическую. А другой — вытащил пистолет одновременно с мысленной акцией. Защищаясь, он начал вытаскивать пистолет позже, а выстрелил первым! Бор понял, что можно сначала подумать, а потом реализовать движение, а можно делать всё мгновенно — в один момент.

В писательстве так же — можно сначала придумать, что ты будешь писать, и потом написать. А можно писать одновременно с возникновением текста в голове. Иногда даже кажется, что текст на мониторе компьютера появляется раньше, чем родился (и был осознан) в голове. Правда, так рождаются и лучшие тексты (если для них подготовлена почва), и полный бред.

«Правдивый образ в киноискусстве рождается в процессе наблюдения естественного многообразия жизни, но выстраиваемой тем не менее на умении выдать за наблюдение свое ощущение объекта» (Тарковский, цит. по: Виктор Филимонов. Андрей Тарковский, сны и явь о доме. ЖЗЛ).

Чтобы творить, нужно научиться становиться (и оставаться) беззащитным, вопреки инстинкту, который заставляет сохранять себя.

Вообще теория театра благодаря КС разработана лучше, чем теория кино. Тут только Эйзенштейн, немного Ромм, немного Козинцев, много Норштейн. А по сценаристике вообще ничего нет (Туркин разве что, но это уровень, прости господи, Тредиаковского в пушкинскую эпоху). И советской сценарной школы на самом деле нет. Писателя́ были, а школы не было. Вернее, школа была, но литературная, которая опиралась на традицию Толстого и Достоевского, а не Эйзенштейна и Пудовкина. В итоге — ничего, что можно было бы передать ученикам, кроме упорного нежелания осваивать «американку». Такое ощущение, что в «американке» весь корень бед. Ну убрали ее — всё, нет «американки», запрещено ею пользоваться — и не о чем спорить. Многие советские сценарии — не сценарии, а проза (и неплохая), но которая еще нуждается в работе адаптатора-экранизатора (отступления у Шпаликова). Отсюда и расхожее выражение, что по хорошему сценарию можно поставить плохое кино. Какая чушь! Нельзя поставить плохое кино по хорошему сценарию. Нельзя. Если кино плохое — значит, был плохой сценарий. По хорошему сценарию и табуретка хорошее кино снимет.

Смысл и назначение системы в том, чтобы научить проживать историю. Не подражание и не придумывание, а проживание. А кто умеет, даже неосознанно, тому и системы никакие не нужны. КС про Чехова — «Мишенька сам себе система».

Сначала я думал, что достаточно разработать метод, но метод — это лишь часть системы. Эйзенштейн тоже думал-думал, да в суп попал.

Организация труда — это тоже часть системы. Например, Интернет и развлечения на одном компьютере, работа — на другом. Еще несколько лет назад это было невозможно, а теперь у каждого по 2–3 ноута.

Ключевое понятие — цель героя. Однако герой не всегда движется к цели. Так же как и обычный человек — если его цель, например, получить ученую степень, он совершает 100 процентов своих поступков во имя достижения этой цели. Нужно же еще есть и спать, смотреть телевизор. Но интересно ли зрителю наблюдать за тем, как кто-то ест, спит, смотрит телевизор? Интересно лишь движение к цели.

Система

1. Этика.

2. Изображение и звук — композиция — идея — истина.

3. Метод. Исследование и осмысление. Организация труда. Самодисциплина. Структура. Работа над сюжетом. Работа над сценами. Поиск вариантов решений.

4. Вдохновение.

5. Анализ.

6. И постоянное нарушение динамического равновесия и его новый поиск.

А начинать с этики.

Развитие внимания! Концентрация. Самая большая проблема — рассеянное внимание.

Всё, что могут понять неправильно, понимают неправильно, всё, что могут переврать, перевирают. Научиться бы молчать, да не получается. Ляпну — и раскаиваюсь потом.

Еще один важный момент — условность кино. По идее она уже в том, что картинка демонстрируется на прямоугольном экране, в то время как мир мы видим округлым и не имеющим четко очерченных границ. Может быть история о людях и история, рассказанная с помощью людей. И может быть внятная история, рассказанная с помощью котов, медведей или даже кружочков и треугольников. А монтаж так и вообще насилие над взглядом.

Теоретики драмы есть. Да есть, наверное, и внятные теоретики кино. Но что-то скучно читать их построения. А потому что они никак не связаны с нашей работой. Радость и облегчение от молитвы и схоластическая дискуссия об ангелах и острие иглы. Почувствуйте разницу...

Структурная (кажущаяся) простота и точнейшая и подробнейшая прорисовка деталей (только) там, где это необходимо.

Убил по крайней мере две свои пьесы, продолжая переписывать их после того, как они были закончены. Как ребенок, который строит